Превью: Они обманули Иксион. У землян есть несколько тысяч лет...
Ретроспектива: транспорт "Валькирия" терпит бедствие на Иксионе. Главный герой - Ивин - становится участником местного природного явления: видит во сне людей, погибших когда-то. Все эти люди - экипаж и пассажиры космолайнера "Гелиос", который упал на эту планету 5 лет назад. Посетители снов - точные копии этих умерших людей, получили условный термин "репликанты". Человек, видевший во сне такую копию, неизменно умирает и сам может стать репликантом. Выясняется, что репликанты - энергопродукт разумной деятельности Иксиона - мыслящей планеты. Ивин принимает решение остаться на Иксионе, поскольку инфицирован эманациями неких силовых полей, которые продуцируют этих репликантов и его визит на Землю опасен для землян. Прибывает "Атлант" с пятью учёными, которые ничего об этом не знают. Один из них - доктор - ставит Ивину шизофренический психоз и насильно делает инъекцию мощного седативного препарата. Ивин крепко засыпает и неожиданно для учёных умирает во сне. Экипаж "Атланта" собирается на экстренное совещание.
48
Атлантовцы собралась в конференц-зале на экстренное совещание. Было накурено, волновались. Перед каждым лежала свежая распечатка данных с компьютера Боровинского. Состав экспедиции был под сильным впечатлением от пережитого и того, что довелось узнать из распечаток.
- Пожалуйста, Фёдор Николаевич, начинайте, – в полголоса произнёс Штерн. Романский кивнул.
- Все ознакомились с данными КПК Анатолия Ефремовича? – Романский обвёл взглядом коллег.
Получив утвердительные ответы, продолжил.
- Итак, на повестке дня следующие вопросы. Исходя из текущих статусов, сейчас аномально близки Иксион и Плутон – буквально в паре миллионов километров друг от друга. Получены данные об увеличении скорости движения Иксиона, с нарушением его эксцентрики и орбиты, и сейчас объект стремительно догоняет Плутон, где, как вы знаете, действует колония-база Звезда Надежды. На данный момент там работает полмиллиона народу. Приблизительные данные показали, что через три, в лучшем случае четыре года Иксион настигнет Плутон, – он сделал паузу, обвёл коллег глазами и продолжил, – В свете сложившегося положения стоит вопрос об экстренной эвакуации Звезды Надежды.
Коллегиат единодушно согласился.
- Второй вопрос: закрытие проекта «Саркофаг». Долго говорить не будем – пускай Особый Отдел решает, что делать дальше, – он кивнул в сторону Штерна.
Фёдор Николаевич отпил кофе и продолжил.
- Третий вопрос – что делать с телом Вадима Ивина? Мы забираем его на Землю?
Коллегиат негромко зашелестел. Руку поднял Савойский.
- Пожалуйста, Георгий Юрьевич, – передал слово Романский.
Савойский заговорил. Потрясённый смертью Ивина больше всех, он выглядел плохо.
- После изучения материалов, мы воспользовались оборудованием с «Николая Коперника», уже настроенного и откалиброванного командой Боровинского и обследовали тело Ивина. Аппаратура зафиксировала тонкие остаточные явления полей Боровинского, всё ещё излучаемые его трупом. Думаю, транспортировать тело на Землю опасно. И не только чисто с медицинской точки зрения.
Фёдор Николаевич сочувственно глянул на Савойского.
- Жора! Перестань себя казнить! Капитан был обречён и ты ничем не мог ему помочь! Мы все это знаем и ты тоже!
Георгий Юрьевич слабо улыбнулся и чуть кивнул в знак благодарности. Шепард сочувственно похлопал Савойского по плечу, выдержал паузу и подхватил начатую Савойским речь:
- Да, действительно. Возможно, остатки полей рассеятся бесследно, но возможно – кто знает – проявят активность, что называется по всем законам квантовой механики, вступив в когерентное взаимодействие с основным полем Иксиона. И кто знает, вплоть до генерации Полей «Х», удерживающих структуру репликантов. Что тогда ждёт человечество – лишь господу известно. Одно «утешение»: судя по данным сознание человека инфицируется эманациями энергоинформационных полей Боровинского только во время сна, так Жора?
Георгий утвердительно кивнул. Стараясь разрядить обстановку и приободрить, Романский подмигнул:
- Надеюсь, никто ещё не успел здесь прикорнуть?
Послышались напряжённые смешки.
- Вон, Буреш дрыхнет! – попытавшись поддержать разрядку, кивнул Шепард на астрохимика, который подпёр кулаком свою склонённую голову, но на самом деле внимательно слушал.
Снова послышался смех, уже чуть более естественный.
- Мы считаем, – продолжил Шепард снова серьёзно, – тело ни в коем случае нельзя брать с собой – оставляем его здесь.
Романский повернул голову к Штерну:
- Герман Иосифович?
Тот утвердительно кивнул.
- Что ж, принято, – произнёс Романский.
- Нашпиговать бы эту планету как рождественскую индюшку кобальтовой ядерной взрывчаткой, да разнести в клочья! – протянул Штерн.
Коллегиат одобрительно зашумел.
- Вы не представляете, Герман Иосифович, как у всех руки чешутся! – проговорил Романский, – Но это всё равно, что распылить поля Боровинского по Солнечной системе астероидными осколками точно из пульверизатора!
- Да понимаю я! Думаете, не понимаю?! – досадливо махнул рукой Штерн, – Но помечтать то можно!
- Ну что ж… Если вопросов и возражений нет, то заканчиваем совещание, коллеги, – произнёс Романский.
- Мяу! – на совещательный стол взлетела большая лохматая тень.
- Гектор, чёрт тебя дери! – произнёс кто-то.
Коллегиат оживился. К коту потянулись руки – каждый считал свои долгом приласкать измученное страхом животное, которое одному богу известно, что здесь видело и вынесло. Послышалось довольное урчание.
- Что будем делать с котом? – обратился ко всем Романский.
- Мы и его обследовали, – произнёс Шепард, – Судя по всему, атакам полей Боровинского он не подвергался. Во всяком случае, никаких чужеродных эманаций оборудование не зафиксировало. Здоров и полон сил. Только исхудал, бедолага и жрёт за четверых!
Снова послышался общий лёгкий смех.
- Интересно, почему такая избирательность? – поинтересовался Романский.
- Вероятно, Иксион «дружит» только с теми, кто может быть причислен к категории разумных существ. По крайней мере условно, – предположил до сих пор молчавший Богумир Буреш, – примитивная психология животных, похоже, резистентна к атакам полей Боровинского.
- Это надо запомнить и в следующую экспедицию смело посылать членов правительства обеих Федераций – им не угрожает никакая опасность!
На шутку Романского все, включая Штерна, отреагировали бурным весельем.
- Думаю, кота можно забрать, – отсмеявшись, сказал Шепард.
Штерн и Романский утвердительно кивнули.
- Теперь, кажется, всё! – Фёдор Николаевич легонько шлёпнул ладонью по столу и перевёл взгляд на Штерна. – Герман Иосифович?
- Итак, коллеги, гриф «совершенно секретно» – первая вводная! – перешёл к распоряжениям Штерн, – Вторая вводная – убираемся с этой планеты к чертям собачьим! Прямо сейчас! Да и ещё: с кота подписку о неразглашении надо взять!
Растерянные и взволнованные члены команды снова засмеялись, радуясь скорому расставанию с этой страшной планетой.
Продолжение следует