Серия "Новая Автаркия". Рассказ "Зверь".
Жанр: Киберпанк, антиутопия, социальная фантастика
Мир: Забытая реальность
Аннотация: Общество диктует нормы, реальность расставляет приоритеты, а технический прогресс обозначает вектор общего развития. Когда стране были нужны люди, добровольцы, чтобы обустроить лучший мир на большой, красной планете, она взывала к ним, обещая лучшую жизнь, благо и привилегии. Когда же все закончилось, когда Марс из романтической мечты стал гнойником, то о нем быстро позабыли. Также быстро позабыли и о тех, кто жил там, существовал, выживал и страдал безмерно все эти долгие годы. Позабыли о людях, что отдали всех себя идее колонизации. Теперь они изгои, отбросы общества и никому не нужный хлам на самых грязных задворках городов низшего уровня. Лишенные прав, перспектив и каких-либо технологий, они вернулись с одной войны на другую, вернулись в Новую Систему, где Новое Общество диктует свои новые уклады жизни, не оставляя им места для маневра и возможности на выбор!
Год назад в городах низшего уровня начали появляться странные люди с обезображенной внешностью, с генетической мутацией, со страшными, неизлечимыми болезнями. Затравленному толерантностью обществу их новые соседи не пришлись по вкусу, они вмиг позабыли, что все люди – братья, а их новые соседи, лишь добровольцы, что несколько десятков лет назад, отправились покорять Марс. Их окрестили «колонизаторами», сразу возвели в ранг отбросов общества и персонами «нон грата» местного разлива. Правительство вешало всех собак на них, потому что было удобно; полиция находила в них отдушину, потому что было просто; Синдикат видел в них добычу, подопытное мясо и веселые игрушки для своих, набитых пылью и шелухой, сподвижников.
Оказавшись за бортом общества с их ценностями, вчерашние покорители красной планеты потихоньку находили друг друга: тех, с кем работали; тех, с кем жили в Стоке; тех, кого никогда не видели. Не имея, по сути, прав, обделенные законом, вынуждены были сбиваться в небольшие общины и, существуя выживать, работая, зачастую, в немыслимых условиях и по еще более абсурдным правилам, нежели жители городов низшего уровня.
Звонкий голос СМИ Новой Системы вещал напропалую: «В целом, интеграция прошла успешно! Каждый «колонизатор» нашел свой дом и свое место в новом мире, в обществе. Был принят и ассимилирован, – а при поддержке общественных орал из городов высшего уровня, и вообще, – жил лучше тех, кто «испугался вступать на красную планету тогда, когда того потребовал долг перед родиной!»
Глава I: Мешок с костями (1/4)
Стоя перед зеркалом, мужчина средних лет, с морщинистым лбом, рыхлым лицом, покрытым язвами, застегивал пуговицы на рубашке. Натянув джинсы, заправил внутрь их рубашку и затянул пояс, подбив его под живот. Надев ботинки, убрал спецовку в шкафчик, доставая поношенную куртку. Захлопнув дверцу, вышел из помещения обслуживающего персонала. Подойдя к большой, длиной, узорчатой барной стойке, прикрывая рот рукой, слегка подкашливал.
– Все сделал? Все почистил? – с легким раздражением в голосе, сказал хозяин, не отрываясь от пересчета увесистой пачки кредитов.
– Да, – лаконично ответил мужчина.
Отсчитав пятьдесят кредитов, хозяин заведения бросил их на столешницу. Смахнув кредиты себе в карман, мужчина кивнул и молча, удалился, спеша покинуть здание. На улице было сыро, мокро, прохладно. Дул ветер. Поежившись, Клаверт поднял небольшой воротник куртки, достал из кармана марлевую повязку и, зацепив лямками за уши, прикрыл лицо. Из другого кармана вытащил измятую бейсболку, туго надел на голову и побрел по улице, в дальнюю часть Жилого района №2 Серого Города. В конце небольшого проспекта, буквально перед самым Пропускным пунктом и Переходом, мерцала вывеска винного магазина «Вино Град»
– Ну, что у тебя опять здесь случилось, бездарь?! – кричал управляющий, злобно размахивая руками. – Чертов «колонизатор»! Понаехали сюда, плюнуть некуда, чтобы не попасть в вас, бездарей с руками из обугленной задницы! О! – управляющий, что был на полставки хозяином, заметил в дверях Клаверта. – Смотри, тебе это дерьмо завтра убирать! Слышишь, ты! – продолжая размахивать конечностями, он подошел к Клаверту, тыча пальцем в грудь.
– Да, – скромно и тихо ответил мужчина.
Ничего не произнося, хозяин, смяв полотенце, швырнул в сторону и удалился в подсобное помещение.
– Пойдем, завтра все уберу. Рабочий день подошел к концу, – подкашливая, Клаверт ждал возле дверей.
Посреди магазина, поникший и расстроенный, на корточках сидел молодой человек, лет двадцати-двадцати пяти. Он тяжело дышал через нос, закрыв глаза. Вокруг валялись разбитые стеклянные бутылки из-под сока и бумажные пакеты из-под вина. Поднявшись, паренек стряхнул с протертых, серых джинс пыль и стащил с себя мокрую желто-зеленую жилетку, что красовалась поверх толстовки. Накинув капюшон на голову, зацепив также маску, он вместе с Клавертом вышел на улицу.
– Домой надо идти, времени уже много. Завтра на работу, – Клаверт протянул кредиты. – Держи, завтра, вряд ли я смогу дойти до магазина. Сходишь, купишь какой-нибудь еды.
– Хорошо, папа, – одобрительно ответил Кларэнс, все еще, будучи насупившимся и недовольным.
Миновав пустующий Пропускной пункт, отец и сын переместились в Жилой район №3. Вдалеке, на самых задворках, располагался небольшой, замшелый, обросший грибком, дурно пахнущий дом, в котором проживала небольшая самобытная община «колонизаторов» Серого Города. Возле подъезда, на лавочке сидел старик Бернард, весь обвисший, пожухлый, истощенный. Подпирая палкой руки, смотрел куда-то вдаль, попутно подмечая всех, кто проходил мимо. Ветеран, заслуженный ударник труда, «колонизатор»... Сидел возле порога дома и не мог подняться без чей-либо помощи. Под проливным дождем и порывистым ветром, в жару и холод, он сидел и не мог подняться сам. Лишенный всяких сил, он мог лишь созерцать свою кончину, ощущая полнейшую безысходность во всем.
– А-а... Клаверт... – тяжело протянул он. – Наконец-то и ты пришел, – подкашливая, хрипел. – Долго же ты пропадал на работе... – тяжело дыша ртом, старик поднял на него глаза. – Угостишь сигаретной?
Стащив марлевую повязку, похлопал по карманам. Нащупав помятую пачку, достал ее, держа в кулаке, поглядывая внутрь.
– Кларэнс, иди, готовь еду пока. Сейчас я подойду.
Понимая, кивнул, поздоровавшись со стариком, он юрко нырнул внутрь подъезда.
– Последняя, – достав сигарету зубами, смял пачку и бросил в сторону.
Прикурив спичками, Клаверт сделал пару затяжек о чем-то задумавшись, протянул сигарету старику. Тот взял ее трясущимися руками и задымил.
– О чем задумался?
– Как жить, не знаю. Мы вроде дома, а на Марсе было проще, – взяв сигарету у Бернарда, вновь сделал парочку затяжек, возвращая ее назад.
– Да, было проще, – взяв сигарету, затянувшись, старик медленно выдыхал дым, глядя на тлеющий окурок, зажатый между двух пальцев в близости губ. – Я тебя помню молодым и сильным, когда ты прибыл туда. Полон амбиций и желания, надежд и веры, как и все, кто был там тогда... – сделав очередную затяжку, старик закашлялся, протягивая сигарету Клаверту.
Аккуратно взяв за бычок, он поднес ко рту окурок и практически до фильтра выкурил, всасывая весь никотин до самой капли.
– И что мы получили взамен, Бернард? Парашу с помойным ведром на завтрак, обед и ужин? Достойный славы финал... и общество, от которого тошнит, – замолчав, бросил окурок под ноги. – Ладно, береги себя, – похлопав по плечу, недоговорив мысль, Клаверт оставил старика, нещадно дохающего и сплевывающего на бок слюни с кровью.ъ
