В далекой бухте Тимбукту…» и что-то там еще про марабу говорилось, что, вроде он там живет – помните такую песню? Так вот, Тимбукту – не бухта. От этого «Багдада Черного континента» (так его иногда называют) затерянного в песках Сахары, до ближайшего океана тысяча с лишним километров. А вот марабу там действительно водятся. Арабы почему-то считают их очень умными, спорить не будем, но первое, что бросается в глаза при встрече с этой похожей на цаплю птицей, это не интеллект, а ее жуткая внешность.
Умный, да?
Но мы начнем с интеллекта, благо данная птица им не блещет, а потому времени для рассуждений о наличии либо отсутствии мыслительных способностей в голове марабу будет у читателя отнято немного. Хотя те же арабы, заметим, не просто считают этих птиц умными, но и почитают ее символом мудрости. И даже название «марабу» произошло от арабского слова «мрабут» – так называют мусульманского богослова.
С другой стороны, для того, чтобы марабу мог выполнять свои прямые обязанности, много ума ему не надо. Хотя, справедливости ради заметим, что эти обязанности очень серьезные. Ведь данная птица – самый настоящий санитар природы.
В этом печальном, но крайне необходимом процессе солируют обычно грифы. Возможно, именно поэтому их чаще ассоциируют с пожирателями падали, чем марабу. Грифы занимаются тем, что высматривают с высоты умершее животное, быстренько собираются туда и острыми клювами раздирают кожу на трупе. Марабу подбираются к месту пиршества чуть позже. Они индифферентно стоят в сторонке, делая вид, будто их совершенно не интересует происходящее, но при этом пристально следят за разделкой мяса. Как только из-под кожи мертвого животного покажется сочный кусок, марабу тут же подскакивает к «столу», отхватывает клювом этот кусок и мирно удаляется на обед. Это в том случае, если грифов слетелось достаточно много. При любом другом раскладе, за падаль марабу готов в прямом смысле этого убить соперника. Обнаружив, что кто-то из конкурентов, будучи явно слабее числом или силой, наслаждается «вкуснятиной», марабу, независимо от того, кто перед ним – гриф, коршун или даже шакал – набрасывается на противника, и мощными ударами клюва дает тому ясно понять: кто тут хозяин и кому на самом деле принадлежит ужин. Грифы, кстати, с марабу так не поступают. Они обычно не против наличия нахлебников, хотя марабу часто достаются самые лакомые части. Но и грифам тоже хватает на пропитание. Так что, наверное, кое-какой интеллект у этой птицы имеется.
Здесь еще стоит отметить, что марабу очень неплохо летают, причем достаточно высоко – до четырех километров.
Пить надо меньше!
Что касается внешности, то тут стоит рассказать об этой птице поподробнее. Больше всего марабу напоминает опустившегося чиновника, если такое можно себе представить, эдакую «канцелярскую крысу», только вчера вышедшую из глубокого запоя. Если он и адъютант (иногда марабу так называют), то явно выгнанный из армии с позором. Сутулая фигура, деревянная походка, не хватает только потрепанного портфеля подмышкой и изношенной фуражки со сломанным околышем – таков портрет этой птицы. Характерные к нему мазки – щетина недельной давности и апоплексического цвета мешок на загривке.
Как мы уже сказали, марабу обожает питаться падалью, а потому запах от него исходит соответствующий. Мощный, дубиноподобный клюв позволяет ему с легкостью крушить ребра, разбивать кости и протыкать черепа тем, кто уже отошел в мир иной. Кстати, уродливые залысины на шее придуманы неспроста: так как марабу обожает с головой погружаться во внутренности трупов, перья на шее требовали бы после каждого приема пищи тщательной чистки. А так, перьев нет и проблем нет – шея всегда относительно чистая.