Глава 66
Рома и Кира вошли в лифт, а на лице Наташки отразился конец света.
– У нас всё могло быть хорошо!
Мы поднялись наверх, разошлись по кабинетам, а в обеденный перерыв я отправилась к Максиму. На производстве была на удивление приличная столовая, и мы собиралась пообедать вместе. Максим утверждал, что компот там – точь-в-точь как в загородной школе, и он готов пить такой вёдрами.
– Сейчас пойдём, – увидев меня, сообщил Максим, глядя в тетрадь, в которой что-то решал к вечерним занятиям. – Посиди, я уже почти закончил.
Тут-то в кабинет и ворвался Рома.
– Бабы – зло, – завопил он и принялся метаться перед нашими глазами. Два шага в одну сторону – два в другую.
– Я, пожалуй, подожду снаружи.
Выйдя в коридор, я даже прикрыла дверь. Но через стеклянные стенки всё равно было слышно, когда там так орут.
Размахивая руками, Рома рассказывал, что случилось, и по мере его рассказа моя физиономия вытягивалась. Вот это Наташка, во даёт! Оказывается, подруга явилась в его кабинет, причём прошла туда как-то так, что её видела Кира, кинулась к Роме целоваться и изображать готовность к сексу прямо там, на его столе. Ему она соврала, что дверь закрыла. Но, конечно, этого не сделала.
– Надя, – Чайкин высунулся ко мне в коридор, – не надо подслушивать, входи обратно.
– Я не подслушиваю, ты просто орёшь так, что и в офисе, наверное, слышно.
Вернувшись, я встала около Максима.
– Кира пришла и всё увидела, – уже тише сказал Рома. – И, конечно, начала орать. Что не желает быть самой рогатой невестой самого отъявленного бабника планеты.
– И что?
– И я ушёл к тебе. Ветров, эту… подругу Надиных суровых дней надо убрать из компании. Что, в Москве мало мест для практики?
– А на каком основании? – осведомился Максим. – Она что, программу практики завалила?
– Вот как ты ставишь вопрос…
– Нет, Ромка, в самом деле. Почему-то ко мне девицы на стол не лезут. Почему с тобой-то это постоянно происходит?
– У тебя есть жена.
– А у тебя – невеста. Не похоже, что это кого-то остановило.
Рома выдохнул и полез в карман за сигаретами.
– Ты не понимаешь, Макс. Приходит к тебе девушка. Красивая. И намекает. Да кто бы устоял.
– Мы идём обедать, – сказал Максим, – можешь прятаться тут от Киры, если хочешь.
– Вот зараза, – оценила я поведение Наташки, когда Чайкин нас уже не слышал. – Зачем было устраивать этот спектакль?! Что теперь будет-то?
– Да ничего. Можно подумать, он впервые попался. Надь, это же Ромка. У него даже в начальной школе было пять девочек одновременно. Кира поорёт и простит. Ей же надо выскочить за него замуж. Это просто другие отношения. Не как у нас. Другая форма. Понимаешь?
Однако Максим оказался неправ. В этот раз Кира повела себя иначе, и вскоре секретаршам было что обсудить в курилке. Мол, Белова объявила – отныне не считает Чайкина своим женихом. Теперь он свободен и может делать всё, что ему заблагорассудится. Она не собирается терпеть его загулы всю жизнь. И найдёт себе экземпляр получше. Не такой озабоченный. Рома сначала не верил своим ушам, потом настороженно ждал, что Кира его простит, а потом увидел Киру на какой-то вечеринке целующейся с другим парнем. Приехал к нам и натурально бесился, как детсадовец, валяясь на нашем надувном матрасе и вопя, что он теперь вольная птица и никогда, ни за какие коврижки не назовётся женихом. Наташка доработала практику спокойно, к тому же Рома теперь ей был даже обязан. А сама она, попав в эпицентр того скандала и осознав, что Чайкин требовал её немедленно выгнать, тоже начала понимать – это всё-таки не парень её мечты. Пора спуститься на землю…
Вернувшись с последнего экзамена зимней сессии, я уронила зачётку с пятёрками на стол и сползла по стеночке на пол. Только через минуту осознав – нечто уже лежало на этом столе. Что-то яркое. Кое-как поднявшись, поняла – обещанные билеты. Долгожданные две недели на море. Где – я и понятия не имела, всю сессию пребывая в трансе от перегрузок. Экзамены на третьем курсе оказались куда сложнее, чем на первом и втором… Посмотрев на эти билеты, я доковыляла до дивана, свалилась на него и подумала – я пас, пусть Максим забирает мою полубесчувственную тушку и везёт в любом направлении.
Но при этом мне ещё хватило сил погордиться. Я могу! И порадоваться – у меня лучший в мире муж. Он всё решил сам. Он увезёт меня туда, где солнце, солёные волны и где я смогу ни о чём не думать… Но если бы кто-нибудь в этот момент сказал мне – Надь, уходи из «Сонаты» и учись спокойно, – я бы отказалась. И Максим не предложил бы мне это не потому, что не заботился обо мне, а потому что уже хорошо меня знал. Засыпая, я ещё успела подумать – надо бы привезти из этой поездки какие-нибудь милые мелочи будущей сестрёнке. Я видела её на снимке узи, знала, что её назовут Валерией, по поводу чего дед раздувался от гордости, и в моём сознании она уже была вполне существующим человечком. Накуплю всяких крохотных розовых вещичек и игрушек. Как знать, может, в нашей семье реализуются планы Максима, из-за которых мне потом предстоит покупать лишь голубое…
Подписывайтесь на канал. Ставьте лайки. Спасибо!