Органы власти радуют нас своей цифровизацией. Есть достижения в этой области и у славной ГИБДД, например пресловутые «письма счастья» — протоколы нарушений, зафиксированных камерами на трассах и стоянках. Они приходят даже по электронной почте через госуслуги. Но вот такая специфическая «госуслуга», как эвакуация автомобиля-нарушителя, как будто застряла где-то на уровне времен позднего застоя.
Я был не прав. Не заметил знака «стоянка для инвалидов». Разглядел ее только после того, как не нашел на месте машину. Ладно, поделом. Понятно, что телефон отдела полиции, где дают справки об эвакуированных авто, нужно было бы разыскать и вбить в контакты заранее. Пришлось под проливным дождем искать его через службу спасения, затем в интернете. Понятно, что раздобытые номера были заняты в течение длительного времени, дозвониться было невозможно. Наконец удалось узнать, что моя машина на Шоссейной, на левом берегу Дона. Приехал к штрафстоянке, где в темноте под дождем стояли еще пара десятков «счастливчиков». Навесы? Лавочки? Увы. Дежурный на стоянке принимал у очередного бланк, заполненный полицейским с разрешением на возврат после оплаты за эвакуацию автомобиля. Пришлось стать в очередь к «рафику», где представитель ГИБДД вручную заполнял протоколы. Мой протокол он не нашел, объявив, что его, видимо, составляли инспекторы из другой роты.
— И где же они? — наивно спросил я.
— Наверное, на Изыскательском, — назвал он романтический адрес. Как выяснилось, речь шла о брутальном Военведе, куда мне предстояло ехать за нужной бумагой.