Режиссер Павел Руминов о том, что такое Movie Band, каким образом вытащить свой мозг из стойла, как преодолеть сопротивление и научиться правильно реагировать на критикуУдивительно, что слово «Movie Band» я употреблял много лет назад. Думал, что однажды оно отзовется в чьём-то сознании. Мне показалось смешно, что есть понятие рок-бэнд, но нет понятия муви-бэнд. Особенно когда наделали всяких цифровых камер, с помощью которых можно уже из глаза снимать. Цены на камеры бытовые – покупай шпионское оборудование и снимай. Но люди все ждут какого-то единорога, знака свыше. На семинары зачем-то ходят под названием «Что мне нужно, чтобы снять первый фильм». Пришли вроде не голые, смогли одежду подобрать. Это же настолько просто сделать, никакого пафоса в этом процессе нет. Хотя отдельные личности в кинематографе обматывают голову шарфами, расстилают красные дорожки. Это долбанное мракобесие, мы при жизни его не победим, но на индивидуальном уровне мы можем быть счастливы.
Про первый фильм
режиссер Павел РуминовМастер-класс режиссера Павла Руминова в Школе DIY-кинематографии MovieBand
Я достаточно четко помню первый показ своего дебютного фильма и десять лет ожиданий того, что вот-вот я его сниму. Никак не мог, но задвигал, что это просто сделать. Нет, я понимаю, что это непросто, но это непросто только потому, что мы так это воспринимаем. Если над чем-то стоит работать, то только над восприятием. Пять лет в киношколе, конечно, могут подарить вам спутника жизни или пару классных запоминающихся пьянок, но настоящим учителем может быть только опыт. Все что может дать учитель – забрать ваши сомнения.
Про БДСМ
Мне кажется, что люди думающие о кино – БДСМ-щики. Они никак не могут просто снять историю. Сразу миллион, сразу какие-то атрибуты. Вы слышали разговоры операторов? Это как продавцы из секс-шопа, они постоянно обсуждают: «А ты видел эту новую хрень? А ту?» В одной киношколе у меня будет фестиваль плохого кино. Я попросил студентов снять что угодно за пару дней. Прикол в том, что всё равно вы снимите только то, что можете. Если вам скажут – снимайте хорошо, нужно следовать сценарию, то ничего из этого не выйдет. Я никогда не видел, чтобы таким способом получался удачный кадр или хорошая актерская игра. Это как в музыкальной школе: «Играй хорошо! Люби музыку!» Наверно, после такого опыта люди и становятся рокерами. Плюс музыкальной школы в том, что она рождает бунтарей.
Про коня
Павел РуминовМастер-класс режиссера Павла Руминова в Школе DIY-кинематографии MovieBand
Реальную причину в том, чтобы снимать или творить, нужно искать в вашем мозгу. Мозг – это долбанный дикий конь, который никогда не принимает идею счастья как идею потребления. Вы не можете остановить коня, который хочет скакать в неизвестном направлении и встречать других коней (это не пропаганда гомосексуализма). Можно взять этого дикого коня, поставить его в золотое стойло, дать ему телевидение, где все каналы про коней, а на фейсбуке у него одни селебы в друзьях. Но он не будет счастлив. Ему остается перепроверять почту, думая, что может какой-нибудь другой конь из прошлого ему напишет: «Прости, давай встретимся». Ты ждешь, что получишь письмо, в котором мелькнет искорка приключения. Мечтаешь, что из ниоткуда кто-то появится, потому что нам так трудно сделать этот первый шаг, нужен какой-то повод. Что такое Movie Band – это возможность договориться, когда вы выйдете из стойла. Это касается меня и всех нас – нужно просто побежать туда где земля.
Про «Звезду смерти»
Когда вы снимаете фильм, вы решаете огромное количество задач: договаривайтесь с другими людьми, сочиняете что-то, придумывайте выход из какой-либо ситуации – у вас ломается камера и вы снимаете сцену на айфон, если актер пьяный – сажаете его спиной и потом наговаривайте текст в студии. Вы придумываете решения, которые единичны, неповторимы. Как Месси, который может забить гол ухом, если это единственная часть тела, способная коснуться мяча в данный момент. Это неповторимые вещи, а нам ведь не нравится делать одно и то же.
Канал YouTube Павла Руминова
Но если вмешивается эго и задает вопрос «Сколько людей это увидит?», то это огромная засада. В кино как в любви, если мозг задает вопросы: почему мы этим занимаемся или почему мы это любим, то это ненастоящая любовь. Тарантино может придумать, что мертвые герои в конце покупают по гамбургеру – такое возникает только в состоянии любви, страсти, увлеченности. Мой сын выстроил «Звезду Смерти» из Lego за неделю, это невозможно! Это невозможно сделать, если тебе за это платят, если бы ему сказали об этом, то он бы начал задавать глупые вопросы: «Какую именно вы хотите «Звезду смерти»?» А он просто ее собрал: «Смотри, папа, – «Звезда Смерти». Вот это ощущение в нас живо. Единственный наркотик, который я потребляю и от которого завишу – это закончить видео. У меня есть канал, где я все время выкладываю видео. Сейчас мы создали рок-группу и записали альбом, хотя я не умею петь. Если кто-то спросит, сколько людей услышало наш альбом, я отвечу, что гораздо больше, чем когда музыка звучала в моей голове. Откуда у вас это взялось – «могу ли я рассказывать историю», «могу ли я петь», «кому это нужно»? Дайте себе сначала пять лет, чтобы сделать «это».
Про фильм «Я буду рядом»