Хабиб Нурмагомедов, одержав очередную, 29-ю по счету победу, объявил о завершении карьеры. То, что поединок с Джастином Гейджи будет последним, спортсмен пообещал матери после смерти своего отца и тренера Абдулманапа Нурмагомедова. По просьбе Esquire Андрей Баздрев разобрался, с чем связана популярность Хабиба и что будет дальше с UFC после ухода самой яркой его звезды.
Писать про Хабиба и легко, и неимоверно сложно. Два слова про Дагестан, три — про борьбу с медведем в детстве, затем абзац про отца Абдулманапа Нурмагомедова в становлении бойца, дальше про верность культурным кодам и традициям… Проблема в том, что все пишут и рассказывают примерно одинаковые вещи. Часть из них не имеют ничего общего с реальностью. Например, в определенных кругах фанатов популярно мнение, что Нурмагомедов очень зрелищно борется и сделал борьбу в смешанных единоборствах увлекательной. На самом же деле борьбой и нюансами техники того, что делает Хабиб, интересуются только практикующие спортсмены и тренеры. Обычных зрителей воодушевляет сама идея: мальчик из дагестанского села уделывает всех в самой главной лиге мира. Поддержка Хабиба превратилась в жанровую историю «наши против всех — и побеждают». Началось это, собственно, вскоре после его первых боев в UFC, но по-настоящему разрослось, захватило весь мир в момент боя с Конором Макгрегором. Когда весь мир разделился на тех, кто в папахах, — и тех, кто нет.
Момент был мифологизирован, а с ним — и победитель боя. Были запущены механизмы, которые не остановить. Многие сейчас задаются вопросом: что, если? Если бы еще пара лоукиков Джастина Гейджи дошли до цели и Нурмагомедов остался бы в начале боя без ноги? После поединка говорили, что Хабиб еще за несколько недель доя боя получил перелом, судя по всему, кости где-то в стопе, но отказался переносить бой. Что, если бы в обмене ударами в первом раунде Хабиб пропустил тот, который не увидел? Или промедлил бы и не накинул на шею соперника во втором раунде тот «треугольник»?
Этот прием, кстати, грозит стать очень трендовым, можно сказать, культовым. В последний раз его столько обсуждали, когда Фабрисио Вердум поймал похожим образом Федора Емельяненко. А когда прием проходит на встрече такого уровня, спустя несколько минут после окончания боя его уже пытаются исполнить тысячи начинающих или даже вполне опытных бойцов. И через некоторое время в боях по всему миру ты видишь, как все пытаются провернуть с соперником один и тот же трюк…
Другой тренд, который связывают с Хабибом, — бои без трештока, уважение к сопернику, вежливые пресс-конференции, никаких выходок, ничего неподобающего. Но не стоит забывать, что путь Хабиба в UFC начинался с трештока, а эпоха спокойствия и безмятежности наступила, когда Хабиб стал главной звездой UFC и обзавелся более чем 24 миллионами подписчиков в инстаграме. У него появилась своя армия и безусловная поддержка промоушена, а это значило, что шутить, язвить и оскорблять стало вообще невозможно без риска нарваться на неприятности. Майк Тайсон запугивает одним лишь полным ненависти взглядом, Конор Макгрегор выводит из себя воплями и тщательно срежиссированным трештоком, Федор Емельяненко абсолютно безэмоционален — и оттого странен. Нурмагомедов давит на психику уже тем, что все понимают: в бою он не оставит ни шанса. Слишком мощный для легкого веса, слишком умелый в борьбе, слишком хорошо держит удар — он устраивает прессинг, лишает времени и пространства, не дает возможности подумать, а затем ломает. Если ты до этого не сломаешься сам.
Писать про Хабиба и легко, и неимоверно сложно. Два слова про Дагестан, три — про борьбу с медведем в детстве, затем абзац про отца Абдулманапа Нурмагомедова в становлении бойца, дальше про верность культурным кодам и традициям… Проблема в том, что все пишут и рассказывают примерно одинаковые вещи. Часть из них не имеют ничего общего с реальностью. Например, в определенных кругах фанатов популярно мнение, что Нурмагомедов очень зрелищно борется и сделал борьбу в смешанных единоборствах увлекательной. На самом же деле борьбой и нюансами техники того, что делает Хабиб, интересуются только практикующие спортсмены и тренеры. Обычных зрителей воодушевляет сама идея: мальчик из дагестанского села уделывает всех в самой главной лиге мира. Поддержка Хабиба превратилась в жанровую историю «наши против всех — и побеждают». Началось это, собственно, вскоре после его первых боев в UFC, но по-настоящему разрослось, захватило весь мир в момент боя с Конором Макгрегором. Когда весь мир разделился на тех, кто в папахах, — и тех, кто нет.
Момент был мифологизирован, а с ним — и победитель боя. Были запущены механизмы, которые не остановить. Многие сейчас задаются вопросом: что, если? Если бы еще пара лоукиков Джастина Гейджи дошли до цели и Нурмагомедов остался бы в начале боя без ноги? После поединка говорили, что Хабиб еще за несколько недель доя боя получил перелом, судя по всему, кости где-то в стопе, но отказался переносить бой. Что, если бы в обмене ударами в первом раунде Хабиб пропустил тот, который не увидел? Или промедлил бы и не накинул на шею соперника во втором раунде тот «треугольник»?
Бой Хабиба Нурмагомедова и Джастина Гейджи, 24 октября, Абу-Даби
Этот прием, кстати, грозит стать очень трендовым, можно сказать, культовым. В последний раз его столько обсуждали, когда Фабрисио Вердум поймал похожим образом Федора Емельяненко. А когда прием проходит на встрече такого уровня, спустя несколько минут после окончания боя его уже пытаются исполнить тысячи начинающих или даже вполне опытных бойцов. И через некоторое время в боях по всему миру ты видишь, как все пытаются провернуть с соперником один и тот же трюк…
Другой тренд, который связывают с Хабибом, — бои без трештока, уважение к сопернику, вежливые пресс-конференции, никаких выходок, ничего неподобающего. Но не стоит забывать, что путь Хабиба в UFC начинался с трештока, а эпоха спокойствия и безмятежности наступила, когда Хабиб стал главной звездой UFC и обзавелся более чем 24 миллионами подписчиков в инстаграме. У него появилась своя армия и безусловная поддержка промоушена, а это значило, что шутить, язвить и оскорблять стало вообще невозможно без риска нарваться на неприятности. Майк Тайсон запугивает одним лишь полным ненависти взглядом, Конор Макгрегор выводит из себя воплями и тщательно срежиссированным трештоком, Федор Емельяненко абсолютно безэмоционален — и оттого странен. Нурмагомедов давит на психику уже тем, что все понимают: в бою он не оставит ни шанса. Слишком мощный для легкого веса, слишком умелый в борьбе, слишком хорошо держит удар — он устраивает прессинг, лишает времени и пространства, не дает возможности подумать, а затем ломает. Если ты до этого не сломаешься сам.
Бой Хабиба с Конором Макгрегором, 6 октября 2018 года, Лас-Вегас
И вот самый доминирующий боец UFC уходит — а сама лига и ее глава Дэйна Уайт остаются в довольно затруднительном положении. Убитая отсутствием болельщиков на трибунах атмосфера, испорченные отношения со вчерашними звездами Джоном Джонсом и Конором Макгрегором, унылый пейзаж в дивизионе тяжеловесов, да и вообще, бизнес UFC наполовину принадлежит русским и китайцам. И что вы будете делать дальше?
Возвращать Нурмагомедова — не вариант. Не потому, что он дал обещание своей маме не продолжать без отца и не потому, что более великого момента, чем сейчас, у него не будет. Его спортивная карьера была наполнена потом, болью, травмами и стрессом, как минимум от весогонки. Можно бесконечно сильно любить бои, но есть моменты, повторения которых ты хочешь любой ценой избежать. Быть чемпионом в случае с Хабибом — это обязательства, а не привилегии. Вернуться когда-нибудь потом ради боя с Жоржем Сен-Пьером ради голодающих детей Африки — это не совсем то же самое, что продолжать карьеру, защищать чемпионский пояс и восемь-девять месяцев в году проводить в тренировочном лагере.
Единственная причина для возвращения — это невозможность жить, не выходя в клетку. Необходимость существовать и функционировать как обычный человек некоторых бойцов сводит с ума — это сродни посттравматическому синдрому для вернувшихся с войны. Но Хабиб мало похож на контуженного: возвращаться он будет с определенным умыслом, на своих условиях, а не потому, что его попросят в UFC. И так как это не могут быть деньги — можно взять рычагами влияния, акциями промоушена или чем-то еще подобным. Но вряд ли мы с вами к обсуждению этого вопроса вернемся раньше чем через пару лет.