Пускаются маски по кругу, по кругу… И самозабвенно танцуют друг с другом участники праздничного карнавала среди декораций мостов и каналов. Уродцы – к красоткам, красавцы – к уродкам. У масок носы достают подбородков. В улыбках приклеенных рты растянулись. Как дыры – глаза. Каблуки – как ходули. Кругом – арлекины, везде – коломбины. На всех из одежды одни лишь личины. Открытых нарядов таких совокупность являет причинных мест общедоступность. Повальная мода на щёголей голых. Кто попросту на мостовых, кто в гондолах, сливаясь тенями, случайные люди играют по нотам органных прелюдий. Затем, предаваясь всеобщему счастью, в момент восхищения собственной властью вонзаются в плоть, что пульсирует кровью, занятие это считая любовью... © Давыдов А.Ю.
Пускаются маски по кругу, по кругу…
И самозабвенно танцуют друг с другом
участники праздничного карнавала
среди декораций мостов и каналов.
Уродцы – к красоткам, красавцы – к уродкам.
У масок носы достают подбородков.
В улыбках приклеенных рты растянулись.
Как дыры – глаза. Каблуки – как ходули.
Кругом – арлекины, везде – коломбины.
На всех из одежды одни лишь личины.
Открытых нарядов таких совокупность
являет причинных мест общедоступность.
Повальная мода на щёголей голых.
Кто попросту на мостовых, кто в гондолах,
сливаясь тенями, случайные люди
играют по нотам органных прелюдий.
Затем, предаваясь всеобщему счастью,
в момент восхищения собственной властью
вонзаются в плоть, что пульсирует кровью,
занятие это считая любовью...
© Давыдов А.Ю.
