Части 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13
Информация о моей книге "Записки исторической сплетницы" здесь
Сначала оставшееся в живых церковное начальство не возражало, чтобы Чезаре сохранил за собой пост гонфалоньера церкви. Не потому, что кардиналы шибко обожали Чезаре, просто в преддверии конклава не до него. Назревал передел власти, а это дело серьезное, требующее от непосредственных участников максимальной сосредоточенности. Попросили только, чтобы Чезаре, а также воспрявшие духом и чрезмерно активизировавшиеся после смерти папы Орсини и Колонна на время конклава отвели из Рима свои войска. Потому что выборы под прицелом и внимательными взглядами глав военных и мафиозных группировок - это не совсем демократические выборы. Ну, по крайней мере, так издавна принято считать.
Французам Чезаре тоже был все еще необходим: они мечтали пропихнуть на папский престол своего кандидата и сделать это с помощью испанских кардиналов, которые пока еще стояли за Борджиа, потому что: а) привыкли, б) некоторые из них приходились ему родней. Взамен на задушевную беседу с испанскими кардиналами французы пообещали Чезаре сохранение за ним должности гонфалоньера и всех завоеванных земель. Испанцы, конечно, сплотились и проголосовали, как велено, но это ни черта не помогло: в первом туре французский кандидат пролетел «фанерой сизокрылой из Парижа в край родимый» (с) Участники конклава решили взять тайм-аут на подумать и пока избрали старого и очень больного Франческо Пикколомини в надежде, что он скоро помрет и можно будет провести нормальные выборы, спокойно разобравшись в ситуации.
Пикколомини, взявший имя Пий III, не подвел: покинул этот суетный мир через двадцать семь дней после избрания. За время его суперкороткого понтификата стало ясно, что самый реальный кандидат на должность духовного пастыря всех католиков - давний соперник семейства Борджиа Джулиано делла Ровере. Но делла Ровере в ходе своей избирательной кампании не хотел полагаться на случай, ему нужны были гарантии, поэтому он предложил сделку Чезаре Борджиа под девизом «Голосуй или проиграешь!» Мол, ты меня поддержи, а я тебе земли, деньги, должность твоя за тобой навеки останется. Все будет, Че, все будет!
И Чезаре повелся. Не могу тут опять не поставить эту картинку.
Ну и что, что делла Ровере тебя в свое время во Франции с караваем встречал? Может, он еще тогда тот каравай тебе на башку хотел надеть, но по политическим причинам сдержал себя невероятным усилием воли. Видимо, Чезаре привык думать, что он всем нужен и сам по себе весомая фигура в политических играх, поэтому с ним будут считаться. Дальнейшие события это убедительно опровергли.
Джулиано делла Ровере был избран папой римским и принял имя Юлий II (то есть вообще не парился с псевдонимом). А у Чезаре тщательно возведенное здание фамильного величия посыпалось прямо на глазах, не зацементированное авторитетом покойного папы Александра. Подняли голову враги - бывшие правители завоеванных Чезаре земель - и стали предпринимать усилия к возвращению своих владений. Испанцы все еще ожесточенно сражались с французами, и главком испанских войск Гонсало де Кордоба настоятельно попросил испанских наемников из войска Чезаре не служить больше своему начальнику, потому что он сторонник французов. И испанцы, хотя получали у Чезаре хорошую зарплату, почти за лучшее уйти к своим. А испанцы в армии были самой мощной ударной силой. Так что армия Борджиа начала разваливаться на глазах.
А тут еще папа Юлий убедительно попросил Чезаре остаться в Риме: я, говорит, без тебя боюсь. Чезаре говорит: пап, я все, конечно, понимаю, я еще позапрошлому папе, моему, клялся последующих пап не убивать и защищать. Но ты пойми - я тут, а там у меня шведы Кемь взяли войска без присмотра, враги земли завоеванные растаскивают, вон мой, прости Господи, зять Джованни Сфорца уже к себе в Пезаро вернулся. Я пойду, им всем в дыню дам и сразу же вернусь, а?
Папа говорит: погодь, не суетись. Чтобы в дыню качественно дать, нужны деньги. А у тебя, я знаю, есть, есть крупная сумма в оффшорах в генуэзских банках, вы с папаней много успели там заныкать, не скромничай. Ты мне эту сумму одолжи на войну, а я тебе в залог Остию. А? Хоть сейчас поезжай ее инспектировать, а я тебе туда галеру подгоню, на ней в Геную за деньгами прямо из Остии и поедешь, окей? Ибо банковские переводы онлайн еще, к сожалению, не изобрели.
Чезаре опять повелся, дубина, и отправился в Остию, сопровождаемый не армией, а только малым эскортом. По дороге его и взяли тепленьким. Арестовали по повелению папы и доставили в Ватикан. Поселили сначала в приличных покоях и очень, очень попросили сдать все города, которые он еще удерживал, направив приказ начальникам соответствующих гарнизонов. Потом перевели в менее комфортную башню. Говорят, что в заключении Чезаре посетил Гвидобальдо Монтефельтро, герцог Урбинский, и сказал много горьких и не вполне цензурных слов про недопустимость вероломства, обмана и ограбления. Чезаре кланялся, извинялся и оправдывался:
"Ну, случайно, ну, шутя,
Сбилась Сбился с верного путя!
Дак ведь я - дитя природы папы римского,
Пусть дурное, но - дитя!» (почти Л. Филатов)
Мол, это папа-абьюзер меня заставлял в таких неблаговидных затеях участвовать. Но все эти отмазки плохо помогали. Посыпались иски от обманутых вкладчиков оскорбленных и ограбленных в ходе завоевательной кампании и вне ее. По приказу папы начали ловить и допрашивать бывших приспешников Чезаре, многие из которых его сдавали сразу. Микелотто вот только не сдал, но это и понятно: сдать Чезаре для него - это самому себе срок с пола поднять, а то и смертный приговор своей рукой подписать, потому что его, Микелотто, руками было совершенно большинство убийств.