( продолжение, начало в «Кто принял решение провести коллективизацию»)
Цитирую по [С.Кара-Мурза.Советская цивилизация]
«Историки коллективизации до последнего времени не ответили на самый естественный и простой вопрос: откуда и как в Комиссии Политбюро по вопросам коллективизации, а потом в Наркомземе СССР появилась модель колхоза, положенная в основу государственной политики? Насколько известно из воспоминаний В.М.Молотова, сам И.В.Сталин, посетив вместе с ним несколько возникших еще ранее колхозов, был воодушевлен увиденным. Но в тех «старых» колхозах не обобществлялся домашний скот, а каждой семье был оставлен большой приусадебный участок.
Из зарубежных источников следует такая история программы. Опыт разных типов сельскохозяйственных кооперативов, которые возникали во многих странах, начиная с конца XIX века, в 20-е годы был обобщен в нескольких крупных трудах (прежде всего, изданных в Германии). Самым удачным проектом (некоторые авторы называют его «гениальным») оказался киббуц — модель кооператива, разработанная в начале века во Всемирной сионистской организации. Эта разработка была начата учеными-аграрниками в Германии, затем продолжена сионистами (трудовиками и социалистами) в России. Главным идеологом проекта был ученый из Германии видный сионист А.Руппин, руководивший затем всей программой создания кибуцев в Палестине, для которых закупались участки земли…
Проект был разработан для колонистов-горожан и вполне соответствовал их культурным стереотипам. Они и не собирались ни создавать крестьянское подворье, ни заводить скот. Обобществление в киббуцах было доведено до высшей степени, никакой собственности не допускалось, даже обедать дома членам кооператива было запрещено. Строительство киббуцев сильно расширилось после Первой мировой войны. Они показали себя как очень эффективный производственный уклад (и остаются таковым вплоть до нынешнего времени). Видимо, и руководство Наркомзема (Эпштейн- ВК), и Аграрного института (Крицман -ВК) было под большим впечатлением от экономических показателей этого типа кооперативов и без особых сомнений использовало готовую модель. Вопрос о ее соответствии культурным особенностям русской деревни и не вставал.»
Это и не удивительно. Как сказал в свое время Ленин (правда, про народников «Страшно далеки они от народа». наркомзем Яковлев в девичестве Эпштейн[1], родился в Белоруссии в городе Белостоке в семье учителя, жизнь русского крестьянства не знал изнутри и не понимал, а всю сознательную жизнь был типичной партийной номенклатурой. Еще интереснее с Крицманом. Родился в Одессе, с 15 лет в революционном движении. Почти все время до революции прожил в Европе, где и закончил университет в Цюрихе по специальности химия. Жизнь и проблемы русского крестьянства не знал ,поэтому систематически выступал против теории А. В. Чаянова и семейно-трудовой школы. Ратовал за обоснование трехзвенной схемы дифференциации крестьянства (бедняк— середняк — кулак[2]), ставшей одной из основ политики раскрестьянивания в 1929—1933 гг. Кстати, трагическая судьба Чаянова как-то связана с позицией Крицмана по крестьянскому вопросу – ведь тот одно время даже был его начальником. Чаянов же считал, что русское крестьянство дифференцировано на шесть страт, и кулак – это тот, кто на земле не работает, а занимается ростовщичеством[3]
Но зачем этим деятелям было узнавать русское крестьянство, если на XV съезде его участники заклеймили русское крестьянство как отсталое ( см. мой пост «Кто принял решение провести коллективизацию») и поэтому не дали себе труда вникнуть в его особенности Отсталое? Значит, ломать через колено, чем вызвали лавину крестьянских восстаний[4]. Как реакция на эти восстания 2 марта 1930 г. выходит статья Сталина «Головокружение от успехов», где разъясняется, что
«Основное звено колхозного движения, его преобладающую форму в данный момент, за которую надо теперь ухватиться, представляет сельскохозяйственная артель.
В сельскохозяйственной артели обобществлены основные средства производства, главным образом, по зерновому хозяйству: труд, землепользование, машины и прочий инвентарь, рабочий скот, хозяйственные постройки. В ней не обобществляются : приусадебные земли (мелкие огороды, садики), жилые постройки, известная часть молочного скота, мелкий скот, домашняя птица и т. д.»
Артель является основным звеном колхозного движения потому, что она есть наиболее целесообразная форма разрешения зерновой проблемы. Зерновая же проблема является основным звеном в системе всего сельского хозяйства потому, что без ее разрешения невозможно разрешить ни проблему животноводства (мелкого и крупного), ни проблему технических и специальных культур, дающих основное сырье для промышленности. Вот почему сельскохозяйственная артель является в данный момент основным звеном в системе колхозного движения»
И там же особо отмечается, что сельскохозяйственные коммуны ( т.е. говоря открытым текстом, кибуцы)
«представляют пока еще единичное явление в колхозном движении. Для сельскохозяйственных коммун, как преобладающей формы, где обобществлено не только производство, но и распределение, условия еще не назрели»
Нельзя не учитывать привычки и обычаи русского народа, особенно если его заставляют что-то делать насильно. Сейчас, если бы кто-то организовал подобие кибуца (коммуны), все бы прошло нормально при условии, что последние создавались бы из энтузиастов, а колхозы ведь создавались из того, что было.
После этой статьи уже в марте-апреле 1930 г. ЦК ВКП(б) принял ряд важных решений, чтобы выправить дело, но инерция была очень велика, и конфликт на селе разгорался. Начатое зимой «раскулачивание» было продолжено. Лишь весной 1932 г. местным властям было запрещено обобществлять скот и даже было предписано помочь колхозникам в обзаведении скотом. С 1932 г. уже не проводилось и широких кампаний по раскулачиванию. К осени 1932 г. в колхозах состояло 62,4% крестьянских хозяйств, и было объявлено, что сплошная коллективизация в основном завершена.
В «Примерном уставе с/х артели» 1935 г. п.5 было закреплено
«5. Каждый колхозный двор в зерновых, хлопковых, свекловичных, льняных, конопляных, картофеле-овощных, чайных и табачных районах может иметь в личном пользовании корову, до 2 голов молодняка рогатого скота, 1 свиноматку с приплодом или, если правление колхоза найдет необходимым, 2 свиноматки с приплодом, до 10 овец и коз вместе, неограниченное количество птицы и кроликов и до 20 ульев.
Каждый колхозный двор в земледельческих районах с развитым животноводством может иметь в личном пользовании 2—3 коровы и кроме того молодняк, от 2 до 3 свиноматок с приплодом, от 20 до 25 овец и коз вместе, неограниченное количество птицы и кроликов и до 20 ульев...
Каждый колхозный двор в районах кочевого животноводства, где земледелие не имеет почти никакого значения, а животноводство является всеобъемлющей формой хозяйства, может иметь в личном пользовании от 8 до 10 коров и кроме того молодняк, 100—150 овец и коз вместе, неограниченное количество птицы, до 10 лошадей, от 5 до 8 верблюдов.».
Несмотря на неурожаи и последующий голод в некоторых районах СССР колхозы в дальнейшем прочно встали на ноги, дали хлеб стране. Так в 1937 г валовый сбор зерна достиг 70% мировой нормы на человека, следующее такой уровень был достигнут только в 1962 г. (см. мою ст. «О хлебе насущном»)
[1] В одной из своих книг, Вадим Кожинов, ссылаясь на воспоминания Хрущева, указывал на то, что, Яковлев был охарактеризован Мехлисом, как человек, которому еврейское происхождение мешало понимать русских в некоторых бытовых вопросах
[2] Это в частности приводило к тому, что в угаре коллективизации зажиточных середняков раскулачивали, ибо если не бедняк значит кулак.
[3]В 1926 году обвинён в мелкобуржуазности и антимарксистском толковании сущности крестьянского хозяйства. С началом коллективизации в 1928—1929 годах его критиковали за «неонародничество», затем обвинили в защите интересов кулачества и протаскивании буржуазных аграрных теорий. На Конференции аграрников-марксистов (20—29 декабря 1929) т. н. «чаяновщина» была объявлена «агентурой империализма», находящейся в связи с правым уклоном в ВКП(б);
[4] Эти события и особенно настроения крестьян великолепно описаны в произведении Шолохова «Поднятая целина».