Светлые, яркие, прилизанные картины беззаботного мира — таково ранее творчество Франциско Гойи. Удивительно, не правда ли? Ведь у нас художник, прежде всего, ассоциируется с сумасшедшим Сатурном, пожирающим своего сына. Что же такого приключилось в жизни придворного живописца? Что заставило художника погрузиться во тьму и отчаяние?
Франциско Гойя был младшим из трех сыновей испанского ремесленника, что не обеспечило юноше качественного образования (Гойя всю жизнь писал с ошибками). Тем не менее, уже в возрасте 13 лет Франциско поступает на обучение к местному художнику, который на протяжении трех лет учил того копировать гравюры. Полученный опыт был недостаточным, потому когда в 1763 году Гойя пытается поступить в Королевскую академию Сан-Фернандо в Мадриде, он терпит неудачу. Казалось бы, на этом могло все и закончиться, однак юноша не сдается и становится учеником придворного живописца Франциско Байеу.
В Мадриде к художнику пришло признание,он стал известным портретистом, а после смерти Франциско Байеу в 1795 году занял его пост директора живописного отделения Королевской академии Сан-Фернандо, да, той самой, куда его когда-то не приняли.
Первой и самой большой трагедией в жизни художника стала загадочная болезнь, поразившая Гойю в 1793 году. Медики и историки до сих пор пытаются выяснить, что же тогда произошло. Тем не менее, известно, что в течении нескольких месяцев художник был прикован к кровати, все это время его мучили головные боли,головокружение, галлюцинации, проблемы со зрением и звон в ушах. В итоге, в возрасте 46 лет художник утратил слух. Среди возможных диагнозов выдвигались сифилис, менингит и даже отравление свинцом, содержавшимся в красках. Последним выдвинутым диагнозом стало предположение, выдвинутое профессором Ронной Херцано, что художник страдал аутоиммунным заболеванием, известным в наше время как синдром Сусака.
Несмотря на болезнь и на то, что уже с 1773 года художник был женат на сестре бывшего учителя Хосефе Байеу, Фрациско продолжал пользоваться популярностью у женщин. Самым известным романом можно назвать отношения художнСветлые, яркие, прилизанные картины беззаботного мира — таково ранее творчество Франциско Гойи. Удивительно, не правда ли? Ведь у нас художник, прежде всего, ассоциируется с сумасшедшим Сатурном, пожирающим своего сына. Что же такого приключилось в жизни придворного живописца? Что заставило художника погрузиться во тьму и отчаяние?
Франциско Гойя был младшим из трех сыновей испанского ремесленника, что не обеспечило юноше качественного образования (Гойя всю жизнь писал с ошибками). Тем не менее, уже в возрасте 13 лет Франциско поступает на обучение к местному художнику, который на протяжении трех лет учил того копировать гравюры. Полученный опыт был недостаточным, потому когда в 1763 году Гойя пытается поступить в Королевскую академию Сан-Фернандо в Мадриде, он терпит неудачу. Казалось бы, на этом могло все и закончиться, однак юноша не сдается и становится учеником придворного живописца Франциско Байеу.
В Мадриде к художнику пришло признание,он стал известным портретистом, а после смерти Франциско Байеу в 1795 году занял его пост директора живописного отделения Королевской академии Сан-Фернандо, да, той самой, куда его когда-то не приняли.
Первой и самой большой трагедией в жизни художника стала загадочная болезнь, поразившая Гойю в 1793 году. Медики и историки до сих пор пытаются выяснить, что же тогда произошло. Тем не менее, известно, что в течении нескольких месяцев художник был прикован к кровати, все это время его мучили головные боли,головокружение, галлюцинации, проблемы со зрением и звон в ушах. В итоге, в возрасте 46 лет художник утратил слух. Среди возможных диагнозов выдвигались сифилис, менингит и даже отравление свинцом, содержавшимся в красках. Последним выдвинутым диагнозом стало предположение, выдвинутое профессором Ронной Херцано, что художник страдал аутоиммунным заболеванием, известным в наше время как синдром Сусака.
Несмотря на болезнь и на то, что уже с 1773 года художник был женат на сестре бывшего учителя Хосефе Байеу, Фрациско продолжал пользоваться популярностью у женщин. Самым известным романом можно назвать отношения художника с герцогиней Марии Терезы Кайетана де Сильва, которая была младше художника на 16 лет. На самом деле, доказательств данного романа не встречается, кроме того, что художник часто изображал герцогиню на своих работах.
Часто встречается информация о том, что именно герцогиня стала моделью для скандальных картин Франциско Гойи «Маха обнаженная» и «Маха одетая». Махами вообще называли девушек из низшего сословия, которые отличались гордым, независимым и темпераментным поведением. Потому подобное восприятие герцогини сомнительно, хотя бы по причинам социального положения. Тем не менее, на одном из портретов 1797 года Франциско уже изображал герцогиню в костюме, характерном для мах.
Откровенность изображения привела к тому, что творчество художника привлекло внимание испанской инквизиции, которая на тот момент, правда, уже не имела большой власти. Тем не менее, в 1808 году обе картины были конфискованы инквизицией, после чего оказались в коллекции Академии Сан Фернандо, а в 1901 году были переданы в Прадо.
Естественно, наследники Герцогини не были рады той славе, которая возлегла на их предшественницу. В 1945 году тело 13-й герцогини Альба было эксгумировано и проведенные исследования останков показали, что параметры модели Гойя совсем не похожи на телосложение покойной.
Начало XIX столетия стало для Испании весьма тяжелым временем: еще в конце предыдущего столетия Испания была втянута в военную компанию Франции. Заключенный еще в 1796 году военный союз между Францией и Испанией привел к разорительной Англо-Испанской войне 1796-1808 годов. пользуясь тем, что Испания находится в состоянии разорительной войны, Наполеон получил от правительства разрешение присутствовать на территории Испании для того, чтоб оккупировать Португалию.
Все эти факторы привели к недовольству испанского народа, а побег короля Карла IV вызвал восстание в Мадриде 2 мая 1808 года. Жестокое подавление этого восстания художник видел своими глазами и отразил впечатление на картине «Третье мая 1808 года в Мадриде». Это полотно отличается от привычного для того времени отражения военных действий: нет манерности, бравады, лишь недоумение и грубая сила. Эта работа стала переломной в творчестве художника, с этого времени свет в творчестве Гойи умирает.
В 1819 году Франциско Гойя решает окончательно отойти от дел и поселиться в уединении. Выбор художника пал на так называемый «Дом глухого» на окраине Мадрида. Иронично,что свое название это место получило еще до художника: его предыдущий владелец так же был глух. Именно там, уже после смерти художника были найдены 14 фресок, известных как «Мрачные картины». Надо сказать, что фрески не были рассчитаны на показ широкой публике и потому названий им не было дано при создании.
Сейчас мы обратим свой взор на самую известную из «Мрачных картин», которая ныне носит название «Сатурн, пожирающий своего сына». Интересно то, что данная фреска была найдена в столовой художника, видимо,она пробуждала аппетит в Гойе.
До наших дней «Дом глухого» не сохранился, а эту работу мы знаем благодаря копии, которую в конце XIX века сделал художник Сальватор Мартинес Кубельс, переведя фреску на холст по заказу банкира Эмиля д`Эрлангера. Работу планировалось показать на Всемирной выставке 1878 года в Париже. Однако, на фоне получивших признание импрессионистов, темное полотно осталось без внимания, так что купить его никто не решился. В 1881-м году он был преподнесён в дар музею Прадо, где хранится до сих пор.
Работа художника основана на широко известном античном мифе: Сатурну (в греческом варианте Кроносу) предсказали, что его ребенок восстанет против отца и свергнет того. Чтобы избежать данной участи Кронос стал поедать своих едва рожденных детей, однако одному, Зевсу, удалось спастись: Рея дала на съедение камень, завернутый в пеленку. Зевс вырос и исполнил пророчество, свергнув отца и высвободив старших братьев и сестер.
Как мы понимаем, сюжет был весьма популярен, так что Гойя не стал новатором в этой сфере, однако именно эта работа стала наиболее известной и ужасающей.
Первое, что поражает зрителя — это тело ребенка: во-первых, в отличие от мифа, дитя не проглатывают целиком, а поедают постепенно.Зритель видит кровоточащую плоть, пропадающую в черной пасти обезумевшего бога. Да, тут тоже Гойя не был первым: в работе Питера Пауля Рубенса «Сатурн, пожирающий своего сына», написанной в 1630-е гг., бог также вгрызается в плоть младенца, причиняя явную боль.
Почему же тогда работа Гойи ужасает зрителя гораздо сильнее? Посмотрим на тела детей еще раз: на работе испанского художника ребенок уже не является младенцем. Выходит, что он уже осознавал происходящее в момент смерти.
Сильно отличается и изображение самого Кроноса: мускулистый, могучий, величественный бог на карине Рубенса не сравнится с изломанным дряблым телом, обезумевшего старика на фреске. Тело изогнуто так, что даже не вмещается в полотно, а руки вцепились мертвой хваткой в хребет мертвого ребенка. И, конечно, взгляд. Этот взгляд выражает некий глубинный, дикий, хтонический ужас от содеянного. Страх перед смертью затуманил все.
Большое значение также играет свет: темнота вокруг и тусклый свет создает ощущение, что зритель случайно наткнулся на эту ужасающую картину, проходя с факелом где-то в темной пещере. Действие не выставлено напоказ, как в случае Рубенса, а глубоко личное, даже, как бы странно это ни звучало, интимное.
Есть у работы еще один, более глубокий смысл: в эллинистический период Кронос, первоначально являвшийся богом плодородия, стал олицетворением времени. Потому данная фреска — это портрет эпохи: безумное время, пожирающее своих детей путем войны и переворотов.
Об искусстве, с любовью,
Tallirr.
#Tallirr_об_искусстве.