Несколько месяцев назад, перед самым началом «коронавирусной истории», я ехал на поезде из Москвы в Кисловодск, в обычном плацкартном вагоне. А по соседству со мной ехала очень милая семейка – папа с двумя дочками. Папаше было что-то около пятидесяти, а дочкам – 16 и 19 лет. Девочки довольно обычные, обе пребывали в «тренде» нынешней современности, у одной из них, той что постарше, волосы на голове были окрашены в ярко-малиновый цвет, у другой на запястьях красовались яркие татухи.
Но в целом девицы были довольно милые и скромные, а папа и вовсе – ангел, опекал своих чад, бегал для них за кипяточком, исполнял любые желания, как и обычно, наверное.
А вагон был полон народу, и, помимо прочих, там поместилась какая-то женщина с девочкой. Но очень маленькой девочкой, которая лишь недавно научилась ходить, но это занятие, видать, так ей понравилось, что девчушка без устали бегала по вагону, лепетала чего-то, пыталась вовлечь в какие-то свои игры других пассажиров, а меня ухватила за нос, когда я ненароком зазевался.
Ближе к вечеру юная проказница устала и заснула, а в самый разгар ночи, когда была долгая стоянка и все пассажиры блаженно спали в тишине, малышка почему-то проснулась и опять начала копошиться, требовать что-то у матери, и, тем самым разбудила часть пассажиров.
Утром она спала допоздна, а мои соседки (те девицы 16 и 19 лет) уже проснулись, и завтракая стали обсуждать возмутительное поведение крохотной пассажирки. Так вот, та из сестёр, которая была постарше, то есть девятнадцатилетняя девушка сказала следующее: «Знаешь, я вся разбитая после этого ночного концерта, эта мелкая просто сломала мне весь сон, я вот что теперь думаю – есть вагоны, куда можно заходить с животными, а есть вагоны, куда с ними нельзя, может стоило бы сделать тоже самое для детей – в одни вагоны можно с маленькими детьми, в другие – нельзя».
Такое любопытное мнение! Замечу, что изрекла его молодая особа, по сути – молодая женщина, которой уже исполнилось 19 лет, причём изрекла не в шутку, нет, на сказала это на полном серьёзе. Ладно бы такое сказал подросток, лет этак тринадцати, но здесь перед нами женщина, которой и самой бы уже пора задумываться о будущем материнстве, и которой стоило бы смотреть на ребёнка не только как на «ненужный источник шума».
Но, в реальности она, эта особа, которая, по идее, должна была бы являться женщиной, иметь материнский инстинкт и прочие атрибуты нормального человека, живущего в нормальном обществе, глядела на маленькую девочку лишь как на нечто совершенно ненужное в быту и в окружающей реальности вообще.
И хочу заметить, что эта девятнадцатилетняя дурочка не виновата сама по себе, нет, она всего лишь транслирует установки современного общества, это оно, разучившееся нормально мыслить, говорит устами этой юной особы с малиновой копной волос.
Кстати, большинству не идёт этот малиновый цвет, а ей подходило. Хорошенькая девочка, крупненькая такая, ростом повыше папы, но несущая однако, странный заряд современности – это заряд вымирания. И он действенный, такой, сильный, устойчивый!
Можно было, конечно, заметить и тот факт, что тот любящий папаша, который, то и дело, спрыгивал с верхней полки и спешил исполнить любой каприз своих дочурок, избаловал их, сверх всякой меры, и это будет правдой, во всяком случае отчасти, но этой правдою не исчерпывается проблема, о которой я здесь говорю, ведь с другой стороны, дочурки-то могли бы взять пример со своих папы и мамы, которые любили и любят детей.
К слову сказать, папаня-то, услышав «идею» дочери о вагонах, куда не стоило бы пускать семьи с маленькими детьми, слегка даже возмутился, сделал замечание своей старшенькой, но она осталась при своём мнении, ведь это мнение общества, мнение толпы.
Наше общество разлюбило детей, разлюбило сам процесс материнства, разлюбило умильное очарование детства, общество мало-помалу отреклось от этой «хлопотной затеи» – разведения детей. И дети всё чаще воспринимаются лишь как досадное недоразумение.
«Сдаю квартиру семейной паре, без детей и животных» – такое нередко, очень нередко можно увидеть в объявлениях. Через запятую – дети, животные.
И стоит ли, в самом деле, стоит ли удивляться что общество наше вымирает, и скорость этого печального вымирания с каждым годом увеличивается. Но не это самое грустное, ведь подумаешь – вымрем и вымрем, самое тревожное в том, что однажды стариков будет так много, что их смерть может превратиться в тяжкий, кошмарный процесс, когда ухаживать за ними будет уже почти некому. Ну, разве что умные роботы подоспеют, или будет изобретен эликсир вечной жизни.
Но пока ни того, ни другого не возникло, во всяком случае в том виде, чтоб кардинально изменить текущую реальность, но общество, мало-помалу отказывается от тех вещей, которые ещё недавно казались стержнем человеческой морали, основой гуманности, нравственной полноценности, разумности в конце концов.
Хотя, если посмотреть на всё иначе, то та девятнадцатилетняя особа права, ведь коль в наш вагон всё-таки не пустили бы мамашку с маленькой хулиганкой, а развернули бы её и погнали пинками куда-нибудь подальше от Казанского вокзала, то я выспался бы в ту ночь гораздо лучше, и вообще жизнь была бы краше и спокойнее. И не будем забывать, что я-то ещё и пострадал от действий мелкой хулиганки, меня за нос схватили, за нос! Вот так-то.