Всем доброго времени суток. Я решил тут начать небольшую серию статей, посвященных дискуссионным вопросам одного из самых замечательных произведений древнерусской литературы - "Слова о полку Игореве". Кроме дискуссионных вопросов (про автора, жанр и т.д.), хотелось бы разобрать и особенности самого произведения (а их ой как много!). Решил начать эту "колонку", чтобы многие могли окончательно разобраться в вопросе по "Слову". Ну, или для того, чтобы привлечь внимание к данному произведению :)
Начну серию статей с разбора одного из насущного вопроса: так кто же автор?! Итак, приступим.
Несомненно, автор «Слова» был человеком очень начитанным и достаточно грамотным. Он прекрасно был ознакомлен с литературными памятниками своего времени и с исторической литературой в частности. Об этом нам говорит тесная связь «Слова» с книжной культурой Руси XI—XII вв. и его оригинальность. Так, известный русский и советский историк Михаил Дмитриевич Присёлков предполагал превосходное знание автором произведения «Повести временных лет». Дмитрий Сергеевич Лихачев достаточно убедительно аргументировал высказанное предположение и так же находил в авторе чуткого читателя «Повести», который для написания своего произведения выбирал из неё самые поэтические описания событий прошлых лет. Автор пользуется как материалами из устно-эпических преданий, так и историческими летописными данными. Для него очень важно найти главную причину всех происходящих событий, современником которых он является. В первую очередь это касается межусобицы. Сергей Михайлович Соловьев отмечает, что создатель «Слова» отличается широким политическим кругозором, но, как верно замечает Лихачев, он не был историком или летописцем и «предполагает знание русской истории в самом читателе». Но, несмотря на это, отношение к явлениям своего времени «в высшей степени исторично»[1].
Итак, характеристика неизвестного нам автора «Слова» складывалась из нескольких составляющих: из его взглядов на историю, высокого уровня эрудиции и знаний литературных источников, а так же его отношения к современным ему событиям. Получается достаточно расплывчатый образ, а анализ летописей второй половины XII века представляет нам множество портретов современников и авторов создателя «Слова». Таким образом, необходим сравнительный анализ всех предположительных персоналий и их характеристик с неизвестным автором. Мы можем понять его идеи и взгляды лишь при внимательном изучении источника, ведь через героев и слова автор пытается донести до читателя (или слушателя) свои мысли. В поисках автора следует прежде всего руководствоваться непосредственно поэмой, отразившей миропонимание автора, его взгляды на прошлое и настоящее Руси. Именно он, автор, вносит в «Слово о полку Игореве» и ту лирическую стихию, и тот горячий общественно – политический пафос, которые так характерны для этого произведения. Так же важен тот факт, что «Слово» - светское произведение, а это значит, что его автором не мог быть церковным человеком.
Вопросом также является социальное положение автора и его принадлежность к церкви. Некоторые исследователи признают принадлежность автора «Слова о полку Игореве» к дружинному или даже боярскому строю. Крупнейший русский историк Николай Михайлович Карамзин был убеждён, что создатель «Слова» был «мирянином», так как монах никогда бы не позволил себе упоминать в своём произведении имена языческих богов и их действиях.[2]Но автор же в «Слове» часто использует языческие образы и символы, которые вряд ли бы когда-нибудь были написаны монахом или служителем церкви. То, что автор «Слова» не являлся церковным лицом, признаётся большинством историков и исследователей данной темы. И эта позиция вполне обоснована, так как стилистика «Слова» отлична от литературного стиля церковных писателей. Но, несмотря на превалирование Карамзиновской позиции в данном вопросе, существуют и приверженцы позиции обратной.
Совершенно противоположного мнения придерживался Б. И. Зотов. Он считал, что автор являлся церковным человеком. Зотов предположил, что создателем произведения был церковный деятель Кирилл Туровский, живший в 80-е гг. XII в. Он считал его единственным церковным человеком, который по своему положению, эрудиции и поэтическому таланту мог бы быть автором «Слова»[3]. Так, например, поучения и молитвы Кирилла отличаются достаточно высокой художественностью. Но предположение Зотова оказалось неверным, так как произведения, которые писал Туровский, стилистически и по своему характеру очень отличались от «Слова». Еще очень важным является тот факт, что, возможно, Кирилл Туровский умер до 1182 или принял в этом же году схиму. Таким образом, получается, что, по хронологии, он никак не мог являться автором произведения о событиях похода, свидетелем которого он, скорее всего, не являлся. Еще одной ошибкой Зотова является невнимательность к достаточно светскому характеру «Слова о полку Игореве», а так же к пренебрежению автором церковной литературой и притчами в частности.
Есть интересная гипотеза, которая так же требует рассмотрения. Она отличается от многих и заслуживает внимания. Её автором был украинский историк Михаил Сергеевич Грушевский. Исследователь предполагал, что у «Слова» был не один автор, а целых два. Так, до рассказа о бегстве Игоря из плена автором был один человек, а с момента побега и до конца произведения — другой. Грушевский считал, что первый человек был представителем киевской дружины и сторонником князя Святослава, а второй являлся приближённым к князю Игорю. Грушевский аргументировал это тем, что первоначально автор слова осуждал действия князя Игоря, а во второй части «Слова» заметно его явное гиперболизированное восхваление. Таким образом, автором не мог быть один человек, так как две части противоречат друг другу. Совершенно ясно, что автор не мог бы в одно произведение вложить две противоположные мысли – похвалу Игорю и его порицание.
Гипотеза, высказанная Грушевским, позволяет допустить еще одну интересную мысль – возможно «Слово» имеет составной характер, т.е. это произведение состоит из нескольких компонентов. И как ни странно, этот вопрос в исторической науке ставился целым рядом исследователей. Так, например, украинский писатель Иван Франко считал «Слово» дружинной песней, но которая была составлена из еще нескольких песен. Литературовед Евгений Александрович Ляцкий считал, что «Слово» было составлена в два приёма. Изначально первый поэт, который, скорее всего, являлся сторонником князя Игоря и участником его похода, желал показать храбрость князя и оправдать, таким образом, его поход в глазах современников, составил первую песнь. Другой же автор, близкий к Святославу боярин, в ответ на первую песню сложил свою собственную поэму, которая была составлена из услышанных им придворных песен. Примечательно, что эта позиция противоречит позиции Грушевского, где в первой части присутствует некоторое осуждение. Да и «православный» конец «Слова» заставляет усомниться в том, что это было написано боярином.
Борис Александрович Рыбаков считал, что, заботясь о благе Руси, призывая помочь князю Игорю, автор не прощал ему гибели русских воинов. Так же Рыбаков сомневался в приближённости создателя «Слова» к Игорю. Если бы автор принадлежал к его окружению, он не стал бы писать про то, как все хулят его князя. Рыбаков, путём анализа произведения, выявил как минимум 9 летописцев. После постепенного «откидывания» летописцев, он приходит к заключению, что им был киевский боярин — Петр Бориславич[4].
С мнением Рыбакова был не согласен Леонид Ефремович Махновец. Он не считал Петра Бориславича автором «Слова» и больше склонялся к мнению Чивилихина, который считал, что только князь мог написать это литературное произведение.[5]Но в данном вопросе позиция Чивилихина слаба по этическим соображениям: в таком случае, Игорь – трусливый и мелочный человек, который пытается самооправдаться перед современниками. Так гениальные произведение, каким является «Слово», не пишутся. Но тем не менее важно так же отметить, что труд Махновцева на сегодняшний день является последней крупной работой по вопросу авторства, в котором он подвёл итоги многочисленных исследований о личности создателя «Слова».
Таким образом, в исторической науке накопилось большое количество гипотез и предположений о личности автора «Слова». Несмотря на множественные анализы различных историков, литературоведов и исследователей данной темы, окончательно выяснить личность создателя произведения не удалось и до сегодняшнего времени. Но преимущество рассмотренных гипотез состоит в том, что она ничего не навязывает памятнику, не имеет тех жестких рамок, которые неизбежны, когда автора ищут среди известных лиц XII в. Профессионализм автора делает более понятным и художественное совершенство произведения. Но высокие художественные достоинства «Слова» дают возможность с абсолютной уверенностью говорить о его авторе как о профессиональном поэте, который обладал большим литературным талантом. Его обширный круг знаний и ряд литературных особенностей в произведении позволяет говорить о прекрасной осведомленности автора с книжными памятниками своего времени (в частности, летописи, на которые он опирается, повествуя о походе Игоря и событиях XI в.), а также с народной и дружинной поэзией. Вопрос авторства остаётся нерешённым до сих пор и точного ответа, как мне кажется, мы никогда не узнаем.
Всех благ!
Ваш, Историк на полставки.
Как всегда, список литературы для ознакомления:
[1]Лихачев Д. С. "Слово о полку Игореве" и культура его времени. — 2-е изд., доп. — Л.: Худож. лит. Ленингр. отд-ние, 1985. С. 110
[2] Карамзин Н. М. История государства Российского: в 12 томах. — СПб.: Тип. Н. Греча, 1816—1829 «Т. 3. С. 215
[3] Борис Зотов. Не Кирилл ли Туровской с Припяти - автор "Слова о полку Игореве?" [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://bookre.org/reader?file=414202&pg=1 (дата обращения 02.04.2020)
[4] Рыбаков Б. А. Петр Бориславич. Поиск автора «Слова о полку Игореве». М., 1991
[5] Махновець Леонід Єфремович. Про автора «Слова о полку Ігоревім» . — Київ: Видавництво при Київському університеті, 1989. С.24