Christopher Nolan
Начинать с конца – беспроигрышно, динамика финала всегда остра - сходу захватывает зрителя, беспроигрышно так же нарезать клип - трейлер из разных кусочков фильма и запустить на первый взгляд рандомное колесо – экспозиция состоит из выжимки кадров прошлого. Такое «Начало» цепляет зрителя на главный крючок – разгадка тайны, познание древа.
Завязка действия стартует с момента осознания сна, со знакомства с архитектором, который должен создать реальность на трех уровнях сна, глубоко и надежно. На самом деле, через персонажей фильма съемочная группа Кристофера Нолана, создает более тонкую реальность в разуме зрителя. Проникший в сон режиссера соучастник происходящего на экране по обе стороны расширит горизонты, а заодно пройдет продвинутый курс по управлению реальностью. Для этого нужно начать с начала. В истоке своем, идея которую помещают кинематографисты в сознание зрителя, тривиальна: Каждый живущий должен найти свою истинную реальность.
Радикальные способности проявились у съемочной группы Нолана, которых захватила идея «Начала». Идея заключалась отчасти и в том, чтобы строить декорации и совершать оптические трюки с ними самостоятельно в 3D реальности, так называемой. Минимизировать использование компьютерной графики. Сыграть на площадке режиссерский трюк, возможно, это то, что поглощает Кристофера Нолана больше всего в работе над фильмом. Будто знаменитый фильм «Престиж», то ли фильм, то ли шулерский трюк, он снимал про самого себя.
Построено кино на трех уровнях игры жанрами – экшн сменяется мелодрамой, мелодрама детективом, детектив в фантастику и так далее… Погоня и перестрелки переплетены в косу со сценами интеллектуальных поисков и прозрений, коса пронизана лентой романтических воспоминаний. Жанры играют мелодию. Камера создают оптические иллюзии, маневрируя ракурсами декораций. Герои выходят за пределы гравитации, но правда прячется в сейфе, как в кощеевом яйце. Идея Нолана воспеть идею.
«Это нечто новое,– говорит Киллиан Мерфи, снимающийся уже в третьем фильме Нолана. – “Начало” не укладывается в жанровые рамки. От него реально дух захватывает».
На самом деле, вместо поисков связующих нитей в погоне за разгадкой, зрителю предлагают просто наслаждаться действием, ведь истина раскрывается по ходу фильма, так же плавно, просто и многогранно, как складывается одна из улиц Парижа в сюжете. Фабула раскрывается легко и просто, как бутон превращается в розу. Для зрителя сделано максимально все, чтобы он не успевал задуматься - поражающие воображение трюки.
Одной из наиболее сложных площадок стал длинный коридор отеля, который мог поворачиваться на 360 градусов, создавая ощущение невесомости. Разработка проекта и его реализация потребовали совместных усилий художника-постановщика Гая Хендрикса Дайаса, супервайзера спецэффектов Криса Корбоулда и оператора-постановщика Уолли Пфистера. Коридор был помещен внутрь восьми массивных концентрических колец, которые находились на его внешней стороне на равном расстоянии друг от друга.
Столовая в замке с золотистыми узорчатыми стенами и потолком, покрытым десятками ламп. В итоге замок рушат на части, начиная с витражных окон, выбитых потоками воды, использовали струи воды под давлением, по двенадцать водометов с каждой стороны. В сцене, когда герои впервые осознают себя во сне, уличное кафе в определенный момент просто взлетает на воздух. Власти Парижа не разрешили использовать настоящие взрывчатые вещества. Съемочная команда использовала сжатый под высоким давлением азот, чтобы создать эффект серии вспышек, которые взорвали окружающие магазины, прилавки и, наконец, само кафе. Они снимали с максимально возможной частотой смены кадров, получилось около 1000 кадров в секунду. Супер замедленная съемка заставила осколки зависать в воздухе.
Кристофер Чарльз Корбоулд британский координатор спецэффектов лучше всего известен своей работой на крупных блокбастеров фильмов и сцен на некоторых 11 Джеймс Бонд фильмах с начала 1980 - х годов. В 2011 году он выиграл премию Оскар за лучшие визуальные эффекты на 83-ей церемонии вручения премии Оскар за свою работу над фильмом «Начало». В 2015 году Корбоулд был занесен в Книгу рекордов Гиннеса за «самый большой взрыв трюков в кино» за всю историю кинематографа для Spectre .
Возведение «крепости» заняло три месяца, в течение которых Нолан снимал в Марокко, Токио, Париже, Лондоне и Лос-Анджелесе. «Пойдемте, покажу вам кое-что, – говорит Корбаулд. – Время еще есть». Он приподнимает одну из лент и приглашает нас внутрь башни. Через несколько секунд мы оказываемся под декорацией: по земляному полу змеятся бикфордовы шнуры, штук сорок динамитных шашек уютно устроились в отверстиях, высверленных в опорах. Вокруг выстроилась дюжина здоровенных бочек с бензином. Если все пойдет так, как задумано, башня упадет вперед, и обломки покатятся вниз по склону. «Вот такой план, – говорит он. – Но вообще-то кто его знает, как все получится…»