Здесь будет интересно, если вы любите:
- высокие горы
- невероятные пейзажи
- иногда умирать
Это пост можно считать трибьютом французскому писателю, потому что, как оказалось, книжка, которая меня с головой захватила в семнадцать лет, явилась абсолютно пророческой. Действительно, сколько всего можно о себе узнать через Тошноту и различные ее проявления! Сартр, привет!
Я из тех счастливчиков, к кому mountain sickness, названная весёлым русским словом "горняжка", приходит всегда начиная примерно с 4000 тысяч метров и в основном на спуске. Кто не бывал на высоте, советую себя проверить – ощущения незабываемые. Самое интересное, конечно, не то время, когда становится физически плохо, а это пограничное состояние, когда всё вполне ничего, но потом что-то идёт не так. Думаю, люди так привыкают к высоким горам: vertigo действует, как наркотик – смена боли и эйфории всегда создает впечатляющий коктейль.
Начинается оно, как в фильмах ужасов: теплый маленький городок, веселятся детишки, светит солнце –- вокруг простор, трава остается внизу, и мы уже идем над облаками, чувствуем себя слегка пьяными от сочетания земли и неба, которого раньше никогда не наблюдали. И вот случается какая-то мелочь: как будто в кино на секунду заела пластинка, и всё потихоньку идёт не туда. Твой спутник вдруг кладёт в стакан шесть пакетиков чая и отвечает, что всё в порядке, просто хочется покрепче. Ты веришь, съедая пятую тарелку супа, - ну ведь и правда ничего нет криминального в любом количестве пакетиков... Хотя...
Потом приходит воспоминание, что в прошлом походе аппетит отсутствовал все десять дней: единственное, что было реально съесть - яйцо вкрутую и две чашки сладкого чая утром и вечером. (Кстати, яйца я начала есть снова спустя целых четыре года после того непальского преодоления 5300 м). Или фотографируешься с счастливой улыбкой на каком-нибудь утёсе, а, спустившись, понимаешь, что губы у тебя на фото – цвета чёрной гелевой ручки. И так далее: мозг там рисует другую реальность.
Последний экстремальный поход для меня случился на вулкан Килиманджаро со стороны Танзании, причём все пять дней были отличными, а вот на шестой на 5500 м я сломалась. Стало сильно давить в груди и жутко тяжело шевелить ногами. Это длилось долго и прошло после получасового отдыха с чаем. На вершину меня практически затащили. В итоге Ухуру Пик вспоминается одновременно очень ярким и тусклым, как будто я там была, но неточно.
Русский парень из другой группы, увидев меня на спуске, сказал: "Гораздо лучше выглядишь!", и, честно говоря, там такое очень приятно слышать не потому что здорово получать комплименты от людей, а потому что мозг выдаёт "оо! да я ещё живой! ". Естественно, первое, о чём мы подумали, спустившись на кислородную высоту: "Чёрт, надо ещё раз!" Чтобы уже нормально там погулять и пофотать, без вот этого состояния Шрёдингера.
Гид решил дать нам полтора часа поспать после двенадцатичасового восхождения, но я не смогла уснуть даже на полчаса. Забавно было видеть таких же, как ты, сидящих тут и там на камнях и размышляющих: есть смысл идти до туалета в десяти метрах от палатки или лучше умереть здесь? И вот сидишь ты на камне, уставившись в другие камни, вокруг веселые парни, собирающие лагерь, периодически уточняют: тебе нужна помощь, или ты просто тут сидишь? В горах просто можно делать всё что угодно, а сидеть, уставившись в камни – и подавно.
Периодически кого-то спускают на руках, отпаивают чаем и лимонной кислотой, дают цитрамон и какой-нибудь дексаметазон. Там это превращается в обычную историю. Зато тошнота у меня быстро проходит, если начинаю спускаться ниже 4500 м. Например, прошел 50 метров – тошнит, а 100 – всё нормально, ты бодр и весел. Совсем не похоже на отравление.
Ну и заканчивая туалетную тему, стоит сказать о совершенно прекрасном месте в лагере Simba на пути к вершине вулкана – общественном туалете. (Кстати, в танзанийском национальном парке туалеты совершенно чистые каменные и, говорят, гораздо лучше, чем на Эльбрусе, например). Так вот, стою я на улице у входа, жду товарища, поднимаю голову и понимаю: всё, мой мозг, похоже давно в объятиях горняжки, а ведь всего лишь 2700! Я вижу, как звезды летают туда и сюда, оставляя огромные хвосты. Нет, я видела звездопад в августе, но это – как в компьютерной игрушке или в древней досовской заставке – всё небо в двигающихся звёздах. Только подтверждение подруги помогло мне поверить, что это происходит на самом деле. В итоге, ночь рядом с туалетом в танзанийском лагере Симба входит в список самых романтичных мест моей жизни!
Один коллега с хронической язвой желудка, услышав о моих каникулах, воскликнул: "Господи, отправиться в отпуск, где меня тошнит!" И резонно встаёт вопрос: "зачем?", выражаясь литературным языком. Про себя скажу так: для меня это "лучше, чем от водки и от простуд" по одной причине – ни водка, ни пневмония не показывали мне такие картинки. Меня там тошнит всегда с одной целью – увидеть пространство, которое даже присниться не может. И, да, конечно, испытать себя, понять, что, как и когда я чувствую, на что сильно злюсь и что безумно люблю.
Однако, если этот пост вас слишком сильно напугал и отбил всякое желание сходить по вполне туристическим тропам на высоту, я, пожалуй, расскажу о том, как страх перед горняжкой можно победить (пишу это основываясь на своём опыте и рекомендациях друзей, гидов и министерств туризма):
- горная болезнь приходит не ко всем и далеко не всегда и, исходя из моей статистики, здесь очень везёт худым людям: они ничего плохого не чувствуют;
- если вы идёте медленно и соблюдаете рекомендации по акклиматизации на маршруте, скорее всего, всё будет в порядке;
- говорят, помогает большое количество жидкости в организме. Я не люблю пить воду, но на Кили даже есть поговорка "No water – no Kili": "не будешь пить воду, не залезешь на вулкан". Лучше слушаться проводников – я спасалась супом;
- если вы любите побыть один, здесь придётся распрощаться с социофобией: обязательно возьмите с собой хотя бы одного человека – проводника или друга, этот второй с гораздо большей вероятностью сможет заметить, что вы плохо выглядите или творите нечто странное;
- возьмите с собой цитрамон. Даже если вы не пьёте таблетки принципиально, сделайте исключение там: головная боль в горах может держаться несколько дней, пока не спуститесь, а от цитрамона проходит очень быстро;
- у меня несколько раз сильно портилось зрение на пару часов – как будто возникает пелена перед глазами, это просто проходит, не пугайтесь. Ну или опять же цитрамон в помощь;
- самое важное – если ничего не помогает, нужно спускаться, пока не почувствуете себя лучше. Как писал, кажется, монстр восхождений Рейнхольд Месснер: горы будут стоять – вернетесь и залезете в следующий раз. В противном случае попрощаетесь с ними навсегда;
- обычно причины смерти, спровоцированные горной болезнью, – отёк мозга или отёк лёгких. Этим я хочу сказать, что кислородное голодание и правда может быть фатальным, и не стоит его недооценивать. К счастью, все туристические маршруты обычно не подразумевают, что вы будете подвергать свой организм такому риску;
- есть таблетки от mountain sickness, у нас это дексаметазон, в Непале, кажется, продаётся Diamox, но я никогда не пробовала их пить, так как обычно естественная акклиматизация помогает на большей части маршрута.
И да, самая высокая точка Килиманджаро – 5895 м, кислородное голодание может начаться примерно с 3000 м (у кого-то и раньше).
В общем, если вы задумаете увидеть себя в другом ракурсе на высоте, где кислорода меньше, чем внизу, я с вами! И правда очень желаю удачи!
Как добраться:
из Москвы есть рейсы до танзанийской экономической столицы Dar es Salaam, а дальше местными авиалиниями – до аэропортов Moshi, Arusha или Kilimanjaro. На вулкан можно подняться только с гидами, так что нужно будет забронировать поход туда в местном турагентстве или из другой страны.