Дима - гуманитарий и по складу своего характера, и по способностям.
Математика, строгая логика, абстракция - это не его стихия, увы!
А вот в мире образов (ИЗО, музыка, литература) он чувствует себя комфортно и проявляется вполне содержательно.
Особенно он любит литературу.
Во-первых, он довольно быстро и очень хорошо запоминает стихи и нотный текст в музыкальной школе. В детском садике после двух-трёх репетиций праздничного сценария бойко рассказывал его весь в лицах, запоминал слова всех детей из группы и читал наизусть все стишки, предупреждая, кто из детей будет рассказывать их на утреннике.
Во-вторых, быстро научился сам читать и читает выразительно.
В-третьих, тексты читает вдумчиво и задаёт много вопросов на понимание, на уточнение, на варианты интерпретации и т.д. Риторические вопросы не любит и не задаёт.
В-четвёртых, пытается сам писать свои маленькие тексты обо всём, что его волнует, беспокоит, огорчает или, напротив, радует. Называет он эти текстики "дневниками" В дошкольном детстве, не выговаривая правильно, - "гневниками", и я, обнаружив его эту оговорку-"опечатку", долго смеялась вместе с ним, поскольку в записках, которые он мне разрешил почитать, действительно было довольно много возмущённых, гневных, недовольных описаний каких-либо событий из нашей жизни и его прошлой.
А ещё он любит рисовать. На первых порах в рисунках использовал только коричневый и чёрный цвета. Это напрягало, поскольку свидетельствовало о тяжёлом психологическом состоянии Димы.
Но постепенно мир в его восприятии расцвёл всеми красками, что нашло отражение в его рисунках .
В текстах и просто словах он ищет и каким-то удивительным образом находит собственные смыслы, обусловленные его жизненным опытом. Смыслы, до которых я сама не дорастаю, не достаю.
Вот последний пример. Читаем стихи М.Ю. Лермонтова, предусмотренные программой за шестой класс.
"Листок". Прочитал историю создания стихотворения. Историю самого листка. Не может понять и принять толкования стихов как тему "бесцельного существования, разрыва исторических связей и преждевременного созревания лермонтовского поколения"...
"И странник прижался у корня чинары высокой;
Приюта на время он молит с тоскою глубокой"...
"Мама, зачем он искал ПРИЮТА?". Его зацепило именно это слово... "Это хорошо для листка, что чинара отказалась ПРИЮТИТЬ его!".
Долго разбираемся, почему он так считает. Выяснилось, что "приют" ассоциируется у него исключительно с детским домом...
Свои впечатления и ассоциации он сверяет теперь с Улей, которую по инициативе школы, где она училась, оформили в "Центр помощи детям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации". Он же, приют, он же детский дом в восприятии Ульяны и Димы.
С Ульяной Дима общается летом на даче, куда, по заявлению её бабушки, девочку отпускают на летние каникулы. Вспомнила, что два года назад, когда Уля прожила свою первую зиму в Центре, я, разговорившись с ней о той её жизни, спросила, что больше всего её огорчает там и что, возможно, нравится, радует.
Огорчают злобные испытания детей, которые они организуют для новеньких, готовность воспитателей через несколько замечаний и дисциплинарных взысканий сдать воспитанников в психиатрическую клинику "на лечение", отсутствие личного пространства, "негде поплакать или подумать, чтобы тебя не видели".
Нравится, радует хорошее питание (дома Ульяна жила впроголодь), в школе не цепляются так к дисциплине, как было в прежней. Есть друзья, которые тоже ждут лета, а летом, устав от проблем дома с родными, ждут осени, чтобы вернуться в Центр...
Договариваемся с Димой, вспоминая рассказы Ульяны и не забывая про прочитанные стихи, что значение слова "приют" - это сочувствие и помощь нуждающимся. А негативные смыслы слово приобретает там, где вместо обещанного сочувствия и помощи люди (и дети), искавшие приюта, получают новые проблемы, обиды, остаются в одиночестве.
На вопрос, можно ли назвать поколение Ульяны и Димы "потерянным" замялся, чувствуя разницу между их поколением и поколением Лермонтова.
А я вспомнила, как детей, родившихся в эпоху перестройки, в конце 80-х - 90-е, потерянным поколением назвали практически на официальном уровне. И Ульяна, и Дима - дети родителей из того "потерянного" поколения.
Не исключаю, что подобные аллюзии от произведений литературы к нынешним потерянным поколениям не совсем правомерны. Но для чего тогда с современными детьми читать классику и кто и когда посмотрит на приюты, оправдывающие наблюдение:"Благие намерения ведут в ад"?