29 ноября 1783 года – с пухлой белой ручки умницы-красавицы княгини Дашковой – в русском алфавите появилась… «ё». На историческом заседании новорожденной Академии российской словесности, где директорствовала очаровательная Екатерина Романовна, когда Фонвизин с Державиным бурно обсуждали проект знаменитого полного толкового славяно-российского словаря, заскучавшая было блистательная петербургская красавица, поддавшись внезапному порыву, предложила заменить звуки «io» одной единственной, но новой буквой – «ё».
Именитые академики снисходительно проголосовали «за», и даже сам Гавриила Романович тут же начал использовать модное новшество в своей личной переписке, а Иван Дмитриев в книге «Мои безделки», увидевшей свет в 1795 году, впервые пропечатал «ё» на всю матушку Русь.
Но настоящую известность этой немыслимой букве принёс автор сентиментальной «Бедной Лизы», над которой лили горькие «слiозы» все тогдашние нежные петербургские княжны. А Николай Михайлович Карамзин взял и в 1797 году решительно заменил эти самые «слiозы»… на «слёзы», которые вышли огромным по тем временам тиражом.
Впрочем, злосчастную «ё» ещё долго не считали за полноценную букву, и во всех дореволюционных букварях она стояла даже не после «е», а вообще где-то в самом конце алфавита. Ещё русский министр Александр Семёнович Шишков, возглавивший народное просвещение в 1824 году – ну прямо из военно-морского флота! – яростно пролистывал принадлежащие ему книги, чтобы стереть из них две ненавистные точки, считая их появление ничем иным, как произволом капризного старика Карамзина, который всего лишь добивался внешнего эффекта.
Правду сказать, даже в карамзинском, по духу, кругу эту «ё» явно на дух не переносили – вот и серебряная поэтесса Цветаева принципиально писала «чорт», а Андрей Белый так вообще и чертал, что «жолтый». Хотя во время расцвета их поэтического таланта – в 1917 году – уже был издан подписанный Луначарским декрет, официально признававший эту букву, но опять же на правах свободного волеизъявления масс: хочешь – пиши, не хочешь – никто не заставляет.
Причём рабочий класс по-ленински бескомпромиссно «разъяснил» и проклятую старорежимную ижицу, и обломок самовластья – фиту, а вот «ё» почему-то раскулачивать не стали. Просто бедняжку продолжали бессовестно игнорировать – даже умудрились пропечатать в «Петре Первом» Алексея Николаевича Толстого весьма двусмысленную фразу: «При этаком-то государе передохнем!». Имелось в виду – «передохнём». Как говорится, почувствуйте разницу.
Но в конце 1942 года не вышел приказ народного комиссара просвещения РСФСР, по которому вся советская Россия стала письменно «ёкать» в обязательном порядке… и, между прочим, этого приказа никто никогда не отменял!
А дело было так… Карты местности, перехваченные у дотошных фашистов, оказались намного точнее наших – там значились и Берёзовка, и Березовка, а не как у нас – одна сплошная Березовка. Вот и догадайся, где там бои идут! Тогда Сталин велел, чтобы «ё» пришла, чтобы навеки поселиться, не только в военных и государственных документах, но и в газете «Правда», и в идеологически правильных – а других тогда и не было! – книгах.
Но после Великой Отечественной народу снова вышло послабление и «ё» начали менять на «е», кто как хотел, а то и вовсе «ёкали», где не надо. В стране ведь тогда была разруха – вот и хотели просто сэкономить типографскую краску и металл, из которого отливают литеры… Или литёры?!
Так и живем – точно в нашем алфавите 32,5 буквы. До сих пор считаем, что у Дюма в тех «Трёх мушкетёрах» кардинала зовут Ришелье, а не Ришельё, а известнейшего русского поэта Фёта именуем не иначе, как Фет. Что уж говорить о французском гражданине России и всеобщем любимце – актёре Жераре Депардьё!
Или взять документы простого русского человека – в одних прописано, что он Ерёменко, а в других стоит Еременко. И как, спрашивается, этому несчастному получить наследство от богатой тёти Розы из Бразилии, где живёт очень много диких обезьян?! А, между прочим, в наших фамилиях эта бедная буква встречается в двух случаях из ста.
C точки зрения нейропсихологии исчезновение буквы «ё» из большинства современных текстов может привести к нарушению связей слов и предметов, с помощью которых ребёнок познаёт мир и учится в нём существовать. А это уже чревато недоразвитием речи и вообще интеллектуальной недостаточностью.
Но главное – способность согласных влиять на произношение последующих гласных является специфической особенностью нашего великого и могучего, удивительного и прекрасного русского языка, и, теряя «ё», мы вместе с ней теряем свою уникальность.
А если вы захотите посмотреть на красоты нашей Родины сервис РусАвиа24 поможет вам дешево забронировать авиабилеты!