Король Баланя
Так уж сложилось, что с ясельной группы детского сада стал Баланя Королем.
Мамка его там же и работала няней. И позволено ему было много больше, чем прочей пузатой мелочи. Не от того ли Король Баланя, а в быту плюгаш-заика Балашов Вовка, при всей своей мухортости и сопливости был величественен и благодушен. Да и какой смысл озорничать или нюниться, если в любую погоду гулять не принуждали, а в тихий час спать не заставляли. И даже есть противное, типа говяжьего языка или вареного лука, не неволили. Играй себе во что хочешь, пока остальные слоняются по двору или маются в кроватках. Лопай вкусное.
Правда, дома не все было так гладко у Короля. Дед, заменивший ему отца, был строг. И поговаривали, что однажды, в отместку за нахлобучку, Баланя поджог старикану проспиртованный нос. Но сам же и потушил его подушкой. Без смертоубийства. Дед, очухавшись, решил, что просто уснул с тлеющей папиросой.
Многие детсадовцы мечтали стать детьми матери Балани Короля… несчастной одиночки —простой поломойки, склонной к беспорядочным половым связам и выпивке, но невероятно доброй ко всем (говорят, это неотъемлемая черта многих давалок). Она не била мокрой пеленкой обоссаных и не кормила насильно комковатой манкой. И потому, даже со свежим фингалом, всегда была невероятно красива в глазах благодарной малышни.
К слову, в свите у Балани Короля были и дети из вполне благополучных семей… живущие на пятидневке.
Да кто бы тогда из них не хотел быть Баланей.
В школе Вовка Балашов ни на какие троны не претендовал. Да там никто и не знал о его высоком прошлом. Но детсадовские однокашники, соседи Балани по «пьяному дому», были неизменно предупредительны и дружелюбны.
К слову, был Вовка Балашов не без фантазии и практически безвылазно жил в образе белокурой бестии Дольфа Лундгрена — «Витинга»*, на которого был разительно похож цветом жиденьких волосенок и прозрачностью глаз.
«С-слышь-с-слышь, а д-давай т-ты т-такой иде-е-ешь!» — С этой коронной фразы начинались все Королевские игры с друзьями детства.
Едва вырулив из двоек на аттестат о восьмилетке, подался Баланя в качки-рэкетиры, благо и банду сколачивать не пришлось. Все те же детсадовские прихлебатели с радостью присягнули Королю.
Как-то ночью возвращалась я со сверхурочной работы. Идти надо было через промзону. Место страшное, в это время безлюдное, но дорога к дому от метро наикратчайшая.
Почти бегу, вдруг шаги сзади. Я одна — их пятеро. Молодые амбалы, вервольфы, вышедшие на ночную охоту.
То ли на самом деле, то ли со страху показалось мне, что они по мою душу.
Я, запаниковав, ускорилась… и тут же упала, разбив колени.
Чьи-то сильные руки оторвали меня от промерзлой, изрытой колдобинами бетонки.
— Б-без п-паники, т-тетя.
Я мгновенно узнала этот голос!
— Вовк, Вовк, а давай ты такой идееешь!
— Т-тетя Лена? З-з-дра-а-авствуйт-те! П-простите, мы не х-хотели в-вас на-апугать. Ж-жвете т-та-а-ам ж-же? Й-я-я от-тнесу.
***
От армии Король Баланя косить не стал, единственный из всего детского сада. Списали через полгода с отбитыми почками.
Лечился, женился, остепенился. Работает в нашем автопарке водителем автобуса.
И всякий раз при встрече я восхищаюсь, как же ладно сидит на Балане его невидимая корона.
__________________
* — Викинга
09.11.2020
(с) Алена Подобед