Первую мою любовь звали Рома. Мы были лучшими друзьями. Мне 4 ему 5. Мы расставались друг с другом только для того, чтобы утром увидеться снова. Я не помню когда это началось, но такой радости от дружбы я не испытывала ни с кем раньше! Он был первым!! С Ромкой мы чаще всего играли в путешествия. На кораблях и самолетах. Он мечтал о новых землях, о приключениях, как он будет сражаться с пиратами. А я просто была рядом с ним счастлива — хохотала до упаду.
Я часто приходила к нему домой. Мы прятались под большой стол в его однокомнатной квартире и играли с игрушками. Когда Ромка громко начинал кричать и смеяться, увлекаясь игрой со мной, его отец в мгновение ока заводился от ярости, брал ремень и бил его, перегнув через колено. Я часто наблюдала за этим. Его отец меня не трогал. Но мне было также больно как и Ромке. Только в сердце, а не на коже. Когда мне было 5 лет, а ему 6, его сбила машина. Я этого не видела, мне об этом сказали. Сейчас, оценивая эту ситуацию взрослыми глазами, вспоминая дорожный трафик тех 70-х на окраине города Харькова, я понимаю, что чтобы не увидеть на дороге машину, которая едет со скоростью 60 км/ч, бегущему ребенку нужно быть или очень увлеченным своей игрой, что в случае Ромы возможно, или быть сильно напуганным и убегать со всех ног.
Меня не пустили на его похороны. Но каким-то образом я видела что там происходило. Это был мой первый вне телесный опыт. Я была там. Его отец убивался. Более точного слова не найти. Он не просто горевал о сыне, сожалея о его утрате, как делала его жена, - нет, он раскаивался. Он явно винил себя в его смерти, что в случае его вспышек ярости вполне возможно. Я как будто-бы процесс похорон наблюдала со стороны и немножечко сверху, такие кадры часто используются в кинофильмах. Я видела, как его отец бросился к могиле, как он кричал и как его удерживали несколько мужчин за руки, чтобы он не прыгнул вслед за гробом. А я совсем не грустила. В моем сознании он не умер. У меня этого понятия внутри не было еще. Он для меня просто ушёл. Через тело, вниз, в землю. Как будто-бы продолжил свой путь в другом мире. Каждая женщина, в каком бы возрасте она ни была, проходит опыт потери возлюбленного (Об этом я расскажу в «Архетипах»... мать их.). Со мной это произошло в 5.
Помню один случай. Ромка вышел из подъезда, злой. Я на земле вылепила из глины красивый узор и в центр посадила цветочек. Он подошел и растоптал ногами весь мой сказочный мир. Я расплакалась и ударила его кулаком по голове, а он стал таскать меня за волосы. Даже не помню, как мы помирились, похоже когда боль прошла от ударов, а может быть даже раньше.
Сразу после смерти Ромки мои родители получили квартиру и мы переехали в новостройку на окраине города. Рядом был лес и озеро. Мне оставался год до школы.
В тот год мама обрезала мне волосы. Больше кос у меня не было. Мама мне сообщила, что она работает как лошадь, к тому же на работу стало ездить дальше и заплетать волосы она больше не сможет. Плюс к этому, у меня появились очки в коричневой оправе. Мне было всё-равно.
Если честно, то новая квартира нам счастья не добавила в семью. Папу повысили по службе до директора предприятия. Он нервничал. Всё свободное время они с мамой обсуждали производственные проблемы. В моей комнате часто плакала бабушка. Мы ее забрали к себе из деревни сразу, как получили квартиру. Я ходила в детский сад, где мы всей группой мечтали, чтобы с нашей воспитательницей что-нибудь случилось и она не пришла бы в детский садик. Так и случилось. Нашу воспитательницу ограбили, в собственной квартире! Её вместе с дочерью грабители, угрожая оружием, заперли в туалет и вынесли все ценные вещи из квартиры. Об этом судачил весь детский сад и неделю у нас была замена. Мы ликовали! На фоне этого у нас в группе образовалось аж три пары сразу! Я была со Славиком. Он был очень красивый) Похоже во мне пробуждалась вишудха. Я начала видеть красоту в людях. Жизнь продолжалась.
Спустя несколько месяцев во дворе я познакомилась с мальчиком, старшим меня на год, из моего подъезда, с 9-го этажа. Его звали Ромой. Он был похож на моего Ромку, только другой. Я караулила его со школы, бросала в щель лифта ключи от квартиры, чтобы он помог мне их достать и мы еще немного побыли бы вместе. Он научил меня играть в казаки-разбойники. Мы гуляли с ним по крыше нашей 9-ти этажки, по самому краю! Мне казалось, что иногда у нас появлялся какой-то хрупкий тонкий контакт и в эти моменты моё сердце замирало от предвкушения давно потерянного чувства. Эти мгновения длились доли секунды, да и были ли они, я не знаю. Рома со мной просто дружил и хорошо ко мне относился. Не более. В безответной любви к нему я прожила год, прежде чем смогла окончательно признать: «это не ты. У него просто твоё имя.»
«Он - всегда готов идти. Мир манит его новыми испытаниями и победами. Он любит её и хочет, чтобы она пошла за ним. По пути он будет ее спасать от опасностей. У них будут сложные времена. Он знает, что они будут, потому что он взрослый. Все взрослые готовы к сложным временам. И он готов. У него в чемодане есть все для этого: шоколадка для нее, мишка для него, спички для костра и рогатка для охоты, веревка, складной нож с шилом и сухой порох на самый крайний случай. А еще у него есть воздушный змей. Он его будет запускать, когда ей будет очень грустно. Он знает, что девочки регулярно грустят. Он взрослый.
Она - его любит. Она готова идти за ним на край света. Она будет ухаживать за ним по пути. Для холодной погоды у нее есть с собой шарфы и теплые носки для двоих, мука и маленькая кастрюлька на черный день. Блокнотик и карандаши, чтобы записывать самые важные события их долгой и счастливой жизни. Фотоаппарат, чтобы было, что показать детям. А еще она будет перед сном петь ему песни, чтобы он засыпал, улыбаясь. У нее есть платья, которые он еще не видел. Она будет их надевать, когда ему будет грустно. Она будет танцевать в них, чтобы он снова поверил в себя. А пока она его ждет. Он как всегда чуть-чуть опаздывает.»