В эпоху расцвета Инстаграмма и перетекания каждого, кто умеет "нажимать на нужную кнопочку" в статус фотографа, постепенно вытеснилось ощущение фотографии как искусства, чего-то уникального, способного открыть чуть больше, чем видят глаза, остановить мгновение, захватить эпоху. Зрение и мозг устали от ленты бесконечных абсолютно бессодержательных "фоток/фоточек" еды, чьих-то мышц пресса и пятых точек, перекаченных губ, яркого макияжа и "маника". Хочется уютных, живых черно-белых пленочных семейных фотографий "как раньше", хочется ауры Санкт-Петербурга Карла Буллы, хочется кадров, дышаших чем-то большим, чем просто картинка, более обьемных по сути, хочется фотографий, отражающих дух времени, эпохи, в которую мы живем. В 2000е в Санкт-Петербурге, помнится, проводился городской "Фотокросс", на котором участникам давались заковыристые темы и за ограниченное время нужно было сделать снимки на эти темы, выбрать лучшие кадры, и сдать на проявку в фотоателье. На одном из таких мероприятий наша команда даже взяла 3е место. Это было очень драйвово: попробуйте в минус 20 на улице снять фото на тему: "Сегодня солнце зашло за тучи" или "Это не Париж, а окраина Питера" или "На Невский слетелась стая сапог". И чтоб художественно, и чтоб со смыслом, и чтобы на улице попадались не только замерзшие в усмерть голуби.
Цена получения таких кадров довольно высока и мы, зрители, не всегда понимаем, какой труд стоит за напечатанной в журнале картинкой. А ведь профессиональные фотографы в своей деятельности гоняются за "тем самым" снимком годами, сидя в засаде в снегах, ожидая редкого барса, или фотографируя африканских детей, ради того, чтобы они однажды оказались на обложке журнала, получили свою премию и были успешно "затеряны" в архивах фотобанков. А в бэкграунде-сотни часов поисков, сотни метров пленки, сотни дней в проявочных лабораториях.
И вот, сегодня на свет из анналов истории хочу "вытащить" одну фотографию.
Этот снимок был сделан в 1966 году корреспондентом Анатолием Граховым, получившим за него премию на конкурсе в Европе. Однако в СССР ему было рекомендовано воздержаться от публикаций. А все дело в том, что правда, связанная с этой фотографией была слишком жесткая и не удобная, ибо в течение 20 лет после парада Победы в 1945 не было вовсе никаких мероприятий 9 мая. И только в 1965 этот день стал официальным праздником. А следующий парад прошел лишь в 1985.
А в 1966-м герой этого снимка нашел в себе силы прийти к вечному огню и помянуть своих погибших друзей. Если попытаться домыслить историю этого человека, что стоит за его плечами и какой ворох воспоминаний находится в его памяти, то по телу могут побежать мурашки, лишь от осознания, через что он прошел. И при этом восхититься от того, сколько в нем сил, чтобы спустя 20 лет после окончания многолетнего кровопролития суметь прийти на поклон к вечному огню. Чтобы вспомнить, чтобы помянуть. В его теле есть то, что мы бы сегодня назвали Силой Духа, наверное. Силой, что выше пределов телесной видимости. Несломленной до конца даже теми тысячами дней под пулями и тысячами дней после в послевоенной стране, где таким как он место было уготовано далеко не самое почетное. На Соловках или Валааме. Куда-там их, бедных, отправляли, на их "персональный" 101 километр?
А мы, потомки людей, прошедших через ад бомбардировок и истребления, чем мы слабее? Почему наш Дух находится практически "на нуле"? Почему нас сегодня может напугать какой-то там коронавирус, который перекраивает мир почище, чем во 2 мировую, отсеивая шелуху и наносное? Нас лишили удовольствий и фэшна, кинА, фудкортов, маникюра, повседневного шопинга в торговых центрах, и мы словно мишки в мультике про "Золотую Антилопу", падаем на спину и беспомощно сучим лапками. Кто-то лишился работы, крупных сделок, привычного уровня жизни и стал завсегдатаем кабинетов психологов или клиентом ЗАГСов в отделе "разводы" (ибо "у нас ипотека, а денег выплачивать ее нет", "дети мешают работать на удаленке"). Привычный мир рухнул. У выросших детей забрали веселые игрушки. Тонкость социальных связей и внутренних потребностей/ценностей обнажили себя. Клиент уезжает, гипс снимают, как говорили классики кинематографа. Не должно ли нам быть стыдно за сегодняшних себя, так быстро сдавшихся, потерявших ту самую силу духа и мерило истинных ценностей в плену мирских развлечений и вседоступности за деньги? Посмотрите на человека на фотографии и поймите, что без маникюра прожить вполне себе можно, даже без кинА с попкорном. И даже без денег, в одной форме с винтовкой и бурдой в котелке. И остаться при этом Человеком. И...кому в перспективе будут нужны "фоточки" пресса и губ, если за этими телами не будет находиться никакого внутреннего содержания?