Вкус бумаги, исчерченный ржавым пером,
Привкус крови,давно не остывший.
Говорила мне тихо сквозь злое потом,
Только голос, жестоко простывший.
Вкус бумаги, исчерченный ржавым пером,
Привкус крови,давно не остывший.
Говорила мне тихо сквозь злое потом,
Только голос, жестоко простывший.
Собирала слова в стеклотканную нить,
Разрезала тихонько запястья.
На меня не смотрела,
Пытаясь внушить
Лёгкий шёлк сумасшедшего счастья.
Только лживые речи,лишённые слов,
Унесутся заносчивым вихрем.
Это время борьбы с перестуком оков:
"Мы нескоро, нескоро затихнем!"
Остаюсь зимовать.
Ледяная постель и свеча жёлто-грязного цвета.
Разве можно лишить это время борьбы
Теплоты драгоценного лета?
6.10.17
