"Поверьте в мою абэномику!" – призывал премьер-министр Японии Синдзо Абэ в 2013 году. Что мы и сделали. Такое редко бывает с любой "Что-то-номикой" (Something-nomics, авторский троп), но идея г-на Абэ, состоящая из трёх основных направлений – "налогово-бюджетного стимулирования, смягчения денежно-кредитной и структурных реформ", – смогла хорошо продать себя и убедила всех, что она может трансформировать экономику Японии. Теперь, когда г-н Абэ уходит в отставку после более чем восьми лет пребывания у власти, пришло время определиться: действительно ли Абэномика была успешной?
Ответ прост: нет. Ключевой задачей Абэномики был целевой показатель инфляции в 2%. Однако даже до Covid-19 Япония никогда не приближалась ближе, чем к 1%. Это провал.
Но, как говорится о какой-нибудь футбольной команде, которая не может выиграть чемпионат, "то, что они проиграли, не означает, что они играли плохо – просто они играли недостаточно хорошо". У Абэномики были свои моменты. Для всего мира, борющегося с "японификацией" – сползанием к стагнации, дефляции и сверхнизким процентным ставкам – она подарила важные уроки.
Урок первый: денежно-кредитная политика работает. Первоначальный "прорыв", обеспеченный массовой покупкой активов Центральным Банком Японии в 2013 году, оказался очень эффективным. Доходность облигаций упала, фондовые рынки росли и, что наиболее важно, курс иены упал ниже ¥100 за доллар, что стало благом для японской промышленности. Кредитование росло, и в годы правления Абэ в стране был рекордный уровень занятости. Почти невозможно утверждать, что Японии было бы лучше с более высокими процентными ставками и более сильной иеной.
Урок второй заключается в том, что слабые экономики не могут справиться с повышением налогов. Можно сказать, что Абэномика провалилась, когда весной 2014 года потребительский налог в Японии вырос с 5% до 8%. Повышение налогов было запланировано еще предыдущим правительством, но вина г-на Абэ и управляющего ЦБ Японии Харухико Курода (Haruhiko Kuroda) состоит в том, что они решили продолжить эту политику, погрузив страну в рецессию. Дальнейшее повышение налогов до 10% в прошлом году дало те же результаты. Когда вы обещаете стимулирующие меры, но вместо этого вводите ограничения, в итоге всегда проигрываете. Такова краткая история Абэномики.
Урок третий тесно связан со вторым и заключается в том, что доверие – это всё. На заре Абэномики г-н Курода обещал инфляцию в размере 2% в течение двух лет. Разумеется, это обещание не было выполнено. После того, как увеличение потребительского налога привело к рецессии, второй "прорыв" Куроды в 2014 году, увеличивший темпы покупки активов до 80 трлн иен в год, имел гораздо меньший эффект. Как итог, "волшебство" перестало работать.
И это лишь один пример того, как Абэномика сама подорвала доверие к себе. Например, правительство ни разу не повысило заработную плату в государственном секторе до 2-процентного целевого показателя инфляции. Почему же тогда частный сектор должен был прислушаться к требованию г-на Абэ о повышении заработной платы?
Урок четвертый: нельзя полагаться только на ожидания. Г-н Курода неоднократно объяснял, что его политика будет работать путем повышения общественных ожиданий в отношении будущей инфляции. Действительно, есть все основания полагать, что так и было, но только до того момента, как рецессия 2014 года убила все надежды на рост инфляции. Инструмент, основанный на ожиданиях, никогда не будет работать, когда "хозяин" инструмента сам напрямую меняет процентные ставки.
Это особенно актуально с учетом решения Федеральной резервной системы США на прошлой неделе утвердить средний целевой показатель инфляции, который компенсирует актуальный низкий уровень инфляции, допуская более высокую инфляцию в будущем. Должностным лицам ФРС следует обратить внимание на то, что ЦБ Японии взял на себя "обязательство по ускоренному росту инфляции" еще в 2016 году. Это не принесло пользы.
Пятый урок Абэномики состоит в том, что стимулирующие меры не вызывают проблемы с государственным долгом, а решают их. С 1990 года государственный долг Японии как процент от валового внутреннего продукта неуклонно рос, за исключением двух периодов: 2005-07 гг., когда экономика была достаточно сильной, чтобы позволить ЦБ Японии неосмотрительно повышать процентные ставки, и 2013-19 гг., когда Абэномика обеспечивала бурный рост, необходимый для повышения потребительского налога. Государственный сектор может накапливать больше, только когда частный сектор накапливает меньше. Экономическая мощь – обязательное предварительное условие для ужесточения налогово-бюджетной политики.
Шестой урок – это пределы стратегии роста. Пожалуй, самая распространенная критика г-на Абэ в Японии заключается в том, что не сдержал ни одного обещания по структурной реформе. На самом деле, он никогда не шел на крайне радикальные меры, такие как отмена социальных гарантий для работников, находящихся на жаловании. Однако он либерализовал рынок электроэнергии Японии, открыл страну для китайских туристов, подорвал сельскохозяйственное лобби и заключил две крупные торговые сделки.
Но по большей части экономический рост в итоге происходит за счет увеличения населения, улучшения качества образования, накопления капитала и, что самое главное, новых технологий. Учитывая сокращение населения Японии, единственная "реформа", которая наверняка расширила бы экономику, – это крупномасштабная иммиграция, и г-н Абэ справедливо полагал, что это выходит далеко за рамки экономики. Возможно, он виноват только в том, что утверждал, что у него есть стратегия стимулирования роста населения. Но поскольку такой стратегии не существует, проблема кроется не в ее реализации.
С чем же сегодня остается Япония? Проблемы страны серьезны как никогда. После провала якобы тотальной программы стимулирования общественность ни за что не примет другую. Но статус-кво, когда инфляция значительно ниже целевого уровня, является симптомом наличия хронической пустоты в спросе, которую лишь частично заполняет постоянно растущий госдолг.
Один из вариантов выхода из сложившейся ситуации – переждать какое-то время, затем продолжить покупку активов центральным банком и надеяться на лучшее. Это основная позиция Центрального Банка Японии с 2016 года. Альтернативой является более тесная координация этих покупок активов с государственными расходами.
Это было бы еще одним шагом к не до конца понятной и потенциально опасной политике раздачи вертолетных денег. Как бы то ни было, у Японии не остается никаких альтернатив, которые могли бы поддержать ту мифическую надежду, которую когда-то так хорошо "продавал" г-н Абэ.