Тот сон ей снился раз, перед рассветом.
На теплом покрывале трав и листьев
Шаги неспешные по спелой кромке лета
Вошли в сентябрь мягко словно лисьи.
И по тропе ведущей за пределы
Родного леса, вышли на поляну
Под лунным светом , оставляя тело,
Как желтый лист от древа. И изъяны
Не требовали, не тянули жилы
Из ран души. А слились в миг единый
Со всем и всеми. Тот час же вкусила
Душа просторы жизни, сочность силы.
И обернулась миллиардом красок
Соцветий атомов присутствия повсюду.
О, Боже, неужели столько масок
Носила на себе, боялась люда,
Чуралась радости, ума границы чтила,
Не верила себе, жила как надо.
Теперь понятно отчего не мила
Ей стала жизнь. И сокровенней клада
И всех сокровищ опыт тот бесценный
Наполнил ее танец внетелесный,
И озарил принятием жизни сцену,
И этот сон, причудливую местность.
И тело посреди лесной поляны.
Она над ним склонилась в почитании.
В нем нет греха, ошибок и изъянов.
Оно невинно. Отражая тайны
Всех своих предков, их дела, потуги,
Их боль, надежды, радость и отчаяния,
Служило жизни, сквозь любовь и муки.
И добаюкивая тихими речам
Свою судьбу, поглаживая нежно
Свое земное духа воплощение,
Она проснулась в теле. И неспешно
Вдохнула полной грудью пробуждение.