Личная жизнь Светланы плавно, но уверенно катилась вниз по наклонной плоскости. Напрягало всё – возраст, настроение, морщины, и тотальная гравитация всего того, что имелось на её, уже не молодом, но пока ещё красивом лице. Грустно… и не обратимо…
Мужчины счастливчики! Чем старше, тем импозантнее. Отрастят себе усов, бород, бородёнок и бородищ на пол лица, и всё у них в ажуре. Каждый второй уже с шерстяным лицом. Ни морщин, ни брылей, ни двойных подбородков! И ходят все довольные - без определенного возраста. Светлана посмотрела на себя в зеркало. Поплывший овал лица и едва заметные морщинки над верхней губой уже предательски намекали на “сорок пять плюс…”.
“Дааа, борода мне явно не пойдёт, так же, как и усы. Ну что за несправедливость…”. Феминистских замашек Светлана не имела, но волнующий её в последнее время “лицевой” вопрос, всё чаще и чаще уводил в эту щекотливую тему. “Какого чёрта мы должны всю жизнь рихтоваться?! Рожаем. Детей воспитываем. Работаем. И пожизненно боремся за эту красоту, будь она неладна! А как морщины, или другие жизненные издержки прикрыть, так фигушки! Всё дяденькам! Всё им! Нате вам бороды, усы, седину! Вам всё красиво, вам всё к лицу. А хотите лысину? Нате, лысину! Вам можно! Очень даже брутальненько вышло! И само собой сексуально, как же без этого. Даже идиотскую фразу для них придумали: Мужчина должен быть чуть красивее чёрта! А девчушка не успела родится, ей со всех сторон кричат: Ты же девочка, а девочка должна быть красивой! И так без остановки: украшайся, улучшайся, омолаживайся. Нет, ну нормально?!”.
И только после эмоционального интервью зеркалу, Светлана немного успокоилась.
По молодости, прихорашиваться очень даже приятно и весело. А когда ты штурмуешь уже пятый десяток, тут не до веселья! Конечно, те кто в тренде возразят, и при этом порекомендуют полюбить себя. А потом непременно пропихнут теорию о важности внутреннего содержания, и участливо научат радоваться каждой травинке и пташке. А если не радуешься, то ты “ так себе” женщина, и тебе пора наполниться чем-то возвышенным и глубоким. А если неправильно радуешься, тоже пора. В основном, таким оптимизмом заражены девочки до сорока пяти, уверенные в своей вечной молодости, уже только потому, что они позитивно мыслят, улыбаются и духовно растут. Светлана этот этап успешно прошла, и поняла, что гравитационному птозу глубоко наплевать на выдуманную Теорию Радости. И если ничего с собой не делать, а радоваться, да разглядывать флору-фауну, то к годам к шестидесяти можно перестать узнавать себя в зеркале.
До сорока восьми лет, Светлана понаблюдала за этим маскарадом, и решилась на пластику. Колоться, пухнуть, вставлять что ни попадя в лицо она не хотела, лучше уж отрезать лишнее, и вот она Новая Жизнь!
Хирурга выбирала долго и тщательно, лицо всё-таки! Светило пластической хирургии укатал на круговую подтяжку. На её сомнения по поводу “ не рановато ли…?”, светило, с добротной и окладистой бородой, что, впрочем, совершенно не удивительно, логично ответил:
- Что десять раз наркоз делать? Сейчас веки, через год лоб, ещё через год носогубка, а там и низ догонит! А так сделаем всё сразу, и красота! Новая жизнь!
- Да… Новая жизнь! – повторила за ним Светлана. – Вы как будто мысли мои читаете.
- Я просто знаю! – с оптимистичной готовностью ответил бородач.
“Откуда тебе знать то … ты женщина что ли? Сам то, круговую себе делать не торопишься, бородкой вон прикрылся”, с грустью подумала Светлана, и с той же грустью улыбнулась бородатому ровеснику.
Из клиники Светлана вышла с непонятными чувствами. Вроде уже определилась, настроилась, а внутри что-то беспокоило и тянуло. И это был не страх…Её попросту бесил сам факт того, что приходится идти на риск, в угоду общественным стандартам. Внутренний голос, подключившийся к её сакраментальному монологу, предложил стареть с достоинством, и отказаться от “капитального ремонта”. А также счёл своим долгом, напомнить о неприятном послеоперационном восстановлении. Мозг, как всегда, подбрасывал безопасные и удобные для него варианты. Светлана жёстко остановила льющийся поток вольностей, уводящих её от намеченной цели. “Ага, в то время как другие, будут украшать себя как новогоднюю ёлку! Нет уж!”.
День, ознаменованный операцией, Светлана торжественно отметила в календаре красным фломастером, и окунулась в священнодействие. Анализы сделаны. Отпуск оформлен. Психологически подготовлена.
“Всё, с завтрашнего вечера начнётся Новая Жизнь!”, засыпая сказала себе Светлана, предвкушая своё волшебное преображение.
Утром, Светлана сделала своему родному, пока ещё натуральному личику, альгинатную маску. Порадовала, увлажнила, пред предстоящей экзекуцией. Сложила необходимые вещи, и в очередной раз предупредила сына, чтобы приехал ей помочь после операции, всё-таки три дня придётся в клинике проваляться.
“ Откуда их столько понаехало? Пол восьмого вечера… Не опоздать бы!”, размышляла Светлана, задумчиво поглядывая на светофор. Загоревшийся “зелёный” совпал с неожиданным ударом. Светлана дёрнулась, не понимая, что произошло. Через мгновение всё прояснилось. В зад её автомобиля врезалось что-то большое, и торопливое. Удар оказался не сильным, Светлана даже не успела испугаться. А вот первозданному заду её фольксвагена досталось. Нахальный джип, за рулём которого восседал практически ребенок, походя надругался над её любимым авто. Ребенок вышел из глянцевого джипа, и стал что-то бессвязно мямлить, и извиняться. Светлана понимала, что уже никуда не попадает. Но совершенно не понимала, для чего ей всё это?! “ Всё так хорошо складывалось…”.
Мальчишка, ровесник её сына, лет восемнадцати, не больше, испуганно разговаривал с кем-то по телефону.
Поговорив, а точнее виновато помолчав, вежливо предложил ей не вызывать доблестных представителей порядка, а уладить недоразумение полюбовно.
- Сейчас отец подъедет. Вы временем располагаете? Можете немного подождать? – всё в той же деликатной манере поинтересовался ребенок.
- А у меня разве есть другие варианты? Мне без разницы кого ждать, Вашего папу или ГАИ. – ответила Светлана, и села в машину. Настроение окончательно испортилось, все планы мгновенно нарушились каким-то мальчишкой. Пришлось позвонить в клинику, и предупредить ночную медсестру. “Столько ждать, готовиться, чтобы потом вот так, на ночь глядя, зависнуть на дороге, в ожидании “ПАПЫ”! Детский сад!”. Мозг, воспользовавшись ситуацией, тотчас стал нашёптывать Светлане про неслучайные знаки, про то, что её “якобы специально остановили”, и про “ не судьбу”. Нагонять жуть он умел.
Светлана включила музыку. Джули Лондон погрузила её в джаз пятидесятых. Стук в стекло бесцеремонно прервал Джули, и лишил Светлану винтажной атмосферы. Через автомобильное стекло на неё смотрел ребенок, и незнакомое шерстяное лицо, по всей вероятности, принадлежавшее папе ребёнка. “Ну надо же! Опять бородач!”, раздраженно подумала Светлана, и жестом предложила ему присесть.
- Добрый вечер! Я Роман. Очень сожалею, что приходится знакомиться при таких обстоятельствах. Приношу Вам … - он замялся, ожидая, что ему представятся.
- Светлана.
- Очень приятно, Светлана! Приношу Вам свои извинения, и за сына тоже! Понимаете, у него опыт небольшой, недавно права получил… дистанцию не учел… Вы не переживайте, я полностью оплачу ремонт! – с готовностью пообещал бородатый папа.
Светлана продолжала недружелюбно смотреть на мужчину. Она вошла в ступор, и молчала.
- Светлана, Вы меня слышите? Вы не пострадали?
- Нет, то есть да! Пострадала! Я, из-за Вас опоздала в клинику, и теперь…
- Хорошо, то есть не в смысле “хорошо”, не так выразился, извините! Давайте я Вас отвезу в клинику, что-то срочное?
- Да, срочное! – возбужденно ответила Светлана, и пристально посмотрев на его бороду, уже с ненавистью добавила: - Я бы даже сказала, жизненно-необходимое!
- А что же мы тут сидим?! – участливо спросил Роман. – Пересаживайтесь! После такой ситуации Вам, наверное, сейчас будет комфортнее на пассажирском месте.
- Меня уже там сегодня не ждут. Слишком поздно.
- Вы же сказали, что жизненно-важно…
- Именно так я и сказала! Для меня и завтра не исчезнет актуальность этой … - Светлана осеклась, ощущая неловкость, но решила высказаться до конца: - Я женщина, а для нас, женщин, это всегда актуально и жизненно-необходимо! Ведь быть всегда красивой, наша основная задача! Не так ли? –Светлана решила закончить свою мысль вопросом, при этом испепеляя бороду Романа своим негодующим взглядом. Феминистки всего мира позавидовали бы пламенному запалу Светланы, который она вложила в свою нечаянную речь, окончательно сбив с толку, растерянного Романа.
- А при чём тут ВСЕ женщины, простите?
- Да ни при чём! Я устала! Вы мне все планы испортили! Вы… И ваши дурацкие бороды! Паспорт Ваш давайте, запишу данные. И номер телефона.
- Конечно! Светлана, успокойтесь пожалуйста! Я только не понял, причём тут моя борода? Может быть все-таки в больницу? – осторожно спросил Роман.
- Нет! Со мной всё в порядке! – нервно ответила Светлана. – Хотя… что-то мне…не очень… Могли бы Вы меня подвезти до дома?
- Сейчас я сына предупрежу, пересаживайтесь, только осторожно.
Светлана пересела на пассажирское сиденье, и закрыла глаза. Ехали молча.
- Ещё раз извините, за доставленные неудобства. Давайте обменяемся телефонами. Уже завтра можно будет поставить машину на ремонт. Я Вам позвоню. И если будет нужно, отвезу Вас в больницу.
- Хорошо.
- Вы не возражаете, если я провожу Вас до квартиры.
- Да. – с безразличием отвечала Светлана.
- Мне так будет спокойнее. – пояснил Роман.
- Хорошо. Вы извините, я была немного не в себе…
- Всё нормально. – добродушно ответил Роман.
У двери Роман простился, и пожелал всего хорошего.
“Он наверное подумал, что я истеричка…Ну и пусть…”, промелькнуло у неё в голове.
Светлана проснулась в семь утра. Как обычно, задержалась около зеркала, пристально разглядывая своё отражение.
- Сейчас бы меня готовили к операции… В восемь позвоню врачу. Операция переносится… и начало Новой Жизни тоже. - вслух сказала она. Хочу бутерброд с маслом… и кофе… кофе - повторила Светлана, и включила кофемолку.
А ровно в восемь часов раздался звонок в дверь. Светлана никого не ждала в такую рань. “Странно, и в домофон никто не позвонил.” За дверью она услышала знакомый голос. Светлана открыла. На пороге стоял Роман с букетом желтых тюльпанов и щедрой улыбкой на бородатом лице.
- Доброе утро, Светлана! Это Вам! – и он протянул букет.
- Спасибо, Роман! Неожиданно и приятно! - Светлана взяла цветы, и внимательно посмотрела на раннего визитёра. Бороды она уже не замечала, видела только его глаза, добрые и улыбающиеся.
- Отвезти Вас в больницу?
- Нет… Я выздоровела. Оказывается, мужчина по осени, это так хорошо. Исцеляет…
- И даже бородатый?
- А бородатый особенно… - неожиданно для себя ответила исцелённая.