Моя редакторская колонка в защиту пенсионеров, которых никак не поддержали в период пандемии, огорчила молодёжь. «А нам разве что-нибудь дали? — звонит в редакцию студентка-старшекурсница Юля. — Я вышла замуж сразу после школы. Ну вот такая любовь с детского сада. Немного пожили с родителями мужа. Не получилось. Ушли на съёмную квартиру. 20 тысяч рублей в месяц отдай (и это ещё без коммуналки). Мы с мужем подрабатываем. Я — администратором в интернет-кафе, он — бариста в ночном клубе. Был период, когда оба потеряли место. В июне, правда, собственники персонал вернули, но урезали зарплату. Очень трудно выживать».
Девушка недовольна перечислением 10 тысяч рублей семьям с ребёнком. Поясняет, она бы тоже давно стала матерью, но финансовой подушки для этого нет. Огорошила сообщением, что многие семьи тратят «детские» 10 тысяч на покупку смартфонов, планшетов и прочей ерунды. Позвонила социологам из КФУ, те подтвердили — действительно, в нашем обществе укоренилось патологическое стремление к постоянной смене гаджетов. Принято следить, новая у тебя модель или чуть устарела. Если второе — ноль тебе внимания, фунт презрения. Господи, какая мишура!
Юле же, по существу, хочу ответить так. Вам 21 год, есть силы, здоровье, энергия и главное — время. Уволили из администраторов, можно пойти в ночные сторожа. 70-летнему старику такая чехарда уже не по зубам. Ну вот вы рассказываете, что на двоих у вас 50-тысячный месячный бюджет. На мой взгляд, не так плохо! У меня в вашем возрасте дело обстояло куда хуже. Вы же только начинаете семейный путь. Ваша совместная история не может стартовать с итогов — апартаментов, автомобиля, прислуги, туго набитого кошелька. Да и ориентиры эти сомнительные. Когда я встречаюсь с родными, разве мы говорим о барахле? Нет. Вспоминаем, как росли, учились уму-разуму, куда ездили, что видели. Зацикленность на материальном, мне кажется, разъединяет. В этом плане меня поразил рассказ гениального нашего юбиляра — кинорежиссёра Никиты Михалкова о бабушке с дедом: Ольге Васильевне Суриковой и Петре Петровиче Кончаловском. Они много путешествовали по Европе. Был выбор: либо остановиться в дорогом отеле и потратить деньги за месяц, либо заселиться в бюджетный и растянуть удовольствие на полгода. Победили полгода. И это правильная формула. Ты вспомнишь через десятилетия, на каких простынях спал и что ел на завтрак? А то, как в Зальцбурге я стояла у купели, в которой крестили Моцарта, и можно было потрогать её рукой, не забудется никогда.
Часто молодые наши читатели жалуются на отсутствие перспектив с трудоустройством. Досадуют, найти работу можно разве что в сфере услуг. Но чтобы поужинать в ресторане или купить абонемент в спа-салон, человек должен где-то добыть деньги. Значит, предприятия таки работают. Да, в них поначалу не сулят золотых гор. Но я всё же сторонник «ввязывания в бой». Если начальник увидит в ваших глазах горение, если будут успехи, поверьте, и зарплата вырастет, и карьера сложится. Так происходит и у нас в редакции. Те, кто устраивались корреспондентами на полставки, сейчас вполне успешны на должности редактора отдела. Помню, мы обсуждали тему с патриархом крымского производства — директором завода «Фиолент» Александром Баталиным. Он признавался, не так просто сейчас найти хорошего токаря даже на очень высокую зарплату. Юристов-экономистов — пруд пруди, а с золотыми руками проблема. Может быть, подумать и в эту сторону. Ярлыки насчёт того, что адвокатская стезя престижна, а цех со станками — нет, давно пообтёрлись и устарели.
Что меня тревожит в пандемии? Не только здоровье земляков, но и то, что самоизоляция, карантин разорвали семьи, поколения, трудовые коллективы. Социологи и без того бьют в набат, что мы вступили в эру эгоизма, а тут ещё новое испытание. Так вот, некому подсказать молодой семье, что быт тоже требует вложения сил, выдумки, юмора. Я живу в доме, где много съёмных квартир. Вечером во внутренний дворик то и дело заезжают мотороллеры с доставщиками пиццы, суши, ресторанной еды. Не хочется готовить, портить цвет лица у плиты. Но ведь это тоже разъединяет! Когда ты жаришь банальнейший омлет с помидорами, над ним колдуют не столько руки, сколько любовь. Об удешевлении бюджета не говорю, сколько весёлой юной возни, шуток возникает вроде бы в рутинном этом деле, как это роднит, притирает, греет. И, между прочим, никак не подталкивает к некрасивому вопросу, почему одним дали, а мне нет, к косому взгляду в адрес пожилых. Они — наши любимые родители, бабушки и дедушки. Дороже их ничего быть не может.
Ирина ИВАНЧЕНКО