В наше время достаточно остро встает проблема толерантности. Очень многие представители молодёжи не только выступают против гомосексуализма, но и называют себя гомофобами. Сегодняшний герой хочет показать, что люди нетрадиционной ориентации мало чем отличаются от гетеро.
Личное
Мне 22 года, я студент и, как ни странно, гей. В моей жизни и по мере взросления никогда не было разговоров о гомосексуальности, не говоря уже о том, что при сексуальных сценах в фильмах родители либо закрывали мне глаза, либо просили выйти из комнаты. Обычная семья, обычное детство. Только вот с девочками дружить получалось лучше, чем с собственным полом. Да и в детстве мне хотелось больше покупать себе кукол с платьями, чем роботов и машинки на пульте управления. Никогда не считал, что это странно или предвещает что-то плохое.
У меня не было такого, что я как-то резко осознал свою ориентацию. Просто не влекло к женщинам и все. В определенный момент понял, что одноклассники в раздевалке после уроков физкультуры каким-то неизведанным образом привлекают. Никогда не было мыслей о том, что это неправильно. Я всегда считал — все что хорошо для меня не может быть чем-то плохим.
У меня жесткая позиция касаемо общения с людьми — либо они принимают все как есть, либо они мне не так уж и нужны. Все-таки сейчас важнее внутренний мир. Желание остаться тем, кто я есть на самом деле, привило мне сильный характер, уверенность в себе и нежелание мириться с глупостью людей, которые так кичатся своей гетеросексуальностью.
Иногда бывали такие случаи, в которых я сталкивался с невероятным негативом со стороны противоположного пола. Вроде бы согласно стереотипам должно быть иначе, но нет.
Одна моя знакомая доводила себя до истерики, когда я начал общаться с ее бывшим молодым человеком. Были крики о том, что я на полном серьезе стремлюсь забрать ее парня себе, а я, к слову, таких стремных в жизни никогда не встречал. В итоге отношения и влюбленность были важнее, чем дружба, которая была между нами около 5 лет.
Близкие
У меня обычная семья. Родители никогда не были в браке. Отец уехал жить в другую страну, а я жил с семьей мамы. Меня воспитывали мама, бабушка, дедушка и крестная. Для них всегда на первом месте стояло мое счастье и благополучие, поэтому тот выбор, который я сделал, восприняли адекватно и без скандалов. Мама даже знакомилась с некоторыми моими мужчинами. Был очень занимательный случай.
Мой бывший мужчина, гражданин другой страны, решил приехать в Россию. Я предупредил маму и бабушку и решил привести его к нам домой. В итоге мы заходим, раздеваемся и он говорит маме: «Здравствуйте, теща». Было очень забавно, но и трудно уверить маму в том, что я не заключал ни с кем официальных брачных союзов.
Именно благодаря внутренней самоиронии она относится к большинству моих отношений с юмором. И остальных членов семьи пытается наставить на мысль о том, что счастье ребенка важнее, чем счастье общества.
Вероятно, именно поэтому мое решение пойти учиться на журналиста было воспринято адекватно. Да, я сорвал большинство планов на мое медицинское будущее. Но отлично сданные экзамены и учеба в университете показали им, что выбор я сделал правильный. Тем более работа в профессиональной журналистике помогла мне добиться их уважения как к профессионалу, ведь эта профессия для тех, кто жил в Советском Союзе, не всегда пользуется престижем, особенно с моим направлением. С ним тоже все неоднозначно — в плане увлечения модой и индустрией красоты сработал стереотип о гее. Хотя, Алена Долецкая [известная журналистка] была права, когда написала: «Геи правят в моде, как евреи в финансовом секторе».
Из-за увлечения сферой моды бывали проблемы на учебе. Трудно сходиться с окружающими, некоторые преподаватели отказывались принимать экзамены.
Был случай, когда экзамен по зарубежной литературе принимала женщина, которую все называли «железная леди». И прямо перед моим ответом она заявила: «Сколько мы будем продолжать плодить извращения на факультете?» После этого пришлось обращаться за помощью к руководству. Но такие случаи редки.
Чаще сталкиваешься с дружелюбием и заботой со стороны коллег и руководителей. Это прекрасно, что люди видят не «******са» [гей в грубой форме], а личность.
Отношения
На протяжении 10 лет, пока я активный гей, девушки продолжают оставаться для меня некой странной субстанцией. С одной стороны, они хотят иметь друга-мужчину, но секса с ним не хотят. С другой — ситуация с другом-геем может «рушить» их любовь.
Для большинства из таких гей — что-то неопределенное. Вроде и парень, а вроде и «девушка». Причем неизвестно, какая из двух частей пересиливает другую.
Как-то мы общались в компании с одной девушкой. Она типичная tumblr-girl, стильная и по-своему красивая. Узнав, что я гей, сразу начала визжать и кричать, что мы будем ходить по магазинам, выбирать вместе лифчики, одеваться в женское и оценивать парней.
В действительности — я могу побыть и женственным, называя всех вокруг «подружка». Но при всем этом флере не забываю о члене между ног. Простите все те, кто хочет себе подругу с членом — я гей, а не трансвестит.
У меня есть подруги, девушки. Но они видят больше, чем гея. Видят образованность, честность, доброту. Видят, что я могу всегда поддержать и помочь. Ну и, определенно, мы обсуждаем парней. И с ними комфортно.
Дружба с парнями совершенно отдельная тема. В большей степени в моей жизни присутствуют друзья из «темы». Геи или бисексуалы. Но есть и натуралы. Одногруппники, одноклассники. С кем-то я вместе пил, кого-то удалось перевоспитать. Кто-то дал мне сил и желания признать собственные ошибки. Кого-то я вытаскивал из дерьма и блевоты. Важнее, чем секс с девушкой и парнем, остаётся «братская» любовь, если можно так сказать.
Мой лучший друг до меня был ярым гомофобом. Мы учились вместе в старших классах. Он был из той компании, которая очень любила меня унижать. Потом случилось так, что мы начали общаться, вместе выпивали и курили. В итоге — сейчас он не может представить свою жизнь без советов «любимого педика».
Кстати, мой лучший друг как-то раз посоветовал мне попробовать отношения с девушкой. Отношения с ней, в итоге, ни к чему хорошему не привели. Бедная девочка разочаровалась в парнях настолько, что я сейчас даже не могу сказать, что с ней. Это был необычный и интересный опыт. Нам было замечательно вместе. Гулять, встречаться, спать. Но в один прекрасный момент я понял, что мне комфортнее быть с мужчиной. В плане секса, отношений.
Мне нравятся эстетически красивые дамы, но секс с ними я не представляю. Некоторые мужчины, как одни из моих любовников, заводили семьи (потому что статус и род деятельности обязывали), при этом имея мальчиков на стороне. Именно такие мужчины и показали мне, что значит быть любовником или содержанцем. Это тоже определенный труд и статус взаимоотношений. Забота и влюбленность проявляется в других моментах. Они дарят подарки, оплачивают путешествия и покупки, дают деньги. Это не плохо и не хорошо. Просто вопросы морали у всех разные. Мне комфортно быть тем, кто не появляется с партнером на публике, а приходит в номера отелей, рестораны, съемные квартиры. Мы разговариваем, спим. Просто утром он уедет на работу, я уеду на учебу. Мы будем счастливы от того, что провели вместе время, насладились друг другом.
Общество
В силу востребованности того, что люди начинают следить за собой, теряется и способность выделять одних людей [геев] над другими. Нетерпимость, как явление, начинает проявляться не столько в криках оскорблений вслед, сколько в физических расправах и прочем. Она бывает разная — агрессивная и нет, выраженная и скрытая. Иногда парней просто избивают, унижают, снимая это на камеру и выкладывая в социальные сети.
Были случаи, когда надо мной тоже издевались. Я всегда молчал и не отказывался от самого себя. Сейчас я добился того, чего хотел, а где те ребята я даже не знаю. Надеюсь, хотя бы живы.
В моей жизни был один случай, который я никогда не забуду.
На первом курсе в университете я общался с девушками, которые были из маленькой деревни в области. Одним вечером мы решили посидеть у них в квартире и выпить вина. В один момент в квартиру заваливается компания парней. Они, видя меня, начинают кричать на девушек за то, что те общаются с «*******ом» [гей в грубой форме]. После достают из рюкзака травмат и, приставив его к моему виску, говорят: «На камеру отказываешься от того, что ты гей, и все будет нормально». Подобный диалог продолжался ровно до того момента, пока не приехали служители закона, вызванные соседями из-за шума. Сейчас ребята из той компании сидят. Однако я до сих пор не забыл то чувство, которое испытывал — полное отсутствие страха за свою жизнь. Почему-то мне было плевать, что со мной сделают, главное отстоять свою точку зрения.
После той ситуации я понял, что всегда стремился отстоять свои взгляды. Для меня отказ от собственной ориентации — потеря себя.
Бывало нелегко знакомиться, бывало нелегко гулять. Но в больших городах население более open-minded, чем в регионах. В большей степени люди там застряли в 90-х. Даже не пытаясь что-то изменить и посеять семена счастья.
Несмотря на негатив, который время от времени встречаешь на улицах, переезд в другое государство на данный момент жизни для меня не первостепенен. Лучше там, где нас нет, как говорится. Но меня воспитывали всю жизнь так, что необходимо что-то менять там, где живешь сейчас. Именно поэтому для меня важно, чтобы люди, для которых гомосексуальность — самое страшное явление на земле, меняли свое мнение после знакомства со мной. Чтобы они постепенно отходили от стереотипов, навязанных обществом, в котором они росли или вращались в процессе социализации. Обидно, что в нашей стране до сих пор детям с детства внушают ужас и страх перед такими, как мы.
В большинстве зарубежных стран толерантность проявляется не в законотворческих актах и не в общественных трансформациях, а в том, что семьи учат маленьких детей тому, что жизнь и любовь — прекрасное и чистое явление.
И, конечно, именно поэтому гей-парады переросли из митингов и собраний, где люди боролись за свои права, в прекрасные шествия. Которые также устраиваются на День Благодарения, рождество и другие праздники. Люди надевают яркую одежду, строят платформы, красят машины. Pride — это возможность увидеть яркость среди серых будней. И участвуют в них не только геи, но и натуралы. Девушки и парни. Мы не воины, и не боремся. Мы хотим дать понять, что не делаем ничего плохого. Не убиваем людей, не насилуем детей, не устраиваем теракты. Просто мы такие и наша любовь такая.
Любовь со временем, определенно, перерастает в брачные союзы. В последнее время гомосексуальные браки явление нередкое. Разговоры об этом неоднозначные, потому что сама ценность института семьи теряется. Гетеросексуалы отказываются вступать в браки, а геи начинают. За этим порой весело наблюдать.
У меня есть знакомая пара, которые вместе уже 20 лет. И около пары лет назад они решили пожениться, чтобы соблюсти чисто юридические и договорные функции после возможной смерти кого-либо из партнеров.
Разумеется, в странах СНГ это вряд ли приживется в ближайшие 10 лет. А, может быть, и вообще никогда. Даже публичное проявление чувств очень сильно осуждается.
У меня были случаи, когда целовался, обнимался, шёл за руку по улице. Один раз даже чуть не избили.
Я говорил ранее, что меняться не буду. Это моя жизнь, мои правила. Могу делать все, что угодно душе. Получилось так, что вот это неприятие публичности, подстегивает к необдуманным поступкам еще сильнее.
Был случай, мы с моим бывшим партнёром полетели отдыхать на Бали. Был вечер, закат. Мы ужинали на берегу, потом решили искупаться. И та ночь в линии прибоя была самой запоминающейся в моей жизни.
Каминг-аут
Наверное, самое важное в жизни любого гея — это каминг-аут. У меня, кажется, его как такового не было. Мне не пришлось что-то кому-то доказывать или утверждать.
В случаях личной коммуникации с людьми, встреч по работе или знакомств с новыми компаниями практически не требуется что-либо доказывать людям. Чаще всего — все понятно внешне или по разговорам, которые поддерживаются в кругу друзей.
Самое неопределенное в этом — реакция людей, с которыми делишься самым сокровенным. Кто-то реагирует с восторгом, кому-то безразлично. Самое приятное — безразличие. Ты понимаешь, что гомосексуальная оболочка не имеет никакого значения для людей, которые хотят стать тебе ближе.
Первый раз публичного обсуждения этого был сложным для меня.
Тогда сменилась школа и новый класс. И в том случае я вообще не хотел ни с кем говорить о своей гомосексуальности. Просто пришёл и понял, что все в курсе. Со мной училась моя старая подруга, которая всем и разнесла эту новость. Было стыдно, было странно. Чувствовал себя животным в цирке, на которое все вокруг показывали пальцем и ждали трюков. Порой обливали краской, не давали выходить из здания школы. При этом никогда не доходило до физических расправ. Было странно за такие поступки людей и не очень приятно. В школу меня привозил партнёр, чтобы я хотя бы до неё добирался. И забирал, соответственно, он. Со временем одноклассникам перестало быть интересным такое поведение, когда они не видели реакции. Так и смирились.
Стереотипы
Сказать честно, в большей степени в негативе я обвиняю именно наличие стереотипов в жизни гея. О том, что мы, как девочки, носим женское белье, например. Правда, по сути, такого я никогда не слышал. Всегда везло на общение с теми, кто не обращает внимание на образы, навязанные обществом. В случае присутствия подобных личностей в моем кругу общения, я просто их игнорирую. Постепенно либо человек сам теряется, либо шутки сводятся на нет.
Был случай, когда мы пошли выбирать подруге лифчик и она спрашивает: «А какой бы ты купил себе?» Честно, я опешил. Я спросил, почему я должен это знать и разбираться. Услышав в ответ «ну, ты же гей» я понял, что стереотипы выбивать из головы очень трудно.
Из стереотипов, соответственно, вырастает большинство оскорблений, которые слышишь в свой адрес.
Мне нравится цитата из «Секса в большом городе», которую произнёс один из героев: «*****ом гея может называть только другой гей». Именно поэтому я представляю, как парень, который крикнул: «Фу, *******», сосет какому-нибудь толстому и вонючему старику. Порой бывает так, что смеешься уже вслух.
Заключение
Когда не замечаешь мнение окружающих, начинаешь больше верить в себя. Постепенно объем негатива вокруг сходит на нет.
Я говорил выше, что мое мироощущение ни при каких обстоятельствах не поменяется. Быть геем — не значит быть заразным или больным. Так же, как непросто поменять собственную ориентацию, особенно если это глубоко внутри, а не снаружи. Может быть, с возрастом будет труднее найти себе пару, но я не отчаиваюсь. Все будет прекрасно, если верить в жизнь и любовь.
Мне кажется, тех, кто скрывает свою ориентацию, в последнее время становится все меньше и меньше. В силу того, что молодому поколению проще открываться своим друзьям и знакомым. Но если вы скрытый по каким-то причинам, не переживайте и не бойтесь. Рано или поздно в вашем окружении появятся те люди, которым вы сможете сказать. Даже родителям, я уверен. В любом случае, вы не одни. Будьте верны себе.
Узнали что-то новое? Тогда делитесь статьей с друзьями и переходите к прочтению другой интересной и познавательной истории!
//Подводные камни//