Розы - красные, фиалки — синие, а апельсин — цвета апельсина…
Стоп. Что?
Я серьёзно!
Но сначала давайте вернёмся к семи цветам радуги. А почему их, собственно, семь?
Потому что сэр наш исаак Ньютон, проводя свои исследования так решил.
Вообще-то нет.
Сначала он решил, что цветов радуги пять.
Мог решить вообще что угодно, учитывая, что спектр непрерывный, а цвет — это субъективное понятие, основанное на том, как наш мозг обрабатывает информацию. Потом решил для большей гармонии добавить ещё два цвета.
Гармония - это когда всего по семь. Так ещё древнегреческие софисты считали. Семь дней недели, семь нот, семь планет…
Опять таки "Стоп. Что?" Почему планет семь? Их же восемь… а Урана и Нептуна так вообще не то что во времена древних греков, их и во времена Ньютона-то не знали! О, это другая восхитительная история, про которую мне тоже есть, что рассказать. Но пока вернемся к цветам.
В частности к оранжевому. До появления в европе апельсинов слова для обозначения такого цвета попросту не было. Отсюда все эти Барбароссы и прочие «красные бороды». И рыжих до сихпор зовут redhead (красноголовый). Были слова типа tawny (рыжевато-коричневый) и ещё более древнее geoluhread (yellow-red, желто-красный). [1]
И даже с появлением апельсинов слово не сразу вошло в лексикон. Сначала оно все же относилось только к фруктам. Например Шекспир его употребляет трижды в значении фрукта, и всего дважды - в значении цвета. И то, в связке "tawny-orange". И лишь к XVII веку стало распространенным. Достаточно распространенным, чтобы, поколебавшись, Ньютон все же добавил его к цветам радуги.
А то была бы у нас сейчас радуга цветов:
Каждый желает знать где фазан!
Хм, а не много бы и потеряли =)