Наш сын (9 лет) недавно признался нам, что единственная причина, по которой он переехал к нам, - это то, что он хотел уйти от своего предыдущего приемного родителя. Я не виню его, она оскорбляла его, и я счастлив, что мы можем дать ему безопасное место для жизни. Однако он признался, что не думает о нас как о своих родителях или своей семье. Он с нами год.
Теперь он официально усыновлен по закону является нашим сыном. Итак, пути назад нет. Теперь его нельзя отдать в другую семью. Мы много разговаривали с ним, когда он был с нами в приемной семье, чтобы убедиться, что он хочет быть частью нашей семьи. Он всегда говорил, что хочет быть с нами. В тот день, когда мы подписали документы об усыновлении, мы даже попросили его в последний раз поговорить с социальным работником наедине, чтобы спросить его, действительно ли он хочет быть частью нашей семьи? Он сказал да.
Теперь стало ясно, что он просто говорил эти вещи, чтобы уйти со своего предыдущего места работы. Опять же, я не виню его. Его старая приемная мама физически оскорбляла его.
Мы стараемся сделать все возможное, чтобы он чувствовал себя счастливым и любимым. Мы купили ему барабаны, чтобы он смог следовать своей страсти. Мы осыпаем его подарками и проводим много времени, играя с ним и пытаясь увлечься.
Настоящая проблема в том, что он не видит в нас родителей и из-за этого очень мало уважает нас. Если есть. Когда мы пытаемся серьезно поговорить с ним или наказать за плохое поведение, он отключается, или что еще хуже. Он становится жестоким. Он полностью разрушил стены в своей комнате. Теперь вы можете увидеть это в другой комнате. Он нападает на нас физически, угрожает убить / зарезать. На прошлой неделе он пытался меня задушить, потому что я попросил его перестать использовать свою барабанную палочку, чтобы проделывать еще дыры в стене.
Он идет на терапию, но это не имеет значения. На этой неделе мы начинаем интенсивную домашнюю терапию и прием лекарств. Мы отчаянно надеемся, что они сработают, но боюсь, что это не так. Мы ему не очень нравимся, если мы не даем ему именно то, что он хочет, когда он этого хочет.
Сейчас мы можем справиться с ударами, ударами и укусами девятилетнего ребенка, но довольно скоро он станет подростком и станет намного сильнее. Настанет день, когда он сможет победить нас физически, и мы не знаем, что делать, когда это произойдет.
Итак, мы застряли с девятилетним соседом по комнате, который нас совсем не любит, который не может жить где-то еще и который регулярно нападает на нас. Мы живем в страхе.
Я не уверен, чего я пытаюсь достичь с помощью поста, но было хорошо выразить это словами.