Вслед за некоммерческими организациями со статусом иностранного агента и СМИ, понятие иноагента расширится сейчас на участников предвыборных гонок. Кандидаты, имеющие иностранное финансирование должны будут обязательно указывать это, так же как и «кандидаты, аффилированные с лицами, выполняющими функцию иноагента». Это кандидаты должны указывать в агитационных материалах, на своих сайтах и, конечно, в СМИ. А вот на госслужбу с таким статусом уже не возьмут.
С одной стороны, мысль сенаторов, которые инициировали такие поправки в законодательство, понятна. Как говорится, сказал А, говори и Б. Если мы уверены, что НКО и СМИ, получающие иностранное финансирование, работают в интересах иностранных структур, то почему бы не пойти дальше и не показать, что вот, Василий Николаевич из 56-го дома получает иностранное финансирование и потому не будет радеть о клумбе в вашем дворе. Мы ведь помним, что статус иноагента и призван показать, что структура или человек за чужие деньги занимается политикой.
Но как понять, что человек именно такое финансирование получает из-за рубежа. Скажем, если человек – ученый, который выиграл европейский грант на проведение исследований – это считается? А если потенциальный кандидат – работник фирмы, которая зарегистрирована за рубежом? А у нас даже родной и нежно любимый «Яндекс» со всеми его такси и доставками зарегистрирован в Нидерландах. Есть ли черта или грань, которая точно позволит понять – человек просто зарабатывает деньги или получает их на политическую дестабилизацию?
Эксперты считают, что особых проблем в выявлении такого финансирования не должно – о том, откуда иноагенты получают деньги и так знают все, кто хочет.
«Дело в том, что НКО и СМИ, выполняющие функции иностранных агентов, представляющие несистемные политические силы, которые ориентируются на запад, после получения этого статуса стали искать схемы, чтобы как-то завуалировать статус, но при этом сохранить финансирование. Одним из наиболее простых механизмов стал сбор пожертвований «на ведение блога, расследований, массовых акций» и т. д. С помощью таких схем очень просто финансировать человека или организации из-за рубежа. Иностранные государства получают возможность влиять на общественно-политическую ситуацию, например, в нашей стране через агентов влияния, которые называют себя «демократическими независимыми политиками», – считает член Общественной палаты РФ, замдиректора Института стратегических исследований и прогнозов РУДН Никита Данюк.
Он отмечает, что многие оппозиционные деятели или правозащитники активно участвуют в политике и сотрудничают с политическими институтами Запада.
«Примеров сколько угодно. Это Яшин тот же, который получает донаты через YouTube, Милов, который сотрудничает с Майклом Карпентером, одним из руководителей Джеймстаунского фонда, который в России признан нежелательной организацией, потому что в рамках своей работы этот фонд был замечен в разжигании межнациональной розни на Северном Кавказе. Лев Пономарев с его движением «За права человека», оно тоже признано иноагентом. Формально оно ликвидировано, но сам он продолжает активную деятельность, политическую в том числе. Про «Голос» можно сколько угодно говорить, фонд «Свободная Россия», «Европейский фонд в поддержку демократии» и дальше по списку», – перечисляет эксперт.
Данюк уверен, что если «демократические независимые политики» выступают за прозрачность во всем, то и сами должны прозрачно показывать все свои доходы и связи, чтобы избиратель понимал, будет ли конкретный кандидат радеть за его интересы.
А вы как относитесь к ужесточению закона об иноагентах? Считаете его справедливым?