О МАНЕЕВЕ
(малоизвестное об известном человеке)
Мы с ним познакомились в 79 - 80 годах прошлого века в небольшой деревушке Малиновка в Новокузнецком районе. Его бревенчатый дом-дача стоял на берегу небольшой речушки Кинерка. А я имел небольшой участок земли в пятидесяти метрах от него.
На том берегу раскинулась тайга. Говорили, что она тянется до самого Алтая. Места благословенные, воздух, как вода в роднике – чистый, прохладный и вкусный.
Он – это Манеев Владимир Петрович, бывший чемпион мира по классической борьбе, олимпийский призёр.
От спорта к тому времени он давно отошёл, но в спортивной среде Новокузнецка пользовался неизменным уважением и любовью. И не только за его чемпионство и призёрство, но – и это главное – за то, что он, будучи чемпионом и очень известным и востребованным в спорте человеком, не уехал в Москву, а остался в родном городе. Хотя все его коллеги по спорту укатили в столицу. Не буду называть фамилии, кому надо, тот помнит. Владимира Петровича, кстати, приглашали в разные города СССР, даже из Австралии звонили.
Владимир Петрович – человек большой, добродушный и весёлый. Он сам и его тренер Дмитрий Посуконько жили всё лето в Малиновке. Посуконько только строил свой дом.
Вот они-то оба и рассказывали всякие истории из жизни Манеева. Не спортивной, а простой повседневной жизни человека. С его достоинствами, но и не только с ними.
Как уж я их перескажу – не знаю, но попытаюсь.
Некоторые статьи о Манееве рассказывают о его удивительной способности снимать у собеседника часы. Этому я был свидетелем и полностью подтверждаю. Но были у него и другие удивительные способности.
Начну с самого интересного для меня случая. Напоминаю, что чемпионом и олимпийским призёром Владимир Петрович был в 50-х годах ХХ столетия, а, стало быть, о нравах того времени не стоит упоминать.
Было это событие именно в те 50-е годы.
Манеев получил правительственную телеграмму о необходимости его прибытия на какие-то соревнования в Сочи. Может быть, кто-то выбыл из команды по травме, может, кто-то просто не приехал. Одним словом, Манееву без всяких препирательств необходимо было вылетать в Сочи.
Как в песне поётся: сборы были недолги. А чего собираться, улетая в Сочи, да ещё летом: уложены в чемоданчик две пары белья, туалетные принадлежности и, разумеется, борцовское трико и борцовки – башмаки из мягкой кожи, без всяких там каблуков.
Одежда тоже лёгкая: светлые брюки, клетчатая рубашка с коротким рукавом. Документы в карман и из Бунгура на лёгком «Яке» в аэропорт Новосибирска. Из Сталинска, как назывался тогда Новокузнецк, в Москву не улетишь.
Долетел до Москвы, в аэропорту (какой аэропорт не знаю, скорее всего Внуково) подошёл к кассе. Билетов в Сочи нет. Он к диспетчеру, показал телеграмму, говорит:
- Вы же понимаете, если я вовремя не приеду – расстреляют!
Диспетчер:
- Ну нет ни одного билетика. Вы, Владимир Петрович, присядьте где-нибудь. Как только что-то появится, я вас по громкой приглашу.
Короткое отступление. Расстреливать, разумеется, никто бы его не стал, но неприятности грозили серьёзные. Но были ещё, были близки сталинские времена, жива была память от тех годах… И страх, конечно.
Владимир Петрович послушно отошёл к ближайшей лавке, присел. Не прошло и двадцати минут, как по громкой связи прозвучало приглашение.
- Манеев, Владимир Петрович, подойдите к окну диспетчера.
Манеев тут же подошёл к окошку.
Любезная диспетчер была немногословна:
- Владимир Петрович, имеется возможность улететь через полчаса. Летит грузовой рейс в Сочи через Воронеж. Борт с матрицами.
Чего раздумывать.
Володя сразу и сказал:
- Хорошо, я готов и через три минуты, - потом опять повернулся к окошку, - а что такое матрицы?
Диспетчер усмехнулась.
- Не беспокойтесь, это не бомба. Тем более – не водородная. Это просто матрицы для центральных газет, с матриц их и распечатают в типографиях Воронежа и Сочи.
- То есть я полечу с самыми свежими новостями.
- Вот именно. С чем я вас и поздравляю.
- Спасибо! А вот цветы здесь продают?
- Не надо, не надо. Я желаю вам успеха на соревнованиях.
- Ещё раз спасибо. Большое!
Минут через десять к нему подошел парень в лётной куртке.
- Вы в Сочи? – коротко спросил он.
- Я, - ещё короче ответил Манеев.
- Пошли.
Они вышли на взлётную полосу, где стоял средних размеров самолёт, неизвестной для Володи марки.
Из Новосибирска он летел на большом аэробусе.
По металлической лестнице, которую и трапом-то назвать было нельзя, они поднялись в салон. Вдоль бортов тянулись ряды сиденьев. Пустые, разумеется. Борт-то грузовой. Или служебный, как там их называют, Володя не знал.
Короче, сел он в одно из кресел, возле окошка. Благодать! Один, можно и в окошко посмотреть, и поспать, если захочется.
Ага, размечтался. В салон по той же лестнице поднялась молодая женщина, одетая в цветастый сарафан. Симпатичная, стройная, глазастая. В руках чемоданчик, такой, какой обычно бывает у отдыхающих. Она и была, видимо, отдыхающей.
Володя вежливо приподнялся, кивнул:
- Проходите, девушка, - он мило улыбнулся.
Вообще-то он женский род любил, да и сам успехом у них пользовался. А что: рослый, фигура атлетическая, симпатичный, но главное – весёлый.
Девушка же оказалась очень серьёзная. Она строго посмотрела на него.
- У вас какое место, молодой человек? – помахала зажатым в руке билетом.
- Да у меня и билета совсем нет, - ещё милее улыбнулся Манеев и широко взмахнул рукой, - да мест-то вон сколько…
- Меня это не интересует, - ещё строже сказала женщина, - если вы зайцем летите, это не значит, что вы имеете право на моём месте сидеть.
Володю, конечно, очень удивило такое высказывание симпатичной женщины, но – люди разные бывают, по-философски рассудил он.
- Я вам точно скажу, больше никто не придёт.
Женщина посмотрела на него уже совсем строго.
- Освободите моё место, пожалуйста.
Володя пожал плечами и пересел. У него уже и интерес к женщине прошёл. Тьфу ты!
Прошло минут двадцать, наконец пришёл второй пилот, или первый, кто их знает. Он прошёл в кабину, закрыл за собой металлическую дверь. Вскоре загудели двигатели, корпус слегка задрожал.
- Молодой человек! – раздался громкий голос попутчики.
- Да?
- А почему и впрямь никто больше не садится?
В силу весёлости характера, ответ пришёл мгновенно.
- Вы что объявление по радио не слышали?
- Какое объявление? Я ничего не слышала.
- Вот так, значит. А я-то думаю – какая смелая женщина!
- Да в чем дело-то в конце концов!
Женщина заёрзала на сиденье, но моторы взревели ещё громче, самолёт начал разбег.
Манеев пересел на соседнее с ней сиденье, сказал ещё громче:
- Объявляли, что самолёт неисправен, летят только добровольно.
Она сжала руками ручку чемоданчика, даже сделала попытку встать.
Довольный Манеев потёр руки. «Место, видите ли, её занял».
Аэроплан плавно побежал по взлётной полосе, затем взлетел. В окно были видны удаляющиеся рощи, деревянные домики, дороги.
Соседка Володи слегка нервничала, это было видно по её ёрзанию на законно занимаемом ею месте.
Манеев был человеком не злобливым и не мстительным, но, когда через полчаса полёта самолёт вдруг как бы рухнул, вскочил и бросился к входному люку, схватился за рукоятку и стал трясти дверь.
Девушка оказалась возле него буквально через мгновение. Она схватила его за рукав и почти выкрикнула:
- Что! Что случилось?!
- Вы что не видите! – чуть ли не заорал Володя. – Мы же падаем…
Самолёт тем временем выровнялся. Володя сел на сиденье, дама рядом, даже не заметив, что он сел на её законное место. Она также держала его за локоть, была напряжена, но молчала.
Володя глубоко вдохнул воздух и с силой выдохнул.
- А вы почему без парашюта? – спросил он, покосившись на девушку.
- Какого парашюта? – тихо спросила она у него.
- Как же, там всем предлагали.
- Где?
- В аэропорту.
- Я не слышала, - помолчала и спросила: - А вы почему без парашюта?
- Я с парашютом боюсь.
- А-а…
- А вас как зовут? – спросил он, и тут же добавил: - а меня Вася.
Он давно заметил, что на такое имя женщины реагируют с доверием. Вася, он и есть Вася, как говорится.
- А меня Люся,- наконец нерешительно вымолвила девушка.
- Вы в Сочи?
Люся помолчала, потом кивнула.
Прошло ещё несколько минут и опять воздушная яма. Володя к двери, Люся за ним, потом опять ровный полёт.
Люся подбежала к двери кабины лётчиков, стала ожесточённо стучаться. Дверь приоткрылась, она завопила:
- Почему вы не даёте мне парашют?!
- Какой парашют! – был ответ.
- Сами поди с парашютами, а мы тут пропадай!
Потом успокоилась, села в кресло, но руки у неё дрожали.
И снова яма. И снова стук в кабину.
Дверь открылась, вышел тот парень, что вёл Манеева к самолёту. Он внимательно посмотрел на Володю.
- Слышь, парень, кончай, а…
Манеев просто пожал плечами и отвернулся.
Долетели до Воронежа, приземлились.
Люся вышла, а Манеев не стал. Правильно сделал, потому что матрицы выгрузили быстро, самолёт опять взлетел…
До Сочи Манееву пришлось лететь одному.
Жаль, конечно…Скучновато стало. Но впереди-то - СОЧИ!!!
Есть у меня ещё кое-что рассказать про нашего чемпиона Манеева Владимира Петровича, очень уважаемого мной человека, но это в другой раз. То есть продолжение следует.
А к вам, уважаемые читатели, просьба: понравилось – поставьте палец вверх. Очень понравилось – подпишитесь. А если очень, очень понравилось рекомендуйте прочитать друзьям, знакомым, соседям даже.
И, разумеется, Ваши комментарии.