Храбрость на написание этой статьи мне дали просьбы людей с Синдромом Марфана поделиться моим опытом, а также наблюдение за страданиями подруг, не решающихся заговорить и спросить совета про эко, даже зная мою тайну.
Начну менять мир с себя, буду смелее и откровеннее.
Эту статью я разделю на две части - сначала расскажу почему стыдилась этой темы, а потом расскажу о процессе и стоимости эко в Германии.
Раньше быть откровенным, доверять людям свой интимный мир, мне казалось вульгарным. Рубашка в тельняшку, душа на распашку - нерафинированный образ получается.
Плюс этот вечный лишайный страх - «Что люди скажут, посмотрят, подумают..?»
Будучи замужем, я переживала за имидж мужа и винила себя. Он же должен быть мужиком, носить штаны и зачать сына естественным путём, а я нарушаю законы женского естества - что я за жена такая, что даже забеременеть не могу.
В моём случае, правда, проблема была не забеременеть, а забеременеть здоровым ребёнком без моих генетических отклонений, в то время меня это немного утешало. Но ведь даже если бы мы оба были бесплодны - это не значило, что мы плохие и недостойные люди, и любили бы мы друг друга не меньше.
Между тем, пройдя вместе со мной весь этот странный путь к родительству, мой бывший муж решил, что эко - это лучший способ стать родителем, ты не пьёшь и не куришь месяца три-четыре, но точно знаешь, когда закончатся твои мучения. Плюс, хоть официально ты не можешь выбрать пол ребёнка (если есть здоровые разнополые эмбрионы), но можешь рассказать о своих мечтах врачу и он вполне может их услышать. Это уже начинает напоминать селективную генетику, но Лёша теперь пропагандирует этот способ среди своих друзей.
Будучи вне защитных стен брака, я стала считать, что могу быть привлекательной для мужчин только как потенциальный объект для продолжения рода, а раз мне это больше не грозит (слишком большая нагрузка на сердце), то и понравиться я никому не смогу.
Я старалась вырыть пропасть между собой и мужчинами, чтобы в потенциальном будущем никого не разочаровать.
Потом случилось счастье осознания глупости своих убеждений.
Окружающих нас людей гораздо больше интересуют внутренности души, а не тела.
Да здравствует банальная философия!
Теперь об эко.
Начну издалека.
Мне было 22 года, неожиданная операция на сердце и у меня лишь ночь, чтобы решить своё будущее.
Механический клапан - и больше никаких операций, но вместе с ним и невозможность иметь детей в связи с большой медикаментозной нагрузкой. Или биологический клапан (из сердца хрюшки), спустя годы повторная операция по мере его изнашивания и шанс на материнство.
Я выбрала второй вариант и готова повторять этот выбор ещё тысячу раз.
Итак, мне было двадцать с небольшим и немного времени на организацию своего счастья. Я пришла к своему молодому человеку и сказала, что мне нужен ребёнок, если он против, то я пойду искать того, кто согласен.
Он согласился, сделал мне предложение, мы поженились в конце декабря и улетели встречать новый год новой жизни в Аргентину.
Ещё до свадьбы я изучала вопрос материнства при СМ (синдром Марфана), разговаривала со своим врачом в Германии, она посоветовала мне одну частную клинику, сама договорилась с врачом и дала разрешение на беременность. Понимая, что это будет стоить очень дорого, мы решили поискать более бюджетные варианты в России.
Чтобы при синдроме Марфана родить ребёнка, который на 100% не унаследует патологию, нужно сделать предимплатационную диагностику. Это когда проверяют генетический код эмбрионов на наличие определенной патологии.
Мы живем в Петербурге и конечно, первым делом отправились в центр Алмазова, где очень нервная кардиолог выкрикнула мне, что запретит беременеть, в связи с моим отказом делать компьютерную томографию. На мой аргумент, что я делала ее всего два месяца назад в Берлине и считаю, что такими процедурами лучше не злоупотреблять, она сказала что ей не важно, что там делают в Германии, в их центре немецкая аппаратура лучше, чем у немцев, и доверяет она только ей. Но собственно, кроме благословения на незащищённый секс, она ничего больше не могла мне дать, потому что предимплатационную диагностику в Питере в то время не делали. Так что, я хлопнула дверью и больше никогда не возвращалась к ней в кабинет.
Дальше мы с моей мамой поехали в Москву в клинику «Мать и Дитя» - единственное медучреждение в России на тот момент, способное сделать ту самую диагностику эмбрионов. Платить у них нужно было за все, при этом сразу собравшийся пред-консилиум из генетика, гинеколога и кардиолога хотели проверить за мой счёт каждую клеточку моего тела. Цены у них выше, чем в Германии, и мы уже начали сомневаться в целесоообразности нашей затеи. Потом меня отправили на очередные анализы и, пока я блуждала из кабинета в кабинет, мини-консилиум говорил гадости моей маме, что «она хочет избавиться от больной дочери, заведя здорового внука», потом мне сказали, что во время беременности у меня расслоится матка (ни разу не слышала о подобных случаях у людей с СМ) и они, конечно, обсудят мой случай на консилиуме (за наш счёт), но вероятнее всего, возможно лишь суррогатное материнство, с этим они тоже смогут помочь, если что.
Мы обещали подумать и записаться на консилиум, но уже на обратном пути в Питер решили, что доброе уважительное отношение к нам важнее трудностей цены и расстояния.
Итак, мы полетели в Берлин к доктору Блехле. У меня уже был генетический тест, но нужно было ещё сделать подобный моему мужу (5000€).
Потом мы приехали на гормональную терапию (1500€), хотели взять лекарства и улететь обратно в Россию, но остались у наших друзей в Берлине на три недели.
Это были уколы в живот двух типов. Одни я храбро делала сама - там были шприцы с кнопочкой, надо было установить дозировку, вставить внутрь шприца иголку, подставить к животу и нажать на кнопку. Вторые нужно было самостоятельно разводить в ампуле, набирать в обычный шприц и колоть обычной иголкой. Тут мой героизм сдался в смелые руки моего мужа.
После гормональной терапии наступает гипер-овуляция, в это время нужно забрать кучу яйцеклеток из тела женщины (забор яйцеклеток+заморозка и хранение 5000€).
Мы приехали в клинику к определенному времени, Лёша остался ждать, а меня отвели в женское крыло, одели в пижаму, дали таблеток и повезли в операционную. Мне надели маску, так что дальше я крепко спала и ничегошеньки не помню.
Разбудила меня медсестра, что-то сказала по-немецки и всучила в руки кружку с чаем. На соседней передвижной кровати сидела русская женщина лет 35, она сказала, что ее попросили поговорить со мной, потому что младший персонал не говорит по-английски, а я не знаю немецкий.
Девушка готовилась уже к четвёртой попытке эко, и очень надеялась на доктора Блехле, ей рекомендовали именно его клинику, так как его методика сильно отличается от других. Я не внимательна к таким вещам и, к сожалению, не смогу рассказать, что именно он делает по другому.
Чай снимает сонливость после наркоза, так что, как только я допила свою кружку, меня попросили освободить помещение для следующих женщин. Я чувствовала сильную слабость и боль в животе, поэтому мы взяли такси. Меня размазало и подташнивало, я немного зеленела, и как только мы добрались до дома, я уснула и пришла в себя только от вкусного запаха горячего ужина. Муж нашей подруги испанец и профессиональный повар, так что, аромат его блюд может разогнать не только остатки наркоза, но и любую другую грустную нечисть.
Оставив части себя доктору Блехле, мы вернулись в Питер. Через три месяца мне пришло письмо, что из 16 взятых яйцеклеток им удалось оплодотворить 14, из четырнадцати шесть успешно развились до пятидневного состояния, но только два из них не имеют отклонений (мы делали хромосомный тест (5000€) и генетический (5000€), чтобы исключить не только СМ, но и хромосомные мутации).
Я хотела маленькую копию себя, поэтому сверившись с гороскопом, расчитав время жизни в животе и погодную карту вселенной, мы вернулись в Берлин в начале сентября, чтобы подсадить эмбрион (1000€). Я прилетела чуть раньше, чтобы начать принимать прогестерон. Момент подсадки очень милый, ты лежишь, муж держит за руку, вы видите на аппарате узи белую точку, машете ей рукой и улыбаетесь.
Можно было сразу лететь домой, но мы задержились ещё на две недели, чтобы сдать тест в Берлине.
Кажется, это была суббота, мы пришли в клинику с нашей подругой и ее маленьким сыном. Я сдала кровь, мы оставили Катин номер и пошли гулять, было весело, но волнительно, мы все очень переживали. Кате позвонили, она говорила по-немецки и я пыталась угадать ответ по нюансам ее лица, наконец, она положила трубку и выпустила улыбку, мы все обнимались и радовались.
Домой мы летели уже втроём: я, Лёша и наша волшебная смесь в моем животе.
P.S. Кажется эта статья больше напоминает мемуар, нежели инструкцию, полную полезной информации. Прошу прощения. Знаю, что сейчас можно пройти все эти процедуры и в России по квотам, в том числе, в центре Алмазова в Петербурге. Если у Вас есть вопросы, не стесняйтесь спрашивать, возможно я не постесняюсь ответить.