Глава 37
Смеркалось, а мы всё ещё расслабленно валялись на диване. Из университета я возвращалась в разное время, поэтому убедила его, что ещё совсем не поздно. Я могла бы запросто задержаться в библиотеке и дольше. Мы лежали, и я водила кончиками пальцев по чуть заметным шрамикам на руке Максима. Их уже почти не было видно при плохом освещении, но я помнила – имеется предостаточно, будто он часто получал небольшие травмы. Свежие порезы тоже были. Перебравшись с руки на грудь и выше, я нащупала шрам и под ключицей.
– Щекотно.
– А у тебя есть друг?
– Друг? – удивился Максим. – А тебе зачем?
– Да не мне, Наташке, – вздохнула я. – Забей, я просто спросила, можешь и не отвечать.
– Друг у меня есть, но с Наташкой знакомить мы его не будем.
– Почему?
– Потому что он её бросит, а ты будешь слушать стоны на эту тему.
– Так вот обязательно и бросит?
– Обязательно, – уверенно сказал Максим. – Без вариантов.
– Тебе виднее.
– Ромка – тот ещё фрукт, к тому же у него есть невеста. Невеста и ещё толпа девушек. И если бы ты познакомила с ним свою Наташку, получилась бы школьная глупость. Два парня, две девушки. У меня с этим ассоциации – нестабильность, временность и головняк при расставании.
– Ах ну да, мы же решили, что всё серьёзно.
Мне вдруг захотелось получить этому подтверждение. Вдруг около универа я ослышалась? А теперь окажется, что белая рубашка, сейчас валяющаяся смятой на полу, была просто так.
– Да, я вот смотрю на тебя, – Максим приподнялся на локте и действительно присмотрелся ко мне, – и у меня такое ощущение, что всё, я влюбился. Пусть и не с первого взгляда. Но ты сама виновата, пришла в первый раз, когда у меня было похмелье.
– Ах, виновата? – постаралась возмутиться я. Надо же испытывать хоть что-то, кроме счастливой нервной дрожи от сногсшибательного факта – мне только что признались в любви. И не кто-то, к кому я равнодушна.
– Да, но это оказалось поправимо. И всё, о чём я теперь думаю, – очень серьёзно.
– Думаешь, как понравиться моей бабушке?
– Конечно.
– А потом?
С Мишей я так выстроила в голове это «потом», что сейчас стало безумно интересно, а как может выглядеть гипотетическое будущее с Максимом? Тем более, если о нём заговорит он сам. Хотя, конечно, он мог отшутиться.
– Потом... Мы поженимся. Я открою автосервис. Потом… ещё автосервис, – Максим замолчал, подумал, – и ещё. Ты же у нас будущий экономист? Экономист не помешает сети любых объектов. Ну а ещё чуть позже ты родишь мне мальчика, через пару лет ещё мальчика и через несколько лет, когда мы уже отдохнём от пелёнок, ещё мальчика.
– Ничего себе!
Максим поднял с пола рубашку, поглядел на неё и бросил обратно.
– Но это всё будет так нескоро, что надо начинать с доступного – с бабушки. Но может, ты и не хочешь…
– Хочу, – поспешила сказать я, – я тебя люблю. И хочу… всё вышеперечисленное.
Ну вот, дело сделано, от полупризнаний мы перешли к признаниям и даже выстроили какие-то совместные планы. Хотя «открою автосервис» из уст человека, в квартире которого почти пусто, звучало несколько самонадеянно, но куда лучше иметь труднодостижимую мечту, чем не иметь никакой…
Оказывается, приличная рубашка у Максима была не одна. Ещё одну он выудил из шкафа, и я сдалась. Что ж, раз ему так важно, чтобы моя бабушка нас одобрила, надо попытаться убедить её, что Максим прекрасный парень. И я подумала – это будет не так уж и трудно.
Чтобы было полегче и самой бабушке, я позвонила ей – мол, Максим встретил меня из библиотеки, и мы направляемся к нам поужинать.
Пока мы добрались по вечерним пробкам до моего дома, с работы уже вернулся дед, а бабушка, накрыв на стол, вдруг скрылась в своей комнате. Ей нужно срочно доделать заказ, а ложку мимо рта и без неё никто не пронесёт. Это было явным признаком неодобрения, и, разумеется, никакой важный разговор у Максима с ней не состоялся. Дед, наоборот, нам обрадовался, снова нахваливал «Волгу», заявляя, что потеряй он работу – сможет даже таксовать на таком прекрасном агрегате. Они с Максимом обсуждали технические моменты, мне неведомые, и договорились до того, что на машину можно будет поставить ещё что-то. Нечто такое, что непременно снизит потребление бензина.
Максим уехал, и только когда я принялась мыть посуду, на кухне появилась бабушка.
– Ты будешь делать это постоянно? – спросила я.
– Что?
– Уходить, когда Максим появляется?
Бабушка уселась за стол, не ответив, зато принявшись сверлить взглядом новый букет цветов – сегодняшний.
– Лен, ну ты чего, – вмешался дед, – отличный же парень. Вокруг-то погляди – мало того, что без голов вырастают, так и без рук. Недоделанные все – ни лампочку вкрутить, ни гайку затянуть. Таких, как Максим, ещё поискать надо. Я ведь почти тебе поверил, что конец моей машине, – и что?
– Ну, готовься на этой замечательной машине возить в детский сад правнучку, – сказала бабушка.
Наверное, она и сама понимала, что её занесло и сказанула она лишнее, но надо же было как-то выразить свои страхи и душевные терзания. Тут дед должен был бы понять, насколько она переживает и как-нибудь успокоить, в дополнение к моим клятвам не повторять маминых ошибок. Но дед ожиданий не оправдал, а наоборот, решительно заявил:
– А и буду возить. Ты, Ленка, глядишь в неправильном ракурсе. Вот не родилась бы тогда Надюшка, и что?
– Что?
– Торчали бы мы с тобой как два старых пня на пригорке и покрывались мхом с северной стороны. Ты бы уже все глаза о сериалы сломала. А Надька снова сделала из тебя молодую мать.
– Так уж и молодую, – пробурчала бабушка, а дед ущипнул её за бок. – Думаешь, меня стоит омолодить ещё разок?
– Размечталась. Снаряд дважды в одну воронку не падает.
Бабушка глубоко вдохнула, видимо, собираясь объяснить, что подобные снаряды могут падать в одно семейство каждое поколение, но тут зазвонил телефон, и она махнула рукой. А дед подмигнул мне – не дрейфь, один сторонник у тебя есть, а двое из трёх членов семьи – уже большинство.
Поставив чистую посуду на место, я сразу же села за конспекты на завтра. Сеть автосалонов – хорошая идея, и экономист там должен быть образованный. …Продолжение следует...
Подписывайтесь на канал. Ставьте лайки. Спасибо!