Даррен Хейз, бывший вокалист группы Savage Garden, рассказал интересную историю о том, как в свое время вдохновился песней "Fall Again":
"Вот неизвестная ранее история о моей почти встрече с Королем и о том, как MJ вдохновил меня.
Поклонники моей музыки знают мою песню “Insatiable”. Она была написана и спродюсирована в соавторстве с Уолтером Афанасьевым. Но мало кто знает, что я создал свою песню, вдохновленный песней “Fall Again”, которую Уолтер и Алан Тике написали для Майкла в 99-м.
История такая.
Когда в 1999-м году я записывал альбом Savage Garden 'Affirmation' с Уолтером в его студии в Сан-Франциско, он проиграл мне демо-версию песни “Fall Again”, на которой тогда был вокал Робина Тике. Уолтер и Робин намеревались предложить песню Майклу для его альбома ‘Invincible’.
Я был совершенно очарован и отчетливо представлял себе голос Майкла на этом треке. В то время Уолтер не был уверен, заинтересует ли песня Майкла, но как фанат я чувствовал, что когда MJ услышит ее, он отреагирует так же, как я. Она напомнила мне наслаждение от его классических песен, вроде “Human Nature”. Я знал, что Майкл сделает из нее убойную вещь.
И действительно, песня понравилась Майклу, он проникся ею и согласился записать демо. Была лишь небольшая заминка: на то единственное время, когда MJ был свободен, Уолтер уже договорился со мной записывать вокал к альбому 'Affirmation' Savage Garden.
Однако Уолтер решил, что сможет записать обе сессии, так что мы полетели в Нью-Йорк. По утрам я записывался с ним в студии Sony, а потом, во второй половине дня, он записывал Майкла Джексона в студии Hit Factory буквально через дорогу.
Приведенная здесь версия “Fall Again” - единственная существующая и вообще единственный раз, когда Майкл спел эту песню. Одна попытка. У него даже не было возможности выучить песню как следует, но посмотрите, как замечательно он справился!
В день записи с Майклом Уолтер вернулся на мою сессию примерно 2 часа спустя, сияющий. Он в пылких выражениях говорил о Майкле, о его голосе, о его вежливости и таланте. Но больше всего меня тронул его рассказ о том, что дети Майкла (Принс и Пэрис) были на сессии, и MJ установил в своей кабине ТВ-монитор, чтобы во время пения видеть, как дети играют с няней в соседней комнате. Сессия прервалась раньше времени, потому что дети плохо себя чувствовали, и Майкл, как хороший отец, хотел уделить им внимание. Как мне рассказали, он извинился и уехал с сессии после первого же дубля.
Я не слышал версию, записанную Майклом, до тех пор, пока ее не издали спустя много лет (хотя Уолтер знал, что я большой фанат, он уважил приватность MJ и не дал мне послушать демо). Но я запомнил ощущение волшебства от песни с того первого раза, когда услышал ее с вокалом Робина Тике, так что когда пришло время мне записывать сольный альбом, я попросил Уолтера написать вместе песню, обладающую такой же энергией. И так мы написали "Insatiable".
Удивительно слышать демо-версию Майкла спустя столько лет и поражаться его артистизму. Именно из-за Майкла я стал исполнителем (с тех пор, как я увидел Bad-тур в 1987-м, я знал, что всю оставшуюся жизнь хочу посвятить выступлениям). Слушая его альбомы, я научился петь. Я так горжусь, что годы спустя в моей карьере и работе есть его следы! И хотя он больше не с нами, мне нравится думать, что та маленькая искорка артиста, которую он зажег во мне, – это часть его наследия.
Извините, если вышло длинно и сентиментально, но я знаю, что фанаты MJ оценят эту историю. Я всегда хотел рассказать ее, и вот сегодня наконец рассказал.
Ну и забавный эпилог к истории – момент, где я почти встретил Майкла:
Во время описываемых событий президентом Sony Music был Томми Моттола. В тот же день, когда Уолтер записывал Майкла, Томми пришел в студию и говорит мне: «Даррен, я хочу пригласить сюда кое-кого очень важного, чтобы вы познакомились. Ничего, если я приведу другого артиста поздороваться?»
Естественно, я подумал, что он имеет в виду Майкла. Кого же еще? Майкл был через улицу от нас и работал с тем же продюсером, что и я! Давай, веди его! Томми вышел из комнаты со словами, что сейчас вернется.
Я остался ждать в студии вдвоем с инженером и был готов вот-вот намочить штаны.
Томми стучит в дверь.
Мое сердце останавливается.
И падает.
Томми входит с очень высоким белокурым мужчиной белой расы, на вид которому под 50 лет.
Иными словами, НЕ С МАЙКЛОМ ДЖЕКСОНОМ.
- Даррен, это Дарил, - говорит Томми.
- Привет, - отвечаю я с деланным энтузиазмом.
Дальше Томми проигрывает этому человеку “Two Beds and a Coffee Machine” – песню, над которой мы работали в тот день. Дарил откидывается на стуле и самым искренним тоном говорит мне, что я – потрясающий композитор и что ему очень нравится мой голос.
- Спасибо, – отвечаю я, все еще разочарованный, что это не Майкл Джексон.
Когда Томми и Дарил уходят, инженер поворачивается ко мне и спрашивает:
- Ты знаешь, кто это был?
- Понятия не имею, - отвечаю я.
- Это был Дарил Холл из Hall and Oates.
Теперь поверьте мне, я был и остаюсь ЯРЫМ фанатом Hall and Oates. И я чувствовал себя ужасно неловко из-за того, что не узнал его. В свою защиту должен сказать, что в то время у Дарила была борода, а я его помнил гладко выбритым и, конечно, гораздо более молодым.
Так что в тот день я дважды немножко умер.
Такая вот история :)"