"Впервые я встретил Майкла Джексона в воскресенье 11 марта 1981 года. Дайана Росс познакомила нас, когда он был ее гостем на TV Special, над которым мы в то время работали вместе с Дайаной. В то время я ставил все ее сценические и телевизионные шоу. Майкл Джексон должен был участвовать в программе и, когда он неожиданно появился на репетициях, Дайана представила меня ему. Первая вещь, которую он мне сказал, даже не поприветствовав: «Я знаю тебя». «Я так не думаю, Майкл», - ответил я. Он сказал: «Я смотрю тебя почти каждую неделю, ты знаешь… «Вестсайдская история». Улыбаясь, он начал прищелкивать пальцами и исполнять степ из фильма. И тогда я все понял.
С этого момента нам не нужно было ничего объяснять друг другу. Мы были на одной волне.
«Это мой любимый фильм, Дэвид. Или мне следует называть тебя А-раб?», сказал он, и, смеясь, добавил: «и у меня к тебе много вопросов. Я хотел бы задать их тебе, если это возможно». Майкл был очень вежливым и уважительным, и даже немножко застенчивым и замкнутым. Он был очень милым, и я так же определенно любил его работу. A-раб – это имя моего персонажа в «Вестсайдской истории».
Вообще-то я узнавал очень много из «Вестсайдской истории» в его движениях. Видео к «Beat It» было полностью заимствовано из фильма – вплоть до драки на ножах. Многое позаимствовано и у Боба Фосса и Фреда Астера. Ну, я всегда говорю так: «Если ты собрался воровать – воруй у лучших». И Майкл определенно меня в этом поддерживал.
Но это нисколько не умоляет его таланта. Очевидно, что свою лунную походку он не воровал ни у кого. Вы же понимаете, что не сможете избежать влияния величайших артистов. Даже если вы - в одном ряду с ними. А он определенно соседствует с ними.
Майкл был забавным. У него был миллион вопросов о фильме: всякий раз, как я встречал его после нашей первой встречи, он всегда задавал мне вопросы о «Вестсайдской истории». По секрету скажу: он даже мог влюбиться, чтобы появиться в этом фильме. Он как-то шепнул мне это на ушко.
В следующий раз я видел Майкла, когда он и Дайана пригласили меня на запись телевезионной программы в честь 25-летия Мотаун (Motown 25 year Anniversary TV Special). Они оба собирались в ней участвовать. Я взял с собой свою тогдашнюю подругу – актрису Симону Оверман. В первой части Майкл был на сцене, и он узнал меня в толпе зрителей. Он кивнул мне головой и улыбнулся – и я улыбнулся ему в ответ. Симона была в полном восторге! Я никогда не забуду это выступление, так как именно тогда Майкл впервые продемонстрировал широкой публике свою лунную походку. Даже Берри Горди – основатель студии Мотаун был изумлен.
Да что там Берри! Все были в восторге. Можно с уверенностью сказать, что в ту ночь родился новый Майкл Джексон. Он был невероятен. Как он позже признался - он это сделал для Берри. Если бы не Берри, он никогда бы не оказался там, куда пришел к тому времени и никогда бы не достиг того, к чему стремился. Майкл был человеком, который никогда не забывал, откуда вышел. Поэтому он всегда ценил то, что сделали для него другие люди. И еще он не любил говорить о том, что сам делал для других.
В 1995 году я уехал из Америки, чтобы жить в разных странах. Великобритания и Таиланд – вот две страны, в которых я проводил много времени. А еще я проводил много времени, путешествуя между Францией, Италией, Гонконгом, Румынией, Сингапуром и Россией, где посещал кинофестивали.
Я был в Лондоне с кратким визитом, когда встретился с красивой молодой девушкой из России, которую звали Ирина. В то время я работал над пилотным выпуском сериала «Star School» в Бухаресте, поэтому пригласил Ирину сопровождать меня в Румынию.
Вскоре после этого мы приехали в Бухарест и я встретил парня, который владел телевизионной станцией и был промоутером The Michael Jackson Tour. Мы смогли пообщаться, и я упомянул, что когда-то работал с Майклом Джексоном. Он рассказал про меня Майклу и, вернувшись, сообщил сразу две приятные новости: во-первых, Майкл хочет меня видеть прямо сейчас, а во-вторых, он приглашает меня и Ирину на свое шоу. Он весьма любезно предоставил нам special V.I.P. passes, зрительские места находились прямо в центре стадиона в его специальной V.I.P. секции.
На стадионе собралось свыше 100 000 человек. В тот вечер мы приехали вместе с Майклом на лимузине. Вообще-то это была целая процессия лимузинов, которую сопровождала сотня солдат. Майкл очень любил униформу и иерархию. Он был в восторге от помпезности, сопровождавшей любое из его появлений. Когда мы приехали, там было еще несколько сотен еще более милитаризированных людей, наблюдавших за нами. Сначала нам предложили еду и напитки, а затем, когда настало время выходить на сцену, он сказал мне «гудбай» и мы вместе с Ириной прошли на свои места в центр стадиона – великолепно защищенную площадку, которую охраняли солдаты в униформе - нечто среднее между солдатами и спецназом. На этом огромном стадионе, в кольце специальных отрядов полиции и армейских, окружающих нас в течение всего концерта, мы ощущали себя словно в маленьком оазисе абсолютной безопасности. В этом был какой-то особый сюрреализм.
Это было невероятное сценическое шоу, и Ирина была на седьмом небе от счастья: она смотрела концерт Майкла Джексона, только что приехав с ним на лимузине. Майкл был удивителен. Он определенно один из величайших исполнителей, которых я когда-либо видел. Всего мы посмотрели около 4 или 5 его шоу в ту неделю. Билеты на каждый его концерт были распроданы, и каждый концерт был лучше предыдущего. Майкл работал очень усердно и очень старался, чтобы его фанаты были довольны. Он отдавал всего себя. И мальчик мой, они едва ли когда-либо любили Майкла. Только один раз я видел подобное преклонение – это было, когда я поработал над несколькими фильма с Элвисом.
После шоу один из людей Майкла подошел ко мне и сказал, что Майкл хочет пообщаться со мной в номере отеля после шоу. Бедная Ирина, она так хотела еще раз увидеть Майкла, чтобы сказать, как ей понравился концерт. У меня тоже было о чем рассказать Майклу - о проекте мюзикла, который я назвал «Nicholas Jingle». Это была история о Санта Клаусе. Я хотел предложить ему сыграть Oliver J. Twinkleberry, эльфа и дух Рождества в этом фильме.
Итак, пока Ирина и Майкл Бадика ждали в отельной кафешке, я поднялся к Майклу в номер.
Естественно, мы все были в курсе обвинений, которые были предъявлены Майклу, но я никогда о них не задумывался, так как я знал историю Романа Полански, которого подставили с молоденькой девочкой. У меня самого были проблемы с законом, и я знаю много других случаев, когда невинных людей подставляют, чтобы те выглядели виновными. Подобные истории погубили множество карьер и даже жизней - некоторые, не выдержав разочарования и унижений, расставались с жизнью.
Меня вели в президентский номер Майкла, как вдруг мимо меня прошел маленький мальчик. Должен сказать, что в тот момент я подумал: «Боже мой, неужели это правда?». Затем мы повернули в гостиную, в углу которой играла маленькая девочка. Что же здесь происходит? До того, как я смог что-либо подумать, я уже был представлен маме этих деток, которая сидела на диване в гостиной. Потом я познакомился и с ее мужем. Я видел, как он снимал концерт Майкла на видео. Они просто зашли сказать Майклу «пока», так как утром они уезжали. Этот эпизод демонстрирует, насколько быстро вы можете сделать неправильные выводы. Даже я, никогда не веривший тому, что писала о Майкле пресса, чувствовал себя полным идиотом. Я никогда и никому не рассказывал об этом случае.
Едва появившись, Майкл сразу спросил «почему бы нам не разместиться в столовой». Я поделился с ним своими впечатлениями о его великолепном шоу, и мы обменялись любезностями. Я рассказал ему, что был очень дружен с его отцом Джо и что его мама Кэтрин, которая была очень доброй и очень милой, однажды приготовила для меня обед в его доме в долине в ЛА.
Затем он начал задавать свои вопросы, ну вы уже поняли - о «Вестсайдской истории». Майкл выглядел очень смешно, но его вопросы были очень серьезными. Мы просидели так около 45 минут - разговаривая и никого не замечая.
Промоутер все это время тоже был с нами в комнате, но Майкл не сказал ему ни слова и даже едва ли узнал. Это было необычно. Это был первый раз, когда я так долго общался с ним и именно тогда я понял, насколько хорошо он знает «Вестсайдскую историю». Я рассказал ему о моем фильме, и он сказал, что он его очень и очень заинтересовал. Он попросил дать ему сценарий и очень быстро вернул его назад. Мое сердце забилось необычайно быстро от мысли о том, что я смогу увидеть Майкла в моем фильме.
Мы пожелали друг другу спокойной ночи, и я ушел от него с чувством полного удовлетворения - не только личного, но и профессионального.
Вместе с промоутером мы спустились на лифте. Он был ошеломлен и сказал, что за то время, что он знал Майкла, он еще никогда не видел его разговаривающим с кем-либо так долго и столь энергично. Вообще-то, он упомянул, что Майкл редко разговаривал с кем-либо. Я был вдвойне горд, так как Майкл пригласил меня прийти к нему и на следующий день. Как только мы с Ириной добрались до нашего отеля, все, о чем я мог думать в тот момент – это то, каким же замечательным человеком был Майкл, одновременно являясь величайшим исполнителем в мире! Он напомнил мне другого моего друга – Сэми Дэвиса младшего.
Когда Майкл приехал с концертами в Амстердам, я решил поехать за ним и взял с собой несколько своих друзей. Моя подруга Скай, Чиро Орсини (владелец ресторана), Гарри Стретч (актер и бывший боксер) – все сопровождали меня. Мы приехали на двух машинах и в Амстердаме встретили еще двоих моих друзей – Артура и Джорджа.
Куда бы Майкл ни приезжал, билеты на его концерты продавались, как горячие пирожки, а в Амстердаме они были распроданы за 45 минут – на все 6 шоу. Он настоящий феномен.
Где-то около полудни я с подругой пришли к отелю, около которого полиция сдерживала десятки сотен кричащих фанатов, ожидавших Майкла. Они закричали еще громче, когда я подъехал на своем кремовом Роллс Ройсе с калифорнийским номером «Muvies». Они пытались заглянуть внутрь машины, думая, что я – это переодетый Майкл. Охрана пропустила нас, мы забрали наши билеты и почти собрались выходить, как Майкл появился в лобби. Какое-то безумие творилось снаружи: фотовспышки, фаны, кричащие еще сильнее, охранники, сопровождавшие Майкла. Майкл увидел меня и остановился. «Привет, Дэвид», - как-то приглушенно сказал он. Его было едва слышно из-за криков фанатов. «Привет, Майкл», - сказал я в ответ, - «это моя подруга Скай». Он сказал: «Я только что из больницы, где я видел много-много больных детей». Я сказал: «Должно быть очень устал, отдохни. Увидимся с тобой после концерта или здесь же завтра». В знак согласия он кивнул, и, подхватив его, свита повела его к лифту. Я повернулся и посмотрел ему вслед.
Я подумал тогда: какая удивительная и ничем не объяснимая способность отдавать. Он только что приехал в город, и, едва успев зарегистрироваться в отеле, сразу же отправился в больницу, чтобы навестить серьезно больных детей в раковом корпусе. Он действительно любил детей. А я любил ребенка в Майкле!!!
Вообще-то я сопровождал его в одной из тех поездок. Он мог без устали перемещаться от одной больницы к другой, встречаясь там с детьми – хотя бы просто для того, чтобы принести радость в их жизни. Он дарил им свое время, свое присутствие, свое общение. Когда он заканчивал посещение, он мог спросить у медсестер и врачей о детском оборудовании, в котором острее всего нуждался госпиталь. После этого он мог сделать анонимное пожертвование на это оборудование.
Мне так же известен тот факт, что он жертвовал десятки миллионов долларов на детскую благотворительность анонимно.
Почему газеты не пишут о таких вещах? Это же чудо, что он находил время на благотворительность. Его самопожертвование и доброта проявляются в его любви ко всем детям на этой планете. Это очень великодушный, добрый и щедрый человек.
Я помню Фрэнка Синатру, жертвовавшего десятки миллионов на благотворительность - тоже анонимно. Никто никогда не говорит об этом факте. В этом смысле они мне кажутся очень похожими – Фрэнк и Майкл. Оба были эстрадными звездами и обоих затравила пресса, оба остались непонятыми. Они были больше, чем жизнь.
Итак, пришло время шоу, и было решено, что Кенни Ортега, который был моим хорошим другом и режиссером «HIStory World Tour», поедет со мной на стадион. Как режиссер Кенни стал известен благодаря невероятно популярной диснеевской трилогии «Классный мюзикл».
Все мои друзья сгрудились в моей машине, и мы отправились смотреть Майкла. Наличие Special Michael’s V.I.P. pass сделало довольно простым посещение закулисья, где находились грузовики из-под декораций, реквизита и костюмов. С Майклом путешествовало около 250 человек. Они размещались в 4-х самых больших в мире российских самолетах и в многочисленных грузовиках, чтобы передвигаться из города в город. Я припарковался и, воспользовавшись гостеприимством, мы пошли туда, где можно было поесть и попить.
Затем мы прошли в гримерную. До того, как выйти на сцену, Майкл смотрел на фотографии неизлечимо больных детей. В каком-то смысле вся его жизнь – это посвящение больным детям. И эти дети обожают Майкла - во время шоу в одном из номеров к нему на сцену поднимаются порядка сорока таких детей, а одна маленькая девочка протягивает цветок солдату, вылезшему из танка. Это очень трогательный момент. И ДА, он путешествует вместе с танком!!! Он перевозит его на одном из тех самых грузовых русских самолетах – из страны в страну.
Все мои друзья получили возможность познакомиться с Майклом, и были очень взволнованы. На той неделе вместе со Скай мы ходили на каждый его концерт.
Мои друзья Артур и Джордж были совладельцами известной в Амстердаме дискотеки под названием «Heaven for Sinners» и после концерта мы все вместе пошли туда. Группа танцоров, выступавших с Майклом, присоединилась к нам, и мы танцевали всю ночь. На той неделе мы побывали еще в нескольких клубах. Вот это была вечеринка! party! party! party! Было очень весело.
Однажды, пока я ожидал Майкла в лобби отеля, близкие ему фанаты подошли ко мне, чтобы пообщаться. Они уже видели, как я общался с Майклом, поэтому очень хотели расспросить меня. Эти ребята следуют за ним по всему миру. Они приезжают из Германии, Америки, Южной Африки, отовсюду. Если они могут себе это позволить, они путешествуют с ним на протяжении всего тура – от Гавайев до Дальнего Востока. Некоторые девочки и мальчики, юноши и девушки, с которыми я разговаривал, просто не могли говорить ни о чем другом, кроме как о Майкле. Некоторые девушки мечтали выйти за него замуж. Но все они были очень дружными, и каждый день пытались определить, куда же сегодня поедет Майкл, каким будет его расписание, - только для того, чтобы поймать хотя бы один его взгляд. Он знал их всех, поэтому им было разрешено приближаться к нему, например, в его лобби. И они ждали его весь день и всю ночь, каждый день и каждую ночь..."