Эвенки сказывают, что прежде на Дальнем Востоке жила прекрасная девушка. Однажды, в один чудесный зимний день, она отправилась в лесную чащу, но случайно провалилась в берлогу к медведю. Косматый не стал раздирать девушку, а напротив приласкал её. Красавица ответила взаимностью лесному хозяину, и придались очарованные друг другом существа сладострастным утехам.
Провели влюблённые вместе всю зиму, а весной девушка вернулась к своему племени и родила двух сыновей – одного медведя, а другого человека. Оба брата выросли и решили померяться силами. Младший брат (человек) убил старшего (медведя). Умирая, медведь поведал, что он скоро воскреснет и рассказал, как надо на него охотиться, как расчленять и как хоронить. Эвенки, Нивхи, Орочи и другие народы помнят своего кровного родственника прародителя-медведя и почитают его, в том числе и через мистерию «Медвежьи игрища» - речь, о которой пойдёт в этой статье.
В медвежьих игрищах амурских народов отразился миф об умирающем и воскресающем божественном предке. Он возник много тысячелетий назад, соединив в себе элементы тотемизма и промыслового культа. Медведь – это удачная охота, гарант сытости и благополучия рода. До сих пор обряды, связанные с поклонением медведю, остаются самыми живыми и красочными, хотя они почти утратили свое сакральное значение.
Эвенки и другие лесные народы-кочевники всегда относились к этому зверю с должным уважением, основанным на тысячелетней истории совместного сосуществования в природных условиях.
Приготовления к празднику начинались с того, что охотник находил медвежонка, плевал ему в рот, чтобы тот не был «злым» и приносил домой («смешивание жидкостями» – базовый ритуал язычества). Медведя кормили рыбой и ягодками и обращались с ним с достоинством. Маленького медвежонка хозяйка даже кормила грудью, называя «сынок».
Медвежьи игры обычно проводили зимой, и это было основным событием в жизни народов Севера. Особенно интересно взглянуть на вариант празднования народа «нивхи». В назначенный день хозяин медведя наливал вино домашнему духу и обращался к нему с просьбой извинить за то, что не может больше держать медведя, хотя все время обращался с ним хорошо. Когда приходил час, медведя водили по стойбищу. В каждом доме его встречали как гостя, угощали специально приготовленными вкусностями – студнем, вином, кланялись ему и плясали.
Место для праздника было украшено деревянными шестами и палками с деревянными стружками inau. Здесь медведя привязывали между двух столбов, и один мужчина ритуально убивал зверя тремя стрелами из лука. Первая стрела запускалась в небо и прокладывала божественную дорогу, остальные стрелы направлялись в «косолапого». На протяжении всего действа, женщины играли на музыкальном инструменте – били по трём брёвнам.
Варили медведя только старшие мужчины рода, в особом месте и в специальных котлах, а потом раздавали мясо гостям. Ели руками или особыми палочками (нельзя было использовать металлические предметы), кости разделяли по суставам. Мужчины ели мясо от передней части туши, женщины — от задней. Хозяевам не позволялось его есть, так как они были связаны с медведем. Шкуру с головой спускали в дом через дымовое отверстие. Половой орган медведя клали на почётное место, на спальную скамью дома владельца. Позже медвежью голову украшали стружками инау. Кости собирали и отдавали хозяевам, прикрепляя к ним какой-либо дар (копье, нож, ремень, даже собак, женщины — чашку с едой). Все дары вместе с костями отсылались лесным людям божествам — медведям. Между трапезами устраивали звериные маскарады, танцы, гонки на собаках и оленях, фехтование на палках, стрельбу из луков. Особенно выделяется танец «огненной лисицы» у хантов и манси, его исполняли в зимней одежде, к которой привязывали хвост из соломы. Во время танца хвост поджигали — это должно было привести к очищению помещения и участников праздника.
Важное место занимали обряды «отречения»: охотники обращались к медведю и говорили, что они не виноваты в его смерти. Перед окончанием праздника старики сидели целую ночь около черепа медведя, ели ритуальные кушанья и разговаривали с ним.
Амулет жабы, злого духа, был закреплён на окне в знак вины за весь вред, который был причинён медведю.
Многие подумают, что ритуал довольно жестокий. Но важно понимать, что для язычников Севера медведь не умирал, а перерождался в бесконечном цикле. Категория «смерть» для язычества довольно условна. Несмотря на то, что «Медвежьи игрища» устраивались не так часто, но сакральное воздействие, исходящее от них, обеспечивало медведям Тайги религиозную защиту. Иными словами, целый пласт в мировоззрении народов Севера, выражающийся в строгом своде правил поведения по отношению к медведю как то: не убивать без надобности, не убивать без предупреждения – обеспечил этому животному процветание. Сейчас, зачастую животных убивают, просто ради забавы, поэтому клеймить традиции Северян – глупо. Считаю, нам нужно поучиться у народов Севера уважать природу.