«В каком стиле желаете строить особняк-с?» - услужливо спросил 27-летний архитектор 23-летнего заказчика. «Стройте во всех стилях! На все денег хватит!», - вальяжно махнул рукой молодой купец-миллионщик Сергей Рукавишников.
«Хороший ты мужик, но не орел», - сказала в одном советском фильме героиня Нонны Мордюковой. Сергей Рукавишников был орел! Или, как бы сейчас сказали, «альфа-самец».
Только начав строительство дома, «какого еще город ни видывал», Сергей Рукавишников поехал покупать загородную усадьбу Приклонских. Он торопился – скоро родится сын, ему и жене нужно жить на свежем воздухе, да в таком месте, чтобы от видов дух захватывало!
Согласно легенде, вдова Приклонская отказала Рукавишникову, высокомерно заявив с балкона, что «не будет ноги бывшего крепостного в усадьбе столбовых дворян». Усадьбу через 2 года упрямый молодой купец все же получит, только прикажет сравнять с землей первые этажи строений, чтобы никогда больше не видеть того балкончика. Вот такой темперамент…
Дворец на лучшей Набережной Нижнего Новгорода бойкий купеческий сын отстроил практически за 2 года: основные работы закончились в 1877 году. Я была в этом особняке в выходные… Каждая комната в нем поражает воображение, но меня особо впечатлила столовая…
Для какой женщины строил особняк и усадьбу заботливый муж? Какая королева должна была ходить по этим лестницам, смотрясь в зеркала, обедать в этой столовой, отдыхать с детьми в гостиной и почивать в спальне?
На этот вопрос сегодня нет ответа.
Как сказали сотрудники музея, нет ни одной фотографии жены Сергея Рукавишникова. Не сохранилось ни описания ее внешности, ни точных данных о ее семье. Почему? Фотография в конце 19 века была в Нижнем Новгороде доступна всем, при желании купец легко мог сделать фото семьи. Кстати, изображения его особняка стали сразу использоваться на открытках о Нижнем Новгороде.
Возможно, снимки были утеряны?! Такая вероятность есть, но сведена к минимуму: дом сразу после 1917 года стал музеем, а 2 сына Сергея Михайловича жили в Москве и не оказывались «в местах не столь отдаленных». Потомки и сейчас сотрудничают с музеем.
Возможно, старообрядец Рукавишников не фотографировался по религиозным убеждениям? А может, просто не хотел, чтобы кто-то еще, кроме него, смотрел на жену, вдохновляющую его на творения, которые украшают город и спустя полтора века?
Ответа на этот вопрос мы не знаем. Остается лишь фантазировать о красоте и характере этой женщины, любуясь мускулистыми атлантами и грациозными, чуть легкомысленными кариатидами на фасаде.
Приезжайте, прикоснитесь к ним кончиками пальцев, послушайте музыку в бальном зале… а я с удовольствием составлю компанию.
Ваша Лена Lens