— Рув! Гадкий мальчишка! Где ты?! Быстро сюда!
Рув бежал через дом, топая босыми ногами по отполированным до блеска лакированными половицами делая нарочито серьезное лицо.
— Да, отец. Что случилось? - спросил он.
— Что это на повозке?
— Где, отец?
— Вот тут! Царапина!
Ответил отец и указал пальцем на поврежденный капот машины, пятно содранной эмали размером с детскую ладонь игриво переливалась на солнце.
— Я не знаю, папа. Может Юджин близко припарковался? Я видел его повозку рядом с нашей, когда мы были на ярмарке...
Отец строго смотрел на сына, а ярость отца постепенно меняла свое направление в сторону Юджина. Рув был очень серьезен и постарался улизнуть в свою комнату.
Отец любит Рува, хоть и считает его негодным мальчишкой и, зачастую, строг с ним, но в минуты близости отца с сыном, они общаются, как друзья — делят отцовские заботы и детские забавы. Это укрепило любовь Рува к своему отцу.
А в этот раз отец был прав — Рув был причастен к происшествию с повозкой.
Он ездил к шахтам и выискивал среди угля один из его редких видов, который
назывался хамелеон, потому как переливался на солнце, а иногда казалось, что солнце просвечивает через него. Этот уголь ценен тем, что горит в десятки раз дольше и жара от него больше. И его очень любят разные мастера, стоит просто отмыть его и вы не сможете оторвать от него глаз, под прозрачной глазурью застыл взрыв из огня и пара.
На шахтах закон был такой — если тебе нужно, ты можешь прийти и взять столько сколько можешь за одну смену в четыре часа.
Рув был подростком и под этот закон еще не подходил, но шахтеры пускали его. Рув был шустрым, по приходу он менял воду в накопителях и освобождал очередь от тележек, только после этого приступал к своим поискам. Иногда шахтеры находили жилу хамелеона и работали без остановки много дней. Рув иногда оставался и работал всю ночь, меняя воду и сбрасывая тележки с рудой в сепаратор для разделения разных типов угля и ненужных пород. Рув это делал потому, что шахтеры его пускали и позволяли забирать, найденную им ценную добычу.
Целую неделю шла повышенная добыча, шахтеры нашли пещеру хамелеона, разбирать которую придется пару месяцев, а уголь в этой шахте очень яркий, почти прозрачный. Рув, как обычно, пришел в надежде добыть что-нибудь для продажи в квартале артельщиков. Увидев, как заняты шахтеры, принялся снова им помогать.
— Эй! Парень! Ты Рув?
— Да, сэр! — Рув обернулся и увидел мужчину, одетого совершенно неподходяще для этого места.
— Ты сюда часто приходишь?
— Да, сэр.
— Тут работает твой отец или брат?
— Нет, сэр. Я прихожу сюда, потому что, иногда, могу найти немного хамелеона и продать его в артель. Этих денег мне хватит, чтобы купить водород и покататься на повозке отца, когда тот на работе, сэр.
— Ты приходишь сюда больше двух недель каждый день и ни разу не приступал к поискам. Помогал шахтерам?
— Да, сэр. - Рув не понимал к чему эти расспросы.
— Здравствуйте, мистер Броат! — мимо прошёл один из шахтеров и Рув понял, что разговаривает с владельцем шахты.
— Ты прошел инструктаж и провел в шахте больше испытательного срока. С этого дня можешь продавать свою руду компании. Такую цену ни одна артель не даст. За помощь шахтерам будешь получать пол ставки жалования. Вот за две недели оплата, - и протянул Руву небольшой кошелек с монетами.
У Рува перехватило дыхание:
— Да, сэр! Спасибо, мистер Броат!
Это была первая работа Рува. Он был счастлив.