Глава 53
Нас собирали будто на войну или в многодневный поход – Елена Александровна даже суп из кастрюли умудрилась перелить в трёхлитровую банку. И всё повторяла – только не стесняйтесь, приходите хоть каждый день, а уж если какие проблемы – прибегайте бегом. Наверное, сомнение в том, что это правильно, как-то отразилось на моей физиономии, потому что Надина бабушка сказала специально для меня, что происходящее – нормально. Родители всегда помогали своим детям. Самостоятельность – прекрасно, но тем не менее.
– Моя бабушка рассказывала, что когда выходила замуж, в их доме была одна красивая ложка, так и ту ложку мать ей отдала.
Я уставился в окно, чтобы не смотреть на Надину бабушку и она не поняла, о чём я сейчас думаю. Впрочем, я думал обо всём сразу – и о глупом сиреневом чайнике, который мне отдали не затем, чтобы мне было легче, а чтобы у меня не было повода вернуться, и о том, что вот она – такая семья, какой ей нужно быть, когда все любят друг друга и друг другу помогают, и о том, что всё в моих руках – и мои дети будут защищены, как Надя, а не вынуждены постоянно вычислять – чем же я родителям не такой, – как это вычислял я. И даже– правда ли в той комнате настолько ужасно храпели?
Пока Елена Александровна собирала продукты, Надя сложила в несколько пакетов свои вещи, и к машине мы пошли втроём – я, Надя и Валерий Сергеевич. И я спросил его:
– А хотите с нами на заезд? Перед Новым годом будет очередной.
Валерий Сергеевич сказал, что мечтал об этом всю свою жизнь…
В моём подъезде кто-то разбил лампочку, и я открывал дверь в темноте. Открыв, повернулся к Наде.
– Теперь ты тут навсегда. Я не о квартире.
– Я поняла. Мы навсегда – вместе.
– Да.
Разобрать пакеты сразу нам и в голову не пришло. Какие пакеты, когда мы бесконечную неделю спали в соседних комнатах?
Между поцелуями Надя успела пошутить:
– Надеюсь, это не будет считаться первой брачной ночью?
– Почему нет?
– Тогда она будет уже позади, а я так не играю.
– Хорошо, сочтём репетицией.
И правда, как в прошлом люди дотягивали до свадьбы, не прикасаясь друг к другу, – я окончательно перестал это понимать…
– Ничего, что я сказала про лето? – спросила Надя позже. Мы лежали под одним одеялом, обнявшись, и сердце у меня всё ещё бешено колотилось. – Хотя… наверное, твои не придут на свадьбу. Раз я им совсем не понравилась.
– Ошибаешься. Отец сказал, что ты молодец и он бы даже пригласил тебя на работу.
– В «Сонату»?!
– У него одна компания, – я потёр ухо, в которое Надя мне так удивлённо завопила.
– Ты шутишь.
– Зачем? Для моей матери ты абсолютное зло, впрочем, я – также. Это правда. А отцу всегда были симпатичны целеустремлённые девушки. Это тоже правда.
– А… можно?
– Можно что? А, понял…
Кажется, в эту секунду Надя снова была возбуждена. Но уже не мной, а перспективой получить работу в «Сонате».
– Почему нельзя-то?
– Тебе это может быть неприятно.
– Я же не сумасшедший. Я за то, чтобы каждый занимался своим делом. Тем, что ему нравится. Если тебе хочется работать у отца, а он это ещё и сам предложит… Почему я должен возражать? Да и вообще… Я сам завтра собрался смотреть какие-то швейные машинки. Выставка-продажа. Схожу.
– Машинки?
Что ж, можно считать, что я удивил девушку. И даже громко сказать – удивил в постели.
– Я хочу попробовать, – объяснил я. – Понимаешь… всё очень изменилось. И я подумал…
– Расскажи. А я пока затолкаю всё в холодильник. Мы забыли еду в коридоре.
Это было трудно. Если кратко – выходило бы, что я вдруг меняю свои принципы. Заявлял отцу, что ноги моей в «Сонате» не будет, и вдруг прибежал. Чтобы описать всё подробно, нужно было найти слова. А чёткости не было. Я пока только ощущал нечто, но не мог твёрдо сформулировать, что это. Мне теперь почему-то не казалось правильным окончательно разругаться с отцом и вернуть акции. И просто пользоваться ими не казалось правильным тоже. Может быть, из-за Нади: странно будет поругаться и отправлять её туда на работу. Отец ведь тоже может психануть. Тогда Надю не возьмут, и выйдет – я лишил её шанса. А может, и не из-за Нади. Сморозив в кабинете отца про гараж, лишь бы что-то ляпнуть, теперь я подумал: а ведь «Соната» – это не только менеджеры и модели, не только необходимость сидеть на заднице в зале заседаний, не только скучные цифры и проценты. Возможно, я не видел себя там, потому что и не пытался увидеть. Забраковать что-то окончательно можно, лишь хорошо это протестировав. Как с машиной. Она не на ходу, но её либо можно отремонтировать, либо нельзя. Бывает, что абсолютно негодным выглядит механизм с несущественной поломкой.
– Я понимаю, о чём ты.
Я помотал головой. Надо же так задуматься, что решил – всё это лишь в моём мозгу, а оказывается, я рассуждаю вслух. И Надя даже понимает, о чём речь.
– А Элла тоже работает в «Сонате»?
– Конечно, нет. Она вообще не работает.
Надя вздохнула, закрывая холодильник.
– Вам не придётся видеться, – успокоил я её. – Если отец и пригласит тебя, то в финансовый отдел, а там матушке точно нечего делать. Она может зайти к Маркусу в мастерскую, может в кабинет президента, остальной офис вне её интересов.
– Спать? – спросила Надя.
Было и в самом деле уже очень поздно.
– Спать.
Это было сказочно – уснуть и проснуться вместе.
Утром я отдал Наде дубликат ключа от квартиры и предупредил, чтобы она бы не волновалась, если вечером я приду поздно. Кто знает, когда возвращаются с просмотра каких-то станков, чем-то отличающихся от предыдущих…
Подписывайтесь на канал. Ставьте лайки. Спасибо!