"Синиша — прекрасный человек, мне очень повезло, что я знаком с ним. Поначалу мы друг друга недолюбливали, но когда я хорошо узнал его в Интере, то полюбил его. Я всегда говорил, что если придется идти на войну, то Синиша будет в первом ряду, а я — во втором.
Он делал все, чтобы подписать меня в Болонью. Но я был откровенен с ним: я уже не мог бегать так, как прежде.
Михайлович ответил, что мне
"Синиша — прекрасный человек, мне очень повезло, что я знаком с ним. Поначалу мы друг друга недолюбливали, но когда я хорошо узнал его в Интере, то полюбил его. Я всегда говорил, что если придется идти на войну, то Синиша будет в первом ряду, а я — во втором.
Он делал все, чтобы подписать меня в Болонью. Но я был откровенен с ним: я уже не мог бегать так, как прежде.
Михайлович ответил, что мне нужно будет только стоять впереди и ждать момента. Он использовал подходящие слова.
Я сказал ему, что готов ради него бесплатно играть за Болонью. А потом появился Милан. Выбор стоял не между Болоньей и Миланом, а между продолжением и завершением карьеры", - приводит слова Златана Ибрагимовича "La Gazzetta dello Sport".