Это преступление, которому нет имени. Это горе, которое не измерить никакими слезами. Это поражение, которое повергает в прах все наши успехи.
Уничтожение продуктов при кризисе перепроизводства.
То, над чем трудились корни виноградных лоз и деревьев, надо уничтожать, чтобы цены не падали, — и это грустнее и горше всего. Апельсины целыми вагонами ссыпают на землю. Люди едут за несколько миль, чтобы подобрать выброшенные фрукты, но это совершенно недопустимо! Кто же будет платить за апельсины по двадцать центов дюжина, если можно съездить за город и получить их даром? И апельсинные горы заливают керосином из шланга, а те, кто это делает, ненавидят самих себя за такое преступление, ненавидят людей, которые приезжают подбирать фрукты. Миллионы голодных нуждаются во фруктах, а золотистые горы поливают керосином.
И над страной встает запах гниения.
Жгите кофе в пароходных топках. Жгите кукурузу вместо дров — она горит жарко. Сбрасывайте картофель в реки и ставьте охрану вдоль берега, не то голодные все выловят. Режьте свиней и зарывайте туши в землю, и пусть земля пропитается гнилью.
Это преступление, которому нет имени. Это горе, которое не измерить никакими слезами. Это поражение, которое повергает в прах все наши успехи. Плодородная земля, прямые ряды деревьев, крепкие стволы и сочные фрукты. А дети, умирающие от пеллагры, должны умереть, потому что апельсины не приносят прибыли. И следователи должны выдавать справки: смерть в результате недоедания, потому что пища должна гнить, потому что ее гноят намеренно.
Люди приходят с сетями вылавливать картофель из реки, но охрана гонит их прочь; они приезжают за выброшенными апельсинами, но керосин уже сделал свое дело. И они стоят в оцепенении и смотрят на проплывающий мимо картофель, слышат визг свиней, которых режут и засыпают известью в канавах, смотрят на апельсинные горы, по которым съезжают вниз оползни зловонной жижи; и в глазах людей поражение; в глазах голодных зреет гнев. В душах людей наливаются и зреют гроздья гнева — тяжелые гроздья, и дозревать им теперь уже недолго…
Так описывал Джон Стейнбек уничтожение продуктов питания во время кризиса перепроизводства (породивший великую депрессию в США) в своем романе "Гроздья гнева", опубликованного в 1939 году. После выхода романа он подвергся цензуре и был запрещен.
Закончился кризис примерно в 1941 году. Так совпало, что экономический кризис закончился вместе с нападением Германии на СССР и началом крупномасштабных боев Второй мировой войны.
Сейчас вновь с разных уголков мира доносятся новости об уничтожения продуктов из-за перепроизводства и падения платежеспособного спроса.
На фоне этого задаешься вопросами:
- Каким будет выход из надвигающегося глобального экономического кризиса на этот раз?
- Это и есть вершина развития человеческого общества?
- Есть ли альтернатива существующему общественному устройству, где результаты труда не будут уничтожаться из-за того что они не приносят прибыль?
Подробнее о современном кризисе перепроизводства рассказано на YouTube канале в выпуске "Простых чисел" Олегом Комоловым (кандидат экономических наук).