По примеру древних славян, призвавших на княжение варягов, как это описано в древнерусской летописи «Повесть временных лет», жителям Нальчика следовало бы пригласить голландских фермеров, чтобы они занялись в Кабардино-Балкарии производством своего знаменитого сыра, сметаны и прочих молочных продуктов.
Эта мысль частенько приходит мне в голову, когда я в очередной раз убеждаюсь, что сметану, произведенную в соседних регионах или на местных молокозаводах и купленную в магазине столицы КБР, невозможно есть. Признаюсь, я непривередлив в пище. Но, как человек, родившийся и выросший в селе, легко отличаю нормальную сметану от непонятной субстанции, изготовленной, в лучшем случае, из сухой смеси неизвестного происхождения и напоминающей своим вкусом и консистенцией простоквашу из обезжиренного молока, приправленную для густоты зубным порошком.
Вопреки воспоминаниям детства о настоящей деревенской сметане умом я понимаю, что никакие голландские пищевики к нам не приедут со своей «молочкой». И не потому, что у них нет излишков этого популярного во всём мире продукта. В стране тюльпанов и ветряных мельниц молоком, в прямом смысле, хоть залейся. К слову, он имеется в избытке не только в Голландии, но и в остальных странах «старой» Европы, для фермеров которых установлены ограничительные квоты на производство почти всех видов сельскохозяйственной продукции.
«Молочка» из Запада легальным путём к нам не попадёт ещё по одной причине: в России введены санкции, точнее контрсанкции, на ввоз сельхозпродукции из Европейского союза. Но если бы даже не было такого запрета, зачем отнимать у российских фермеров часть отечественного рынка, да ещё в условиях экономического кризиса и повсеместного роста безработицы?
Есть ещё одна проблема, связанная с качеством сырья для продовольственных товаров и уровнем безопасности конечной продукции. «Старая» Европа предъявляет самые жесткие требования к качеству производимых у себя пищевых продуктов по части содержания в них ГМО (в продукции растениеводства), гормонов роста (в рыбе и мясе) и антибиотиков (в «молочке»). Но эти предписания касаются товаров, легально реализуемых в Западной и Центральной Европе или поставляемых в США и другие развитые страны.
Что же касается продукции для Восточной Европы и стран третьего мира, к коим наши западные «партнеры» относят и Россию, то в «высоком» качестве попадающего к нам окольными путями европейского продовольствия мы многократно убеждались, покупая его в «белорусской обёртке». Речь о переупаковке в Белоруссии европейской продукции, ввоз в Россию для которой запрещён из-за наших ответных ограничительных мер. Именно в соседнем, союзном с Россией, государстве, поставлено на широкую ногу «выправление» таможенных документов и манипуляции с маркировкой подсанкционного товара.
Незаконный реэкспорт «молочки» из Белоруссии в Россию был бы невозможен, если бы наши соседи-союзники имели соответствующее поголовье молочного стада, обеспечивающее им выпуск всей линейки молочных товаров на своих мощностях из собственного сырья.
По данным Минсельхозпрода Белоруссии, их страна производит 380 сортов сыра. Правда, полноценными сортами это можно назвать условно, поскольку они являются аналогами популярных западных и советских брендов (рокфор, пармезан, российский, костромской и т.д.), изготавливаемых на небольших колхозных заводиках. Но они производят столько продукции, что она занимает (по данным профильных интернет-сайтов) 30% всего российского рынка.
Как сообщает телеграм-канал БелСелХоз, в 2019 году производство молока и молокопродуктов в пересчёте на молоко в Белоруссии составило 7,4 млн. тонн, из которых 3,0 млн. тонн пошло на внутреннее потребление, остальное – 4,4 млн. тонн – на экспорт. Для сравнения: только в двух российских регионах – в Краснодарском крае и Ростовской области, – равных по численности населению Белоруссии, за тот же прошлый год надоили 2,5 млн. тонн молока (83,3% от внутреннего потребления Белоруссии).
Стоит обратить внимание и на то, что средней надой на одну корову в названных двух регионах и соседней союзной стране резко контрастируют: 4750 кг в Ростовской области, где высока доля (74,6%) подсобных хозяйств в производстве молока; 7775 кг в Краснодарском крае; 5043 кг в Белоруссии. Но всё становится на свои места, если принять во внимание формулировку статистиков – «производство молока и молокопродуктов в пересчёте на молоко». Оказывается, в объём надоев статистика включает контрабандно завезённые в страну и переупакованные в обёртки местных производителей сыры, масло и прочие продукты, пересчитав их в цельное молоко.
Теперь становится понятно, откуда в магазинах Нальчика (и других городов и всего Северного Кавказа) столько «краснодарских сыров», поскольку в крае с населением в 5,675 млн. жителей надаивают в год 1,446 млн. тонн молока (255 кг на человека). При медицинской норме в 182 кг в год для взрослого (127,5-145,5 кг для детей), плюс расход «молочки» на многочисленных курортников и туристов, жители Кубани сами должны были употребить местное молоко до последней капли. А они умудряются затоваривать своей «молочкой» всю территорию между Каспием и Черным морем.
Но, ларчик открывается просто: в «мировой паутине» уже давно шли разговоры о том, что ближайшие к Краснодарскому краю области постмайданной Украина всю свою молочную продукцию, прежде шедшую на экспорт в Россию, нелегально отправляют на Кубань.
Согласно релизу Северо-Кавказстата, на 1 января 2020 года в Кабардино-Балкарии имелось 132,9 тыс. коров, 16,6% которых содержится в крестьянских (фермерских) хозяйствах и у индивидуальных предпринимателей. За прошлый, 2019 год, в республике было получено 514,4 тыс. тонн молока. Далее в релизе начинаются и вовсе чудеса. Оказывается, с каждой коровы в КБР надоили по 5626 кг. Если валовое производство молока за год (514,4 тыс. тонн) делим на поголовье (132,9 тыс. коров), то получаем 3871 кг на одну корову, а не 5626 кг, как подсчитали статистики. Тут одно из двух: либо Управление Федеральной службы госстатистики по СКФО не в ладах с арифметикой, либо удойность среднестатистической бурёнки исчислялось исходя из показателей только коров-рекордисток.
Можно допустить и такой вариант: 1) численность коров завысили, включив в их категорию нетелей и подтёлков; 2) при определении среднестатистического удоя исключили коров, которые в течение целого года не доились. Таких в данном случае набирается более 40,5 тыс. голов. Это как надо хозяйствовать, чтобы 30% дойного стада за весь год не дали ни одной кружки молока, а просто переводили корм?
Не будем создавать интригу на пустом месте. В Кабардино-Балкарии из поголовья дойных коров советского периода практически ничего не осталось. В Зольском, Эльбрусском, Чегемском, Черекском районах, городском округе Нальчик, не осталось ни одной крупной МТФ (молочно-товарной фермы). В остальных районах, за исключением Майского и Прохладненского, ситуация ненамного лучше.
Раздербаненные МТФ бывших совхозов и колхозов республики поменяли свою организационно-правовую форму и переориентировались на мясной профиль, что сильно уменьшает накладные расходы на содержание скота. При производстве молока, наоборот, приходится нести дополнительные затраты: заплата доярок, охлаждение молока, регулярная (летом 2-3 раза в день, зимой – 1 раз в день) доставка на комбинат скоропортящегося продукта за 40-50, а то за 70-90 км.
В настоящее время и везти практически некуда. Сармаковский маслозавод, когда-то принимавший на переработку всё молоко Зольского района, а летом и продукцию всех МТФ других районов республики, откочевавших на самые большие в КБР горные Зольские пастбища, три десятка лет назад был перепрофилирован в спиртзавод. Более четверти века не работает крупнейший в республике Нальчикский молокозавод.
Новые профильные предприятия КБР выпускают продукцию из привозного молочного порошка. Некоторые из этих производств на этикетках стыдливо пишут, что продукт «изготовлен из восстановленного молока». В последние годы в молочных продуктах стало так много растительных жиров (в основном, пальмового масла) и разных там наполнителей, консервантов, усилителей вкуса, что Роспотребнадзору пришлось ввести новую маркировку – «сырный продукт», – обозначающую наличие в нём растительного жира вместо натуральных сливок (коровьего жира).
Обидно, что вытеснение натуральных молочных изделий суррогатной продукцией происходит в республике, где есть все возможности для восстановления высококачественной, экологически чистой продукции. Во-первых, в последнее время Кабардино-Балкария ежегодно собирает свыше 1 млн. тонн зерна, а в 2020 году этот показатель достиг 1,4 млн. тонн. А зерно является основой для развития молочного и мясного животноводства.
Во-вторых, чтобы получать высокие надои молока, необходимо завести элитных коров, правда, подходящих для нашего климата, а то они передохнут, как это случилось в Зольском районе у одного агрария, польстившегося на швейцарских бурёнок (с паспортами) по 3 тыс. евро за голову. Поэтому желательно покупать не только «районированных» животных, но и крупными партиями, чтобы выиграть в цене и распределять среди фермеров, которых можно будет поддержать если не субсидиями, то кредитами по ставке не выше льготной ипотеки.
В-третьих, следует организовать у некрупных производителей молока закупку их продукции по твёрдым ценам на продолжительный период (на год с возможностью пролонгаци), а также организовать сбыт этой экологически чистой, качественной продукции, например, в государственные и муниципальные учреждения (школы, детские сады, больницы и т.д.).
Если всё это не организовать, то «невидимая рука рынка» поведёт нас дальше не по пути повышения качества молочной продукции и её удешевления путём конкуренции, а прямым ходом к её дальнейшему удорожанию и большей суррогатизации, как это происходит сейчас. Вопрос лишь в том, кто может или должен заняться воссозданием производства молока в Кабардино-Балкарии?
Ответ предельно прост: республиканский Минсельхоз. Это ведомство как раз и занимается, в том числе поддержкой крестьянских (фермерских) хозяйств, проведением конкурсов для выделения им субсидий, оказания иных форм поддержки. Вот и сейчас на официальном сайте Министерства сельского хозяйства КБР размещены объявления о приёме документов на получение субсидий на мелиорацию земель, на гранты начинающим фермерам, на льготный лизинг сельхозтехники для посевной 2021 года.
Почему бы этому ведомству не заняться также возрождением производства молока? Хотя можно понять и возможный, а скорее, неизбежный, отказ наших сельхозначальников. А зачем это всё? Проще же раздавать гранты.
И что остается нам, обычную жителям Кабардино-Балкарии, вынужденным магазинах покупать эрзац-молочную продукцию? Надеяться. Только надеяться, что в фирменных стаканчиках популярных в России производителей молочной продукции, а также местных производителей, когда-нибудь окажутся настоящая сметана, сыр и масло без растительных добавок.
Акелла_07