Другие статьи из серии "Мидийское царство":
Страна истинных арийцев
Мидийское царство, трудная дорога к победе
Начало завоеваний Мидийского царства
Завоевание Мидией Манны и Урарту
Мидия уничтожает «сердце Ассирии»
Уничтожение Скифского царства Мидией
Восстание в Мидии, начавшееся в канун ассирийского нового года, то есть в марте–апреле 673 г. до н.э., судя по всему было не спонтанным, а хорошо организованным. Вероятно и время было выбрано не без умысла,в большие праздники бдительность соглядатаев ослабевает, а быстро собрать народ для организации противодействия бунту значительно сложнее. Как бы то ни было, Асархаддон еще не пришедший в себя после неудачного похода на Египет получил новогодний подарок от мидийцев. Инициатива в данном случае исходила «сверху», во главе восстания стояли три «областных руководителя»: Каштарити – глава поселения Кар-кашши (провинция Бит-Кари), Мамитиаршу – «поселковый» руководитель из провинции Мадай и их коллега из Сапарда.
«…, По всей вероятности, для удобства сношений с местным населением, и чтобы иметь человека, который обладал бы авторитетом среди него и в то же время головой отвечал бы в случае невзноса дани, ассирийцы признавали для каждой провинции одного определенного местного вождя… Реально его власть, основанная на его авторитете, как родоплеменного вождя, была в провинции, вероятно, не меньшей, если не большей, чем власть ассирийского областеначальника…». Таким образом, во главе восстания оказались три признанных местным населением лидера, имеющих в глазах местных жителей право власть на основании мидийских племенных обычаев.
Изначально ассирийцы в своих документах не выделяют кого-либо из вождей восстания, как бы считая их равноправными, но постепенно становится ясно, что Каштарити был немного «равнее других». Вполне возможно, что он изначально был «первым среди равных» потому, что являлся на момент начала восстания военным вождем мидийского племенного союза. Для ассирийцев подобная должность ничего не значила, поэтому и не была указана в их документации. Вместе с Мидийским союзом выступили заинтересованные в нанесении ущерба Ассирии маннеи а так же союзные им скифы и киммерийцы. Мобильные кочевники были особенно хороши в условиях маневренной войны, которую вели повстанцы.
Восставшие быстро овладели тремя провинциями, с которых все и началось (Бит-Кари, Мадай, Сапарда) и в самом начало месяца айар (конец апреля–май) приступили к осаде «столицы» соседней провинции – крепости Кишессу. Среди осаждающих упоминаются мидяне, маннеи и киммерийцы (что может означать и скифов). В это же время в других местах восставшими были осаждены еще несколько ассирийских крепостей. На рисунке ниже - крепость Кишессу, даже если имеет место «художественное преувеличение», все равно заслуживающий уважения образец фортификации. То, что войско восставших смогло организовать осаду и взять ее говорит о том, что под руководством Каштарити со товарищи было вполне серьезное войско. Многовековое противостояние с Ассирией не прошло даром, мидийцы смогли освоить и применить на практике знания, полученные у противника.
Асархаддон откладывает поход в Египет и начинает планировать карательную экспедицию в Мидию. 10 айара (мая) он делает запрос оракулу о предстоящем наступлении на восток: «…Ассирийцы предполагают пройти через «перевал Сапарды» и занять – вероятно, как плацдарм для дальнейшего наступления – крепость Кильман .... Видимо, речь идет о походе на восставшую Мидию с юга, о котором упоминается и в надписях Асархаддона…». И.М. Дьяконов О результатах военной акции Асархаддон сообщает с присущей ассирийским царям скромностью: «Я растоптал страну Барнаку, коварного врага, обитателей (страны) Тилашурри, имя которой зовется в устах людей Мехрану „(город) Питану”». Путанно и
малоинформативно для современного читателя, да еще и не отражает реальное положение дел.
В начале месяца симана (май-июнь) восставшие снова угрожают ассирийской крепости, название которой не сохранилось. В середине июня (25 симана) скифы появляются в провинции Бит- Хамбан, тогда же неизвестный нам противник атакует крепость Сиссирту расположенную на границе Элама. Войска Каштарити достигли долины реки Диялы и практически вся «историческая» Мидия оказалась свободной от власти Ассирии. Войска восставших стремились занять перевалы Загроса, ведущие в Двуречье и полностью отрезать ассирийцам доступ к территории современного Ирана. Даже в прочно удерживаемой Ассирией провинции Парсуа было неспокойно, ее областеначальник сообщает, что маннейские войска совершили рейд на территорию его области и захватили дань лошадьми от племени залипцев.
Ассирия оказалась в неприятном положении, подавить восстание на востоке никак не получалось. В том числе и потому, что было невозможно бросить все силы для его усмирения, война с Египтом не закончилась с крахом ассирийского похода и фараоны продолжали усиленно «подкармливать» вечно недовольные ассирийской властью средиземноморские царства. Не без их участия в Финикии зрел очередной мятеж. Как всегда бывает в смутные времена, увеличился поток тех, кто хотел отсидеться в тихом уголке, не участвуя в войнах, мятежах, великих стройках и прочих развлечениях власти. Видимо к 673 г. до н. э. число беглецов превысило допустимый предел и, несмотря на прочие войны и мятежи, Асархаддон двинул свои войска на Шубрию, в которой любили искать убежище «эмигранты» из Ассирии и Урарту.
Маленькое хурритское царство Шубрия находилось на Армянском нагорье к юго-западу от озера Ван и граничило одновременно с Ассирией и Урарту. Я уже упоминал это государство в статье посвященной ассирийской армии (подробнее ЗДЕСЬ: Машина войны), как место где любили прятаться ассирийские дезертиры. Шубрия с готовностью принимала любых беглецов от всяческих повинностей и очень редко выдавала их на расправу. Но Асархаддон решил положить конец утечке «налогоплательщиков» и с легкостью пройдя через территорию Шубрии ассирийское войско осадило, а чуть позднее (в ноябре—декабре) взяло штурмом столицу Шубрии крепость Уппуму. Царь Шубрии Ник-Тешуб был убит, ее воины были включены в ассирийскую армию, население большей частью депортировано в другие места ассирийской империи, а сама страна разделена на две ассирийские провинции Уппуму и Куллимери. Каждый из ассирийских беглецов в наказание был лишен носа, глаза и уха, после чего отправлен на родину. Захваченных в Шубрии беглецов из Урарту Асархаддон выдал урартскому царю Русе II.
Это был редкий момент дружественных отношений между Ассирией и Урарту, впрочем, особого доверия к соседям ассирийский царь не испытывал, поэтому вскоре отправил оракулу запрос: «…с этого дня, с ... дня этого месяца нисанну до 1 дня месяца ду'узу этого года, на ... дней и ... ночей — установленный срок для свершения гадания. В течение этого срока — Руса, царь Урарту … замышляет ли, будь то по совету своих советников, будь то он сам со своими силами, будь то киммерийцы, будь то союзники, которые с ним, — с того места, где они находятся, направят ли путь и дорогу для свершения боя, сражения и битвы, для убийства, грабежа и взятия в полон в страну Шуприа — будь то город Пуму, будь то на Куллам-мери, будь то на другие крепости Шуприи — пойдут ли, убьют ли убийством, разграбят ли грабежом, полонят ли полоном, — или из крепостей Шуприи отнимут что-либо малое или большое и возьмут себе?»
Расправившись с Шубрией, и таким образом прекратив утечку ценного «человеческого ресурса», Асархаддон вернулся к проблемам Мидии. Разумеется, работа различных «компетентных органов» Ассирии не прекращалась не на минуту с момента мидийского восстания, но какие-то подвижки наступили только накануне ассирийского нового года, т. е., в начале марта 673 г. до н.э. К этому времени относится очередной запрос к оракулу, Асархаддон видимо хочет знать удастся ли договориться с вождями бунтовщиков, но, к сожалению, текст фрагментирован и кроме самого факта обращения и состава союзников Каштарити понять что-либо сложно.
«... [Ашшурахиддина, царь Ассирии...........собирается] послать своего гонца [........ в страну мидя]н [...] знает. [Так как согласно слову твоей великой божественности, Шамаш, великий владыка, и тво]ему надежному [решению этот наш господин, Ашшурахиддина, царь Ассирии, собирается задумать, собирается замыслить............., если он замыслив, пош]ле[т своего гонца в страну мидян, то, когда он его по]шлет, будь то сапардийцы, будь то киммерийцы, [будь то мидя]не, [будь то маннеи, будь то] скифы, будь то всякий враг [.............................................] сделают ли, [........................................, огорчат ли, удручат ли сердце это]го нашего господина, [Ашшурахиддины, царя Ассирии]…»
Эта попытка наладить диалог не была единственной, Асархаддон пытается договориться с каждым из союзников в отдельности. С мидийцами и маннейцами, имеющими многовековой стаж общения с Ассирией, наладить дружбу не выходит, зато на контакт идут вожди скифов. Игорь Михайлович Дьяконов высказал предположение о том, что предводитель скифов Ишпакай погиб как раз перед этим, в конце 673 г. до н.э., а не в 675 г. до н.э. во время похода Асархаддона в Манну. Новый скифский вождь – Партатуа, или согласно Геродоту Прототий, предпочел дружбу с могущественной Ассирией союзу с мидийскими племенами. Что тут поделаешь, кочевники – народ вольный и к долгой дружбе с чужаками не расположенный.
Правда, ассирийскому царю пришлось согласиться на брак дочери с «царем скифов», как именуют Партатуа ассирийские источники, но это «дело житейское», к тому же у царя были и другие дочери. Асархаддона больше волновало, как на это посмотрят боги и жрецы: « Шамаш, великий владыка, на то, о чем я тебя вопрошаю, дай мне верный ответ. Партатуа, царь скифов, который сейчас прислал гонца к Ашшурахиддине, царю Ассирии … — если Ашшурахиддина, царь Ассирии отдаст в жены Партатуе, царю скифов дочь царя из «дома воспитания» вступит ли с ним Партатуа, царь скифов, в союз, слово верное, мирное, скажет ли Ашшурахиддине, царю Ассирии, клятву верности Ашшурахиддине, царю Ассирии, будет ли выполнять поистине — твоя великая божественность знает». Не знаю, как уж там сложилась семейная жизнь скифско-ассирийской пары, по мнению некоторых историков, брак так и не состоялся, но скифы надолго стали верными союзниками Ассирии.
Скифские племена представляли собой огромную силу, и их уход был огромной потерей для восставших, к тому же сохранялась опасность их появления уже в качестве противников мидийцев. Ассирийская тяжелая пехота и скифские конные лучники вместе – страшнейший кошмар для любого полководца того времени. Поэтому успех восстания был не полным, оттеснить ассирийцев за линию хребтов Загроса не удалось, а провинции Кишессу, Хархар и Бит-Хамбан остались в составе империи. Среди исследователей высказывалось мнение, что в конце войны восставшие потерпели несколько поражений в одном их которых погиб вождь мидийцев Каштарити.
Однако в руках мидийцев остались провинции Бит-Кари, Мадай и Сапарда – основные земли мидийского племенного союза теперь уже даже формально не подчиненные Ассирии, они стали основой для появления независимого царства Мидия. Датой рождения независимого государства Мидия можно считать 672 г. до н.э. первый известный случай, когда оно было упомянуто в таком качестве в одном из официальных писем, найденных в ассирийском царском архиве.
При подготовке статьи использованы следующие материалы:
Сборник "История Востока" т. 1 "Восток в древности"
Кембриджская история Древнего мира. т. 4 "Персия, Греция и Западное Средиземноморье"
«Периодизация скифской архаики и Древний Восток».
И. Н. Медведская
"История Мидии" И.М. Дьяконов
«Киммерийцы и скифы» А.И. Иванчик
«Киммерийцы и скифы от появления на исторической сцене до конца IV века до н.э.» М. И. Артамонов
Другие статьи из серии "Мидийское царство":
Страна истинных арийцев
Мидийское царство, трудная дорога к победе
Начало завоеваний Мидийского царства
Завоевание Мидией Манны и Урарту
Мидия уничтожает «сердце Ассирии»
Уничтожение Скифского царства Мидией