Добрый день, дорогие подписчики! Продолжу рассказ.
Первая ночь в палате прошла более менее спокойно. Правда сон переодически прерывался чьим то храпом.
В пять анализы, температура
Как бедные медсестры ухитрялись брать кровь из вены в запотевших очках и перчатках, для меня осталось загадкой.
Обход врач проводил рано, в восемь часов. Заключался он в измерении сатурации и пульса и словесного опроса в плане жалоб. Все быстро, поэтому вопросы готовить надо было заранее.
После обхода завтрак. Хочу сказать, кормили хорошо. В меню и мясо, и соки, и шиповник, и печеньки и свежие яблоки каждый день. Кефир на ночь. Привозили еду откуда то в порционных контейнерах. Видимо был заключён договор с каким то общепитом. В этом плане одни положительные эмоции!
Не смотря на хорошее питание, я продолжала худеть. Осталось во мне килограмм сорок. Вся одежда с меня падала.
Забегая вперед, скажу, что врачи признали лекарственную анорексию. То есть меня отравили большим количеством антибиотиков. На вопрос, когда все придёт в норму, разводили руками, твердя, что организм должен сам справиться. Но я подозреваю, что наложилась кахексия от онкологии. Долго, почти полгода страдала полным отсутствием аппетита и отвращением к еде в целом. Сейчас интерес к еде появился. Но в зеркало стараюсь не смотреться, дабы не портить себе настроение.
Но я отклонилась от темы.
После завтрака приходит мой врач с маленькой хрупкой девушкой, лица, конечно, не видно, которую представляет как хирурга-реаниматолога. Девушка хрупкая, но, судя по разговору, с железным характером. Она мне объявляет, что здесь и сейчас будет брать пункцию. На мой удивлённый вопрос, что, прям в палате, она отвечает, что на данный момент это самое чистое место. Я мягко говоря была в шоке, не говоря уж о побледневших пяти остальных женщинах в палате.
Устроив меня на стуле, она предупредила, что будет откачивать медленно, чтобы я не потеряла сознание. Действительно, процедура была проведена легко и без последствий. Вспоминаю эту девушку с благодарностью.
Забегая вперёд, скажу, что вместе с ней в ковиднике с тяжёлыми больными работал её муж, тридцати двух лет, высокий, крепкий. Трое малолетних детей у них. К концу вахты он заболевает. Спасти не смогли. Умер в Москве. Очень жалко! Саболезную!
На этой печальной ноте пока все. Читайте, подписывайтесь. Всем рада!