Перед Хэнком в песчанике была вырыта неглубокая прямоугольная яма, на дне которой расположилось нечто, поражающее здоровый зрелый рассудок. Под метровым слоем глины и плотного песка располагалась крупная гуманоидная туша, закованная в искусно сделанные, массивные доспехи. Из ямы высовывалась лишь малая ее часть, но запаха от нее не было никакого. Хэнк прекрасно помнил, как пахнет развороченная гробница: запах ладана и бальзама для мумификации. Но тут было другое. Существо слишком хорошо сохранилось. В Арктике ему посчастливилось наблюдать за извлечением из льдины детеныша мамонта. И спустя некоторое время в помещении для исследования стоял весьма специфичный запах. Словно запах сырого погреба, в котором хранили картофель. Это как если бы процесс гниения сделал продолжительную паузу. На миллион лет, или около того. А здесь — ничего такого. Если установят, что оно не органическое, это будет сенсация. Если обратное — тоже. Черт, да все что угодно связанное с этой штукой расшевелит публику. Даже если это проделки местного скульптора-авангардиста. Рабочие археологи вокруг словно просто перестали существовать. Вдруг Хэнка окликнул профессор Оуэн Пастер, начальник экспедиции.
— Загляделись на нашего Balaena magna?
— Весьма… впечатляет. — сдавленно произнес Хэнк Боффарт.
— Если мои предположения, и, конечно же, анализ окружающих построек, верны, то… быть может мы нашли следы ранее существовавшей цивилизации. Ну, или, по крайней мере, нового вида! — произнес Пастер. — Может это… механизм? — Весьма необычна форма его доспехов. Подобные изгибы существуют и в дикой природе.
— Вы хотите рассказать о нем всему сообществу?
— Я хочу рассказать о нем всем! Не могли бы вы сделать пару снимков, мистер Боффарт? — произнес Пастер, доставая сигарету из нагрудного кармана. Рабочие очистили от песка морду существа. Распахнутая пасть не имела зубов, но, по всей видимости, была сама по себе весьма острой. У существа было четыре глаза, не было видимых признаков органов обоняния. Шея также отсутствовала. Голова сразу переходила в массивное туловище. Пастер посмотрел на журналиста так, словно подпинывает его. Хэнк заметил это, и, сделав пару шагов к яме, запнулся, уронив в нее фотоаппарат.
— Какой я неуклюжий… похоже, буря кружит мне голову. — Ничего страшного, надо закруглятся. Продолжим завтра. Вам выделят новый фотоаппарат.
***
Всю следующую ночь Хэнк не мог уснуть. Он жил в небольшом трейлере вместе со своим другом — археологом Говардом Лемонтом. На ночь журналист оставлял на столе свет: вдруг что в голову придет, и нужно будет напечатать. В комнате слышалось лишь монотонное жужжание маленького вентилятора, за окном бесновалась буря. Хэнк подскочил с кровати, схватил свои очки с пола, и подбежал к Говарду.
— Приятель… ты спишь? — сэр Лемонт спал без задних ног на небольшой кровати в углу комнаты, уткнувшись носом в стену. — Лемонт! Проснись!
Лемонт вздрогнул и развернулся в сторону своего соседа.
— Что такое? Сейчас ведь ночь. — еле открывая глаза пробурчал археолог.
Лемонт был тонким, лысеющим мужчиной сорока шести лет; на целый десяток младше Боффарта. Задранный к верху нос венчали большие очки в круглой оправе, которые он не снимал на ночь.
— Нельзя позволить Пастеру рассказать всем об этой находке, мы о ней еще ничего не знаем! — шепотом произнес Боффарт.
— Что, с чего ты взял что он…
— Он сам сказал! Говард, этот тип только и жаждет что прославится, он не будет ждать анализов ДНК, тестов, а просто растреплет всем. Такие вещи нужно подавать по-особому.
— Ну, да, наверное. Ты еще не делал снимки? — сказал Лемонт, поправив очки.
— Нет, но я думаю ему ничего не стоит сделать их самому и отправить по факсу. Просто… я думаю нам нужно быть предельно осторожными с этим…
— Хэнк, чего ты так боишься?
— Того какой это может произвести резонанс, вот чего! Это не мамонтенок в леднике, это нечто совсем другое. Есть предел, есть ситуации когда сенсации нужен… месяц. Может год.
— Иди поспи, завтра мы с ним поговорим. — Лемонт сделал паузу — Я согласен с тобой, просто…
— Просто что? Просто то что он не послушает?
Оба промолчали. Хэнк поправил очки и сел за стол. Он поморщился, охватил голову руками, после чего принялся настукивать текст.
Звук клавиш печатной машинки раздавался по трейлеру топотом животного среднего размера по кафельной плитке. Когда Хэнку не спалось или не здоровилось он садился и писал текст. Любого содержания, пускай даже отвлеченного. То было странное чувство ухода из этого мира. Сравнимо оно с наблюдением за самим собой со стороны. Так он проводил бессонные вечера, печатая текст обо всем вокруг. Получались весьма сносные очерки, но Хэнк никогда их не публиковал. Он использовал это лишь как лекарство, временное решение проблем.
— Боффарт, ты ведь знаешь что ты тут не один! — гневно произнес Лемонт, закрывая уши сложенной пополам подушкой.
— Пару строк Говард, и ты сможешь поспать! Внезапно, Боффарт встал из-за стола, и, не вынув из машинки готовый лист, рухнул на кровать. Лемонт сомневался что тот спал. Обычно журналист доставал лист по окончанию работы. Значит, он её не закончил? И если нет, то собирается ли? Лемонта это уже не интересовало. Он молча прокрутил эти вопросы у себя в голове, уткнулся носом в стену, и вскоре уснул без задних ног.
***
На следующее утро Лемонт и Боффарт пошли в трейлер заведующего экспедицией. Они увидели, что над ямой с чудовищем установили тент из верблюжьей шкуры. Переступая крупные траншеи по помостам, они заметили небольшие, но глубокие выемки в земле. Такие ставят чтобы забить в них укрепления для строительного крана.
— Нет… Пастер ведь не хочет… — Лемонт повернулся на Боффарта, тот кивнул.
— Так, это уже чересчур, он слишком много себе позволяет. Мы даже не знаем насколько эта шутка тяжелая!
К ним подошел рабочий. Обычный наемный житель, работающий у Пастера на побегушках.
— Должно быть это ваше, сэр? — сказал он на кривоватом английском, и протянул Боффарту разбившийся вчера фотоаппарат — Но, похоже он сломался.
— Да, не беда — со смешком произнес журналист — все равно хотел покупать новый! Парень отдал ему фотоаппарат, улыбнулся, и ушел восвояси. Боффарт покрутил устройство в руке, поняв, что на складе есть одно запасное, такое же. Вроде личный у Пастера.
Лемонт, несколько минут выяснявший отношения с подрядчиками, возвратился к Боффарту:
— Хэнк, смотри, это ведь не просто сенсация. Мы нашли, возможно, новый вид, может остатки иной цивилизации! А может и величайшее достижение нашей. Да, с этим нельзя торопиться — Лемонт оглянулся на ямы для свай — но и Пастера можно понять…
— Пока мы все не проверим я писать начальству не буду! Он — как хочет, но я настою на этом. Я подписал контракт на два месяца пребывания здесь, а в песке мы роемся не дальше как две недели! Из двери трейлера Пастера показался он с собственной персоной. Руки в боки, довольное лицо. Он достал из нагрудного кармана пачку сигарет, вытащил одну зубами и закурил.
— Доброе утро, джентльмены! Хэнк, я смотрю тебе передали… На этих словах Боффарт, смотря прямо в глаза Постеру, уронил фотоаппарат на землю. — Фотоаппарат… Хэнк, в чем дело?
— Да ни в чем! Это ведь не я тороплюсь предоставить свою находку миру, минуя все необходимые для этого проверки!
— Если ты не хочешь отправлять снимки я сам их отправлю, вот только тебе вроде как платят за это! — Пастер сделал глубокую затяжку — Не забывайте свое место, Боффарт!
— Я не публикую не проверенную информацию, Оуэн. Таким вещам надо дать…
— Вы его и доставать уже собрались?! — вклинился в разговор Лемонт — Хотите чтобы до сообщества оно дошло по частям?
— Кран придет завтра, Лемонт! Мы уже занимаемся анализом. — Я смотрю меня вы об этом уже оповестили? — добавил археолог — Вроде за подобные исследования отвечаю я, разве нет? — Так, джентльмены, давайте мы все будем заниматься своей работой, и не будем лезть в чужую. Как начальник экспедиции я распорядился о…
— А знаешь что, хорошо! — начал Боффарт, развернувшись в сторону трейлера — ты уже обо всем распорядился… ладно! Только не жалуйся если тебя потом посчитают посмешищем! — И уходя добавил, погрозив пальцем — Посмешищем научного сообщества!
***
Хэнк сидел за пишущей машинкой в своем трейлере, и что-то печатал. Он отвлекся на минутку, и окинул взглядом комнату. Небольшие кушетки в разных концах комнаты, да стол посередине. Рядом с ним, на столе, лежала разбитая камера. Старый Пентакс, модель 75 года. Объектив почти не пострадал, но механика развалилась, что-то выпало, и скорее всего погребено сейчас под слоем песка. Такую Хэнк брал с собой в тяжелые командировки, ценя ее за компактность. Боффарт вынул из камеры катушку с пленкой. Пара фотографий с начала экспедиции, и… еще одна. На ней можно было разглядеть пустынные барханы, и несколько построек из песчаника. Снято с заваленным горизонтом, фотоаппарат лежит на песке. Хэнк не помнил чтобы делал эту фотографию. Надо было проявить. В эту минуту в комнату, еле дыша, ворвался Лемонт. Скинув ветровку и рубаху он полез в ящик с лекарствами, и принялся что-то искать.
— Лемонт, что такое?! — спросил озадаченный Боффарт. — Черт… черт знает что… Пастер полез в яму, сам решил пофотографировать. И в следующую секунду… — Лемонт помялся — нет, это вздор какой-то!
— Да что там такое? — Пошли, сам увидишь! Прихвати чего для перевязки!
Боффарт и Лемонт прибежали к месту раскопок. Несколько рабочих выволакивали из ямы истекающего кровью, перекошенного Пастера. Он еще дёргался в конвульсиях, не способный вымолвить ни единого слова. В нескольких местах у него виднелся открытый перелом. Существо так и лежало недвижимо на дне, под небольшим слоем известковых отложений. Рядом с ним — фотоаппарат Полароид и снимок. Стенки ямы немного запачканы кровью. Боффарт спустился, и взглянул на снимок. На нем — то самое существо, найденное ими. Только стоит оно на двух ногах в полный рост. Боффарта привели в чувства крик боли Пастера. Рабочие бегали вокруг него, накладывали повязки на переломы, Лемонт вколол ему морфий. Журналист взял с собой фотографию и Полароид, после чего побежал наверх.
— Лемонт, стой! — закричал Боффарт — Пастер, твой мать! Боффарт подбежал к лежащему на земле Пастеру.
— Хэнк, он сейчас вырубится! Отойди!
— Смотри на фото! Надо узнать что он видел!
— Так он тебе и скажет, в таком-то виде!
В это время по всему лагерю прошелся грохот. Дальняя казарма разлетелась на части. Стоящих там археологов разбросало в разные стороны, послышались крики. Начался хаос. Все бежали куда глаза глядят, никто не понимал что происходит. Боффарт и Лемонт стали оттаскивать полуживого Пастера в его трейлер, и к ним подбежал тот подручный мальчишка. Все начало рушится, словно незримый взрыв уничтожал постройки изнутри. Хэнк, Лемонт и рабочий дотащили Пастера до трейлера. Лемонт стал хлопать по карманам последнего в поисках ключей, и, найдя целую связку, принялся подбирать к двери правильный.
— Лемонт… Пастер всё… — произнес Боффарт.
— Пульса нет! — Дерьмо! — закричал Лемонт, от невозможности открыть дверь — он там в шкафу наверняка пистолет держит! Нам нужно туда поп…
Крик археолога был прерван истошным воплем парня рядом с ними. Его голова начала ломаться и плющится. Череп трещал, с ним начала расходится и кожа. Глаза вылезли, и мозг, словно мякоть грейпфрута, выдавился прямо на Боффарта. Они уже и не помнили как выбежали из лагеря. Спустя мгновение оба обнаружили себя возле старинных построек неподалеку, и наблюдали за происходящим через бинокль.
***
Наступил вечер. Все уцелевшие расположились в старинной постройке из песчаника неподалеку. Стены в ней почти обвалились.
— Вроде все утихло. — сказал Лемонт, рассматривая лагерь в бинокль — Там еще осталось несколько построек. Наш трейлер еще цел.
Боффарт стоял возле установленного в постройке умывальника, смотрелся в небольшой замыленный кусок зеркала, и оттирал с лица кровь и куски мозга.
— И что ты предлагаешь делать?
— Ну, то что мы что-то не видим, не значит, что это нельзя убить.
— Оптимистично… Хэнк посмотрел на лежавший рядом Полароид, и достал из кармана снимок с существом. Окружение на картинке не соответствовало реальным объектам вокруг ямы. Словно окружение сняли в другом месте. Он и не заметил этого при первом взгляде. Внимание тогда приковало огромное… Создание.
— Лемонт! Иди ка сюда. Я еще вроде не показывал. Лемонт был удивлен не меньше журналиста. — Что если ОНО обратило на нас внимание из-за снимка? — произнес Хэнк.
Лемонт переглянулся, оценивая, не слышит ли никто их разговор. — Нужно проверить. Я… — Лемонт посмотрел на лагерь — думаю нужно сделать еще фото.
Боффарт вышел из постройки, взошёл на невысокий бархан, и лег, приготовив фотоаппарат. Раздался щелчек, и аппарат мнгновенной печати выдал снимок. Местность на изображении почти не соответствовала действительности. В стороне лагеря стояло на одном колене чудовище. Ландшафт был немного ниже, нежели чем сейчас. Виднелись еще не развалившиеся постройки из песчаника. Солнце еще только уходило за горизонт. Лемонт с любопытством разглядывал снимок, сидя в дальнем углу халупы, в которой они окапались. Вдруг его прервал Боффарт.
— Постройки на снимке там же где мы нашли их пару недель назад, ландшафт… сам видишь. — Хэнк присел — надо вернутся в лагерь. Попытаемся убить эту штуку.
— Спятил? — А как без этого? Лемонт достал связку ключей, и сказал: — В трейлере Пастера должен быть сейф со строительной взрывчаткой, там же наверняка и пистолет.
***
Боффарт и Лемонт шли до лагеря и обсуждали план действий.
— Давай сначала! — произнес шепотом Лемонт.
— Пока только… теоретически, мы можем сказать, что фотоаппарат может как-то взаимодействовать с этим существом через… — Боффарт помялся — время. Да да, это глупо, но может и мы сможем с ним провзаимодействовать?
— Звучит… да, глупо, но думаю выбор здесь не велик. Хорошо, забираем взрывчатку, оружие, и ты…
— Фотографирую себя в яме…
— На фоне монстра. — Лемонт закончил за ним предложение.
— Да, на фоне монстра! Они прошли пару метров, прежде чем Лемонт спросил:
— А если не сработает?
— Уходим к чертовой матери из этого места, ищем помощь, все что угодно. Я… я не знаю Говард.
По всему лагерю были разбросаны куски строений, где-то лежали трупы. Крадясь мимо ямы, Лемонт и Боффарт дошли до трейлера Пастера. На пороге все также валялось его тело, рядом лежал парень с раскроенной головой. Лемонт достал из кармана связку ключей. Их было порядка тринадцати, и потребовалось несколько минут, чтобы подобрать верный. Ручка двери поддалась, и дуэт вошел в тесную, душную комнату, всю провонявшую сигаретами Лаки Страйк. Повсюду валялись карты, бумаги. Окно было приоткрыто, и за вечер нанесло немного песка. Под столом, на месте одной из тумб, стоял сейф с кодовым замком.
— А код то какой? — произнес Боффарт.
— Пастер — человек забывчивый. Точно где-то рядом. — Глянь у него в карманах, я пока тут посмотрю!
Код действительно нашли в нагрудном кармане рубашки, записанный на скомканном куске бумаги. Внутри сейфа лежал пистолет, три связки динамита и блок сигарет. Боффарт и Лемонт крались через весь лагерь прямо к месту раскопок. Они не знают, слышит ли их существо, а потому не решались рисковать. Возле ямы Хэнк остановил своего друга.
— Значит так Лемонт, сейчас я туда спущусь, сделаю снимок. Ты стой здесь. Если что случится — сразу беги.
— А если все получится?
— Тоже беги. — Хэнк протянул археологу пистолет — и это держи под боком.
Хэнк Боффарт помедлил, взял под мышки динамит, не выпуская из левой руки фотоаппарат. Он нащупал в кармане брюк спички, после чего спустился по песчаному скату на самый низ ямы. Хэнк сел на колени так, чтобы сзади него на снимке виднелось это создание. Он сделал глубокий вдох и направил на себя объектив камеры. Послышался щелчок.
***
Перед Хэнком в песчанике была вырыта неглубокая прямоугольная яма, на дне которой расположилось нечто, поражающее здоровый зрелый рассудок. Под метровым слоем известняка рабочие очищали от глины фотоаппарат: Полароид, модель 82-го года. Рядом с ним, уже очищенный, лежал скелет человека. Вдруг Хэнка Боффарта окликнул его друг, археолог Говард Лемонт. Тонкий, лысеющий мужчина сорока шести лет. — Что такое Хэнк? Ты словно приведение увидел. Хэнк опустил фотоаппарат. Из носа пошла кровь.