После долгой спячки жанр просыпается в стране дракона. Так родилась серия оригинальных постановок, сочетающих мифологию, городскую антиутопию и эстетику видеоигр.
Во время длинных выходных лунного фестиваля в начале октября китайцы бросились в театры, которые только что открылись после нескольких месяцев закрытия из-за пандемии. Многие хвалили Jiang Ziya, анимационный фильм, вдохновленный романом эпохи Мин, о приключениях воина, который должен уничтожить девятихвостого лиса демона. За первые выходные эксплуатации этот художественный фильм собрал 120 миллионов, больше, чем «Холодное сердце 2», когда он был выпущен в Соединенных Штатах.
Эта фантастическая история является продолжением «Нэчжи», эпической истории о маленьком мальчике, рожденном со сверхъестественными способностями, который борется с драконами и в конечном итоге жертвует собой, чтобы спасти других людей. Когда он был выпущен в июле 2019 года, он собрал в прокате 675 миллионов франков, что сделало его вторым по величине кассовым фильмом в Китае за все время после боевика Wolf Warrior 2.
В последние годы в Китае увеличилось количество очень успешных анимационных фильмов, таких как "Король обезьян: Герой вернулся" (2015), "Большая рыба и бегония" (2016), "Белая змея" (2019). «Китайская анимация вступила в новый золотой век после долгого путешествия по пустыне, которое длилось почти тридцать лет», – отмечает Дейзи Ян Ду, эксперт по китайской анимации из Научного университета из Гонконга.
В период с 1940-х по 1960-е годы Поднебесная была одной из самых творческих наций, выпустив несколько шедевров, таких как «Принцесса Железный веер» (1941) или «Шум на небесах» (1964), поэтическая сказка, рассказывающая о бедствия короля обезьян, продюсер легендарного режиссерского квартета Wan Brothers. «Но Культурная революция там уже прошла и положила конец всякому оригинальному культурному производству», – отмечает Дейзи Ян Ду.
Не имея возможности конкурировать с американскими блокбастерами и японским аниме в 1980-х и 1990-х годах, Китай довольствовался тем, что служил дизайнерской фабрикой для западных студий в поисках дешевых талантов. Только в 2010 году китайское государство начало продвигать местную промышленность. «Правительство увеличило субсидии студий, закрыл двери для иностранных мультфильмов и создал университетские курсы, посвященные анимации, – сказал Шон Макдональд, специалист по китайской культуре из Университета Буффало в США.
Мифологические рассказы
Появление в 2010 году потоковых порталов, посвященных анимации, таких как iQiyi и Bilibili, также помогло появлению нового поколения китайских талантов. Они также извлекли выгоду из передачи знаний благодаря открытию в Китае нескольких американских студий, таких как DreamWorks, которая в 2012 году основала новую компанию Oriental DreamWorks, которая была приобретена китайской группой China Media Capital и переименована в Pearl Studio.
В результате китайская индустрия анимации выросла в прогрессии с 11 миллиардов до 24 миллиардов франков в период с 2013 по 2018 год, согласно данным агентства бизнес-аналитики iResearch. Возникло множество отечественных студий, таких как Enlight Media и Light Chaser Animation.
Выходящие фильмы имеют ярко выраженную китайскую идентичность. «Большинство из них основаны на мифологических сказках и изображают фантастических персонажей, являющихся частью коллективного воображения китайцев», – отмечает Джон Лент, автор нескольких книг по китайской анимации. Один из них – «Король обезьян» из романа XVI века «Путешествие на Запад». Как и Нэчжа, озорной полубог из другого романа XVI века «Обитель богов». Одноименный фильм 2019 года также содержит элементы, вдохновленные пекинской оперой, гонконгскими фильмами о кунг-фу и эстетикой эмо китайских бойз бэндов.
Современные темы
«В последнее время мы стали свидетелями появления большего количества экспериментальных постановок, вдохновленных проблемами, волнующими современный Китай, такими как повседневная жизнь рабочих-мигрантов в больших прибрежных городах», – отмечает Дейзи Ду. "Хорошего дня" – независимый фильм, выпущенный в 2017 году на Берлинале, рисует сардонический портрет городской жизни в Китае через историю Сяо Чжана, молодого водителя, который украл сумку с 1 млн юаней, чтобы заплатить своей девушке за пластическую операцию.
Китайская анимация также выработала свою эстетику. «Есть много рисунков с тушью, лишенных очертаний, что делает их похожими на традиционные китайские картины», – говорит Джон Лент. Изображения из видеоигр также широко распространены. "В White Snake вся история построена как видеоигра с серией злодеев, которых герой должен победить, чтобы получить доступ на следующий уровень", – отмечает Шон Макдональд. По мере того как западные студии умножают свои ошибки в Китае, как показал недавний провал Disney – Мулан. Китайская анимационная индустрия только начинает расправлять крылья.