Вот вы говорите ковид, ковид. Да кому интересен сейчас этот ковид. Всего лишь один год испортил. Есть явления, которые и двадцать могут испортить, и ничего – живем, не дергаемся. То ли дело грипп. Каждый год прививки какие-то, антигриппины тоннами выпускают. То есть он, грипп, полноценная часть нашего культурного самосознания. В романе Алексея Сальникова «Петровы в гриппе и вокруг него» оказывается, что еще и часть самоподсознания.
Много ли в вашем окружении мужчин, которые читают книги? В моем - нет. Когда мы начали встречаться с молодым человеком, для меня было шоком, что он почти не читал. И большой гордостью стало то, что сейчас он очень радуется новым книгам. А еще - интересно про них рассказывает. Теперь не только мне.
Есть такой город – Екатеринбург. Есть там автослесарь Петров, есть библиотекарша Петрова и даже есть их общий Петров-младший. Однажды Петров заболел гриппом. И немедленно выпил. Микстуру, конечно. И тут случается предновогоднее чудо, когда все Петровы болеют гриппом, и реальность начинает перемежаться с чем-то совершенно инфернальным.
Сюжет в книге с виду довольно прост. Петров заболевает, пьет водку в катафалке, потом заболевают жена и сын. Все вместе пьют парацетамол и иногда газировку. Сыну очень хочется на елку в ТЮЗ, и они с Петровым едут на елку в ТЮЗ. Все перемежается интермедийными флешбеками, которые и дают сюжету хитрые повороты, собирающие разбросанные по книге детали в любопытную 3-дэ картину, которую читатель видит сразу с нескольких ракурсов.
Сальников совершенно прекрасно заигрывает с дуализмом. Конечно, Булкаговские двойники из «Мастера и Маргариты» сочинены хитрее, остроумнее и загадочнее, но и мы пока живем не в 37-м году, чтобы мыслить такими подтекстными категориями. Двойники (в том числе и самого автора) здесь считываются на ура. Воланд, он же Мефистофель, он же Гога, он же Артюхин Игорь Дмитриевич тоже в романе присутствует. По духу своему он все же ближе к другу Фауста, да и сам Фауст здесь тоже худо-бедно, в принципе, есть.
Демонов, которые выглядят как обычный рабоче-интеллигентный класс Екатеринбурга, в романе вообще хватает. И вот Петров, словно Антон Городецкий, то ли под воздействием гриппа, то ли парацетамола, катается по городу на троллейбусе и смотрит на этих демонов и прочую, как нынче модно говорить, хтонь. А демоны не обязательно плохие и не обязательно хорошие, они просто есть, как и все мы. А может мы и сами демоны.
В правилах написания рецензии в этом месте надо как-то резюмировать все вышесказанное. Резюмирую: книга хорошая, автор умело (может и неосознано) играется в постмодернизм, проводит умозрительные параллели то с Булгаковым, то к Гоголю отсылает, радует загадками-отсылками к массовой и не очень культуре, а сам темпоритм повествования так «дает по шарам», что ноги могут подкоситься прямо как при температуре 39 по Цельсию.
Критика, которую пишут умные и уважаемые мной люди, вся, конечно, не так и не про это. Но я на кафедре литературной критики целых два года отучился, так что имею право на половинчато-правильное мнение. В конце концов, многим книга вообще не понравилось, но даже для такого вывода надо сначала ее почитать.