История основана на реальных событиях. В той мере, что недавно полицейские в Санкт-Петербурге действительно задержали пенсионерку за нарушение «масочного режима», доставив женщину в участок для оформления административного протокола. Во время этой процедуры сотрудники узнали о себе от задержанной кое-что новое. В участке расхождения во взглядах на противоэпидемическое законодательство между полицейскими и старушкой еще более усугубились, в результате чего бабушка нанесла три удара одному из стражей закона в плечо. В общем, в газетах, к примеру, на сайте "Вестей", пишут, что ей грозит до пяти лет за публичное оскорбление представителя власти и оказание сопротивления полицейскому при исполнении. Это факты. Все остальное – чистый вымысел, включая имена, мысли и биографии персонажей.
Анна Сергеевна сидела в рейсовом автобусе и мысленно, сама с собой, продолжала разговор, начатый полчаса назад в поликлинике в очереди к врачу. Даже не бурчала под нос при этом, хотя иногда себе это позволяла – что поделаешь, возраст! Тем более сказать было что. Болели суставы, скакало давление, сердце барахлило уже довольно давно. Денег на лекарства хватало впритык, да врачи не особо-то и старались что-то такое прописать, списывая все на возраст: «А что Вы хотите?! Уже не девочка!». В общем сказывался лишний вес, недостаток движения и в конечном итоге – опять-таки он, возраст.
А было Анне Сергеевне уже под 70. Значительную часть из которых она провела в школе, преподавая анатомию и биологию подросткам, проявлявшим некоторый интерес к обоим предметам только когда дело доходило до строения половых органов человека или, на худой конец, растений. Нет, были, конечно, светлые моменты в той жизни, были достижения, звания, грамоты на День учителя, даже медаль, которую на радостях потом обмывали два дня. Были дни рождения, пикники.
Но большей частью запомнилась борьба, постоянные попытки объяснить ученикам, зачем может понадобиться знание механизмов фотосинтеза людям, у которых «масса знакомых и без ЕГЭ зарабатывают нормальные деньги курьерами» и которые «вот-вот замутят свой бизнес». Уверенным в том, что «и без института можно в жизни всего добиться» и «домашка для лохов», а поэтому вместо учебы по вечерам – энергетики и «Отвертка» в подъездах на районе: «А что в этом такого?! Все так отдыхают». И ведь за все годы так и не научилась спокойно воспринимать подростковые самоуверенность и апломб, с которыми обычно и выдается такая ахинея! До сих пор были живы в памяти случаи, в которых она могла бы вести себя выдержаннее, спокойнее. Но тогда аргументов и терпения не хватило. И даже сейчас, по прошествии более десятка лет, она иногда еще нет-нет да снова пыталась подобрать правильные слова, доказывая незримому оппоненту, что лишних знаний не бывает.
За всеми этими мыслями Анна Сергеевна совершенно не заметила билетных контролеров, в сопровождении транспортного полицейского патруля по всем законам военных действий блокировавших входные двери и, завершая маневр, приближавшихся к ней с недружелюбным выражением ничего не выражающих лиц, плотно затянутых медицинскими масками.
Маска! Мысль обожгла Анну Сергеевну внезапным осознанием своего ошибочного решения. Купленная неделю назад в метро одноразовая маска порвалась аккурат сегодня, на выходе из поликлиники. Всего семь дней отработала, зараза! А ведь при хорошем раскладе можно было не тратиться две, а то и три недели! Тем более все равно бесполезна! Дышать ведь в ней невозможно! И без маски одышка, а с маской так и вообще через каждые два шага останавливаться надо, чтобы дух перевести! Но это же никого не волнует! Заставляют носить, ироды! Защитить я должна всех этих разодетых в дорогие костюмы людей в автобусе! Чтоб они, не дай Бог, от меня не заразились чем-нибудь и не заразили своих знакомых вечером в клубе! Но до дома, думала, доеду. Чего тут, шесть остановок! Не доехала!
Четыре тысячи! Следующая мысль парализовала Анне Сергеевне ноги, заставила мелко задрожать пальцы рук и онеметь кончик языка. Это что, мне могут штраф выписать?! Это что сразу надо будет заплатить? До пенсии еще неделя, а денег и так уже меньше осталось! Это где же я возьму столько?
«Наденьте, пожалуйста, маску». Контролер смотрел сквозь подбородок Анны Сергеевны с тем же невозмутимо враждебным выражением глаз и бровей, покачивая устройством для чтения транспортных карт. Полицейские сзади за ним покачивались в такт, лениво разглядывая проезжавший за окном пейзаж и не проявляя никакого интереса к происходящему внутри салона автобуса.
«Да чего вы пристали!» - неожиданно для себя справилась Анна Сергеевна с онемевшим языком и бешено колотившимся в груди сердцем. «Какая вам маска?! Где я вам их напасусь?! Совсем совесть потеряли! Уже не знаете, как деньги у людей отнять!».
Слова вылетали сами собой. Анна Сергеевна уже не помнила, с чего начала и некоторые фразы повторила несколько раз. Но поделать с собой она больше ничего не могла, мозг не подчинялся, как, впрочем, и язык. Явственно ощущался только накатывающий волнами страх, и бешено колотилось сердце. Мимо сознания ускользнул момент, когда ее, препирающуюся, общими усилиями двух оживившихся от появившегося дела полицейских вывели на улицу и усадили в служебную машину, а затем повезли в участок для оформления административного протокола.