Богатые тоже зомби 3: кукловоды: начало ч1, начало ч2, начало, назад
Комната забита грубо сколоченными из досок кроватями, застеленными чем попало. Воздух спёртый и затхлый — им слишком холодно, чтобы позволить себе проветривание, и все здесь давно не ели вдоволь и хорошенько не мылись, зато из динамиков в коридоре непрерывно играла какая-то занудная музыка, вызывающая жуткую зевоту.
И всё равно вокруг было слишком много любопытных глаз на осунувшихся сероватых лицах.
Мы здесь час, а я уже понял, что ощущение близости человеческих мыслей и запрета их есть становятся просто невыносимыми, хотя мы выбрали себе места с самого краю, подальше от всех. И мне всё труднее постоянно удерживать человеческий облик — нутро наконец-то рвалось наружу.
Герасимов строго поговорил со мной сразу же после того, как ушел дядя в военной форме — настойчиво расспрашивал, почему я не ел мысли обитателей бункера, а я и сам не знаю: вчерашнее казалось сейчас смутным и почти потерянным, как будто я вынырнул из глубины, отбросив всё ненужное.
Где-то на границе ощущений возникло пятнышко Няниного сознания — она ужасно волновалась за меня, и от этого сразу стало тепло и уютно. Связь пока была совсем слабой, но зато теперь я точно знал, что она обязательно придёт за мной.
— Борисик, пойми, я должен знать, если ты снова захочешь нападать на людей. Этого нельзя делать, но если ты захочешь, то я отведу тебя в другое хорошее место, — Герасимов сидел на исцарапанной и шаткой табуретке рядом с кроватью и говорил очень тихо, подальше от чужих ушей. Почему-то я точно знал, что он врёт насчёт хорошего места, но мне было всё равно.
И я сказал, что не буду, а он сделал вид, что поверил.
Никак не мог взять в толк, почему же Герасимов не хочет, чтобы я собирал мысли, и даже решил спросить его об этом, раз уж мы разговорились и он всё втолковывает мне про своих людей. Тот замолчал и довольно долго смотрел на меня диким взглядом, как будто я его обидел, а потом встал и ушёл куда-то.
Ладно, я могу их не есть просто потому, что он попросил, чего сразу так расстраиваться.
Вот так я и лежал на жёсткой постели и думал, слопать или нет мысли того толстяка, который ближе всех, когда услышал на улице Колин голос и вышел посмотреть.
Коля скандалил с заселяющим дядей. Всё повторял про то, кто его отец и как им всем попадёт, когда выяснится, как плохо его устроили.
Герасимов стоял рядом — бросил на меня короткий вопросительный взгляд, а я кивнул, мол, всё в порядке, никого не трогаю.
Кажется, заселяющему в лагерь было наплевать, кто чей отец, и он даже ответил что-то колкое, отчего Коля так и замер с раскрытым ртом.
Неожиданно все забегали, как по команде, — к воротам подъехал перепачканный уазик и из него выпрыгнул подтянутый и очень аккуратный дядя, которому все отдавали честь и старательно суетились рядом.
Богатые тоже зомби 3: кукловоды: начало ч1, начало ч2, начало, назад
Читайте детектив про эффективных менеджеров "Голова в траве",
апокалиптическую повесть "Эпидемия. Дневник",
про чёртову удачу и домовых: "Алиса и её Тень",
космическую оперу про параллельные вселенные: "Моя мама - андроид".