В июле 2018 года, в Санкт-Петербурге, в Доме архитектора состоялась научно-краеведческая конференция, посвященная 250-летию со дня рождения каменотеса Самсона Суханова. Ее основная цель, весьма благая - привлечь внимания широкой общественности к личности человека, во многом определившего строгий, стройный вид Петербурга.
Участники конференции насчитали в Петербурге и его окрестностях 33 объекта, в строительстве которых принимал участие Суханов. Среди них: Казанский собор, Стрелка Васильевского острова, Горный институт, Ростральные колонны, Исаакиевский Собор, Михайловский замок, ванна в Баболовском дворце и ещё десятки объектов.
По сути, самые главные сверхсложные в технологическом плане гранитные объекты Петербурга построили фактически 2 человека - француз Огюст Монферран и русский Самсон Суханов. Причем у последнего два отчества в разных источниках - Семенович и Ксенофонтович. По нескольким найденным источникам Самсон Суханов рождался 4 раза -- в 1766, 1768, 1769 и 1776, а умирал всего только 2 раза - в 20-х и 40-х.
Странно. Очень странно, что такому плодовитому и именитому мастеру, город ответил забвением. Его именем не названы улицы, площади или переулки, ему не поставлено ни одного памятника, ни одной памятной доски. Не сохранена даже его могила! Почему? Давайте разбираться.
Официальная история повествует:
Родился Самсон Суханов в глухой деревушке Завотежицы Вологодской губернии в 1768 году, в поле во время косовицы, и был сыном пастуха. Рос непоседливым, крепким и любознательным. С детства любил рисовать на бересте и лепить из глины человечков, как и отец, пас скотину. Мальчику не было и восьми лет, когда его отдали в батраки. Он носил воду, рубил дрова, чистил конюшню.
Подростком ушел с бурлаками на Волгу, а затем на Северную Двину.
Не раз ходил на звериный лов. Однажды встретился один на один с белым медведем. Северный властелин, не сворачивая, шел прямо на Самсона. Но и парень не отступил. Понимал: бежать нельзя, все равно догонит. Воткнул лыжи в снег, так как знал, что на лыжи медведь никогда не бросится, будет кружить вокруг них. Выставил вперед рогатину и первым пошел на медведя. Медведь наткнулся на рогатину, сломал ее и всей тушей навалился на Самсона. Тот не растерялся, выдернул из-за голенища нож и всадил его зверю в бок. На зимовье вернулся с медвежьей шкурой, куском мяса и медвежьей отметиной через все лицо ото лба к щеке.
Весной 1785 года артель вернулась в Архангельск с моржовыми салом и клыками, голубыми песцовыми шкурками, гагачьим пухом, медвежьими шкурами (две из них были трофеями Суханова).
Был Самсон на все руки мастер. Умел чинить сапоги, ставить колеса на водяных мельницах, резать из дерева ложки и веретена. В Архангельске нанялся работать на якорном заводе. От бурлаков, с которыми он ходил еще по Волге, много слышал о столичном городе Санкт-Петербурге.
Очень уж хотелось Самсону посмотреть диковинную столицу. А тут оказалось, что шурин работает в городе на Неве. Летом 1797 года с обозом палтусины, сельди да семги пришел из Архангельска в Санкт-Петербург. Не думал и не гадал, что в российской столице найдет он свое главное дело.
В это время рядом с Летним садом возводился огромный Михайловский замок. Брат жены, которого отыскал Суханов, работал на этой стройке: поставлял камень, которого требовалось великое множество. На строительстве нужны были камнесечцы (тогда так называли камнетесов), и Самсон нанялся на работу. Он перенимал опыт работы у родственника Копылова, привыкал к молотку и зубилу, ворочал каменные глыбы. Работа тяжелая, но интересная. Камень, он ведь крепкий как железо! С ним, словно со льдинами в море, с умом сражаться надо. Чуть не так ударишь - расколется, и вся работа пропала. К тому же у каждого камня свой характер, его понять необходимо.
Камень Суханову подчинился быстро, и работа пошла. Подрядчики и архитекторы к нему стали присматриваться, поручать более сложные задания.
Увлекательная история, но она никак не объясняет, откуда у Суханова появились столь глубокие знания, навыки и профессиональный опыт по обработке и шлифовке гигантских гранитных монолитов. Его научили азам, навыкам обтесывания средних форм, из которых собирались стены и лестницы Михайловского замка. В проекте здания не было монолитных колонн из гранита или гигантских шаров, которыми позднее Суханов украсит стрелку Васильевского острова.
Когда завершилось строительство Михайловского замка, Суханов решил организовать свою артель. В артель к нему люди пошли охотно. Видели: человек он справедливый, бывалый, мастер знатный, дотошный - в свободное время выучился грамоте, учится архитектурные чертежи читать - с таким не пропадешь. В 1800 году закончилось строительство Михайловского замка, (напомню, где Суханов – подмастерье) а на следующий год начали возводить Казанский собор ( 1801-1811 ).(Где он уже МАСТЕР и глава артели). Архитектор А. Н. Воронихин поручил артели С. Суханова возведение колоннады из 138 колонн, выходящей на Невский проспект, а затем и внутренней колоннады.
В качестве материала для изготовления колонн, которые были «наборные», Воронихин решил использовать пудостский камень, и Суханов, знакомый со свойствами этого камня, поддержал идею Воронихина. Этот камень, лежащий на земле, – очень мягкий и легко поддается обработке, но, находясь на воздухе, становится все тверже и тверже. С наружными колоннами из пудостского камня особых проблем не возникло, и вскоре они встали, словно каменная роща, вдоль Невского проспекта. Но оставалось еще 56 монолитных колонн для внутреннего свода – только уже из гранита, каждая весом более 100 тонн, а это уже работа абсолютно другой категории сложности.
(Вопрос. А, из монолита ли эти колонны? Нас уверяют, что – да. А может они литые? Что более правдоподобно. Нет – говорят нам официально. Это невозможно).
В исторических справочниках и рассказах экскурсоводов никто особо не внедряется в «технологическую прозу жизни» изготовления гранитных колонн. А, обывателю вообще «до лампочки», как это сделано. Но, вас, мой дорогой читатель, я несколько сориентирую.
Твёрдость гранита по шкале Мооса, почти 8. Следовательно резать его и полировать можно минералами более высокой твёрдости – 9-кой, а лучше 10-кой, это максимальный показатель. В природе этим показателем обладает только алмаз. Твёрдость 9 - у корундов. Это сапфиры и рубины. Возможно, что у Суханова было какое-то количество алмазных паст для полировки поверхности, но для того, чтобы резать и тесать саму колонну, в то время, подобного инструмента не существовало!
В наше время гранит режут инструментом с алмазным напылением (это диски и трубки из победита с режущей кромкой впечённого технического алмаза), да и речь идёт как правило о небольших объектах. Изготовление натуральной гранитной плитки метр на метр (вспомним облицовку мавзолея) или дорогая могильная плита, но Суханов ворочал глыбы! Вот как объясняют это историки:
Суханов разработал особый метод вырезания гранитных плит из скалы нужного размера. Глыбы высекались с поразительной точностью. Иностранные инженеры, наблюдавшие за этим процессом, ломали головы и никак не могли понять, чем же он руководствовался при этом. Придумал Суханов также способы транспортировки и установки колонн. Так что и с этой сложной задачей его артель успешно справилась. За эту работу Суханову была вручена золотая медаль.
Вот и все объяснения! Ну делает он это как то, да и ладно. Кому интересна эта рутина? Попахивает неким «хайли-лайкли»)). Не так ли?
Конец первой части. >>> Читать вторую часть <<<