В последнее время в нашем обществе появилась и набирает обороты странная тенденция – осуждать осуждение! Всё чаще и чаще можно слышать: «Осуждать – это плохо!», «Кто дал тебе право осуждать, это его свободный выбор!», «Его нельзя осуждать, он же человек!» и т.д. А стоит только сказать о необходимости наказания – так тут же поднимется крик, и все правозащитники (хотя по смыслу следовало бы их называть «левозащитники»), их родственники и им сочувствующие обрушаться на того, кто посмел, о, Ужас! произнести это страшное и неполиткорректное слово. Да, в каком-то смысле, осуждать – это действительно плохо, наказание тоже не всегда бывает справедливым, но что из этого следует?
В общем, мы можем сказать, что современная мораль, и это почти аксиома, берёт своё начало и развитие в христианской морали. Именно слова Иисуса Христа «не судите, да не судимы будете» (Мф. 7:1) лежат в основе воззрения, что осуждать другого никак нельзя. В отрицании же наказания, как правило, проявляет себя страх перед тем, что невиновный может быть осуждён неверно и понесёт незаслуженное наказание. На этом же аргументе основывается и попытка отменить смертную казнь, но давайте проанализируем, так ли всё просто в сложившейся ситуации.
Прежде всего, напомним, что ссылка на священное писание далеко не всегда является достаточной для аргумента того или иного тезиса. Лютер любил повторять, что «сам дьявол частенько цитирует Библию с выгодой для себя». Правоту этого изречения может подтвердить практически любой христианин, который хоть раз встречался со свидетелями Иеговы или представителями иных подобными псевдохристианских сект – они всегда апеллируют к Библии. Самый излюбленный приём этих «миссионеров» – это выдирать из контекста фразы и жонглировать ими. Опытным путём показано, что таким образом можно доказать, например, что Библию учит нас совершать самоубийства или нечто в том же духе. В Библии, тем не менее, написано следующее: “И дал я повеление судьям вашим в то время, говоря: выслушивайте братьев ваших и судите справедливо, как брата с братом, так и пришельца его; не различайте лиц на суде, как малого, так и великого выслушивайте: не бойтесь лица человеческого, ибо суд - дело Божие; а дело, которое для вас трудно, доводите до меня, и я выслушаю его” (Втор.1:17).. И вот эта фраза существенно изменяет смысл первой. Если человек не педофил, то он может осуждать педофилов и не боятся, что будет осуждён за это.
Если же подходить к «осуждению» с философским анализом, то способность осуждать говорит о наличие развитой системы ценностей, позволяющей отличать доброе от плохого. Не может осуждать тот, кто не знает, что хорошо, а что плохо, кто не вполне разделяет эти понятия. Если речь идёт о ребёнке – то в таком случае проблемы никакой нет, это вполне нормально. В противном случае, приведём здесь цитату из кодекса Бусидо, записанного Тайрой Шигесуке: «Нужно ли вообще говорить о тех, кто слабоумен настолько, что не в состоянии различить чёрного и белого и выбрать между добром и злом? Стоит только решить, что правильно, а что неправильно, как откроется вам истина, и вы сразу же поймёте, что пристало, а что не пристало совершать рыцарю. Вот в чём кроется главная причина многих неприятностей и бед современников, ибо не ведают они, что творят, выбирая зло вместо добра».
Если человек не знает, что такое добро - он запросто, будучи благородным, может стать на путь зла, тому есть немало примеров в отечественной и зарубежной литературе и истории. Можно продолжить наши рассуждения тем, что дифференцированность есть признак развитости. У собак, к примеру, нет чувства со-вести, они совокупляются у всех на глазах. Если это станет делать «человек», то или он ненормальный, или делает это намеренно, бросает вызов обществу и, скорее всего, эта ветвь рассуждений в конечном итоге закончится тоже тем, что он имеет отклонения от нормы. Кроме того, как же быть с фразой из Библии: «Если кто ляжет с мужчиною, как с женщиною, то оба они сделали мерзость: да будут преданы смерти, кровь их на них. (Лев. 20:13)»? Согласимся, осуждать не надо, можно сразу приступать к наказанию.
Проблема наказания – тоже может быть рассмотрена в предложенном нами ключе.
Во-первых, левозащитники часто поднимают вопрос, «кто дал право наказывать»? Мы бы порекомендовали перевести этот вопрос в плоскость «на кого возложить эту тяжёлую ношу»? Почему не воспринимать возможность осуществлять наказание как бремя, а не как привилегию. Можно подумать, что отец или мать, шлёпающие ребёнка или ставящие его в угол за провинность кичатся своим правом наказывать, а не воспринимают всё как необходимое и неизбежное зло в деле воспитания своего чада.
Во-вторых, перефразируя слова известного итальянского философа Ю. Эволы, можно предположить, что за отмену наказания могут бороться только те, кто боится, что это наказание может быт применено к ним. Если человек не грабит, осуждает грабительство и прикладывает все силы на борьбу с ним, то с какой стати он должен быть против наказания за данный вид преступления?
В-третьих, действительная возможность наказать невиновного не может служить достаточным аргументом в пользу того, что всякое наказание нужно запретить, оно лишь может стимулировать поиски более адекватных и эффективных методов установления правды. К слову, детектор лжи был бы очень кстати, т.к. в таком случае была бы 100% гарантия, что накажут именно виновного, а не кого-то вместо него.
Если мы не будем наказывать виновных за их преступления, то, в конечном счёте, мы неизбежно придём к анархии, что будет стоить нам гораздо больше человеческих жизней, нежели своевременное наказание. Если бы законы Российской империи были жёстче, то, возможно, с Ульяновым поступили бы так, как он того заслуживал, что позволило бы сохранить миллионы жизней русских (и не только) людей.
В заключение мы считаем нужным сказать, что не только наказание, но и осуждение играют значительную роль в человеческой жизни, и что, несмотря на то, что стоит их избегать, мы не сможем никогда избавится от них, если желаем жить в упорядоченном мире. Пока существует у человека свобода выбора, до тех пор мы можем только уповать на милость Божию, что Он не допустит, чтобы люди творили зло.